Черт-те где
Шрифт:
Так что девчата со мной дружили, что, впрочем, не мешало им периодически пытаться подсунуть мне что-нибудь алкогольное и дорогое или намекнуть, что если кто-нибудь будет поактивней, то в этом мире все возможно… Но я им не поддавался, решив для себя, что они и так нормально имеют, обсчитывая пьяных посетителей и трахая клиентов с дикими воплями и стонами в каморке у кухни. Не про вас мой цветочек рос…
Ила принесла мне большую глиняную миску с сухариками и кувшин компота из ягоды, похожей на вишню. Очень вкусно слегка размачивать сухарики в кружке с компотом, а потом догрызать их. А вино тут – сплошная кислятина, бррр! Еще и разбавленная. А пиво… не знаю, не пробовал, но, наверное, такой по вкусу должна быть ослиная моча. То ли дело на Земле! Шампанское… Бейлиз со льдом… Я погрузился в приятные воспоминания о Земле, о том, что и когда я ел и пил…
– Светлый князь, гроза драконов, вынул меч Дерадикон! – взвыл пронзительным тонким голосом менестрель, выдергивая меня из приятных грез.
– Сколько же тебе нужно, чтобы ты наконец заткнулся? – вздрогнув от неожиданности, совершенно искренне громко спросил я, забыв, где я и что я…
В зале таверны возникла пауза. Тип с арфой заткнулся на середине строки, вытаращив глаза.
Тишина… что-то затянувшаяся… Подозрительная, я бы сказал, тишина…
– Это кому тут не нравятся наши песни?
Ну так и есть! Здоровый мужик из компании, которая весь вечер прикармливала менестреля монетами, солидно поднялся из-за стола и навис над ним, упершись в столешницу сжатыми кулаками.
– А? Не слышу!
Прелюдия к банальной трактирной драке, подумал я, опуская руку на сумку с кинжалами.
Появившиеся от бизнеса деньги позволили мне сделать у скорняка нужную сумку, и кинжалы были всегда со мной. Только вот не слишком их много для меня одного? И не будет ли потом судебного разбирательства? До книги законов я так и не добрался. Решал другие проблемы, да и, честно говоря, неохота мне было ее читать…
– Что, язык проглотил? – продолжили эскалацию конфликта из угла. Рядом со стоящим поднялись еще двое и так же уперли кулаки в стол.
Я окинул взглядом их фигуры и определил: орангутангус обыкновенный, причем здоровый. Ладно, попробуем для начала поговорить… Если че, тапки в пол и ходу! Бегаю я быстро – пьяные не догонят. Главное, чтобы в угол не зажали и выходы не перекрыли. Фигня! Прорвемся!
– Уважаемые, вас гнусно обманывают! – громко сказал я, обращаясь к восставшим фигурам. – То, что вам предлагает данный исполнитель, на самом деле является низкопробным ширпотребом и сомнительной квинтэссенцией героических эпосов, исполняемых инструментом и голосом, совершенно не подходящими для передачи энергетической составляющей героического произведения!
– Чего? – прилетело из угла после паузы.
– Петь он не умеет! И песни у него дурацкие! – уменьшил я количество информации в сообщении.
Снова пауза. В углу пьяными мозгами обдумывали услышанное.
– Врет он все! – свечкой взвился опомнившийся менестрель. – У меня лучшие песни! Я при императорском дворце выступал!
– Ага, – сказал я, – в театре! Эпизодическая роль осла за занавесом!
– Ах ты ничтожество, – задохнулся от злости тот, – завистник! Ничего сам не умеет, только на пустую хулу способен!
– Мои песни тебе и не снились! – прищурившись, сказал я, прикидывая степень агрессивности упертых в стол мужиков.
– Ну так, может, споешь? А мы оценим, кто лучше! – внезапно предложил мужик, вставший первым и, вероятно, главный в компашке. – Лучшего отблагодарим!
Мужик небрежным жестом извлек откуда-то из-за пояса золотой. В зале восхищенно ахнули посетители.
Ого! А вот это уже вызов! И никто меня за язык не тянул… сам вылез. Залезать обратно уже поздно… Хм… придется петь… А что я могу спеть? Без гитары… и вообще без ничего?
Ммм? А если? Точно! Отличная идея!
– Щас спою! – громко объявил я. – Из королевского репертуара! Пару минут на подготовку и спою. Устроит?
– Договорились! – хлопнул ладонью по столу мужик и начал усаживаться обратно, собираясь смотреть шоу. Его сотрапезники последовали его примеру.
Я выскользнул из-за стола и, перекидывая сумку с кинжалами через плечо, шагнул к трактирной стойке.
– Крикни, пусть с кухни принесут пару разделочных досок! – сказал я с удивлением смотрящему на меня Бинко, а я пока тут… дощечку подберу…
Пол в обеденном зале таверны был каменный, но перед стойкой был участок, застланный широкими деревянными досками. Я стал по очереди топать ногой по каждой из них, слушая, какой звук получается при этом.
Не то, не то… эта тоже… эта подгнила… О! Вот эта! Да, она!
– Доски! – сказал Бинко, держа в руках две небольших разделочных доски с ручками.
– Давай!
Так, что тут получается? Друг о друга?.. Не то… О стойку? Угу… пойдет!
– Ну что, споем? – обратился я к посетителям таверны, поскольку все уже давно бросили есть, пить и болтать, следя за моими манипуляциями.
– Пой! – махнул из угла рукой мужик, ставший внезапно главой жюри.
– О’кей, – кивнул я, – погнали!
Главное сейчас, чтобы голос не слетел с первой строчки…
Пум-пум-пу… м! Пум-пум – пу… м!
Наверное, с полминуты я отбивал ногой об пол и разделочными досками об стойку известный всем землянам ритм. Убедившись, что я из него не выпадаю, приступил к первому куплету, стараясь брать повыше:
Buddy you’re a boy make a big noise! Playin’ in the street gonna be a big man some day… [1]1
Отрывок из песни группы «Queen».
А теперь припев:
We will, we will rock you! We will, we will rock you!Эх, где моя гитара!
Исполнив второй куплет, я кинул на стойку разделочные доски и стал хлопать в ладоши в ритме песни, повторяя припев.
– А теперь все вместе! – крикнул я.
Народ сначала не понял, чего я от них хочу, но потом до них дошло. Причем первым оказался руководитель жюри. Видать, творческая душа с нереализованным потенциалом…
Минуты через две уже весь трактир хлопал руками, топал ногами и, раскачиваясь, распевал: