Чтение онлайн

Кинжал вспорол горло. Из огромной раны хлынул гной. Андрей замер, уставившись на меня. Я заглянул ему в лунные глаза, и увидел там лишь злость. Злость, за которой нет ничего, абсолютная пустота. И даже не смотря на стремительно приближающийся конец, он продолжил сеять пустоту.

Он уже валился с ног, когда я ощутил жгучую боль в боку. Меня пошатнуло, я рухнул на колени и лишь тогда увидел торчащее из своих рёбер содранное лицо. Оно словно хохотало надо мной, пялилось широко раскрытыми веками без глаз и пыталось что-то сказать застывшей в безмолвии ухмылке. За неё сказал Дрюня. Мой друг успел сказать последнее слово. Успел вогнать мне секиру в бок и рухнуть рядом со мной.

— Червяк, — из Дрюниной глотки хлестал гной, — ты сдохнешь! Сдохнешь вместе со мной!

— Сегодня мы не умрём…

Схватившись за торчащее из моего бока лицо, я выдернул секиру и швырнул её в сторону. Боль не утихала, пульсировала, отдаваясь в ушах гимном сотни барабанов. Рана не затягивалась, мои запасы иссякли, и я мог умереть в любой момент. За долгое время, я испугался смерти. Но в первую очередь я не думал о себе. В голове всплывали лица людей, которых я обратил в кровокожих. Тысяча лиц: мужчины, женщины. Осси. Инга. Мои призраки, которые всегда останутся призраками живых людей.

Я не могу умереть! Я не имею на это право. И ты не умрёшь, Дрюня. Я сохраню тебя, и мы всё-таки пройдёшь этот сложный путь вместе. Мне хотелось рассмеяться. Честно. Но боль не позволяла.

На четвереньках я подполз к валяющемуся на спине другу. Выдернул щит из брюха и положил рядом. Из вспоротого живота обильно вытекал гной. Он не застывал, а быстро собирался в огромную лужу, которая за пару секунд дотянулась до моих колен. Не было никаких сомнений, Дрюня умирал, магическая сила вытекала из его тела вместе с гноем.

Наклонившись к Дрюне, я запустил обе руки в его вспоротый живот.

— Червяк! — булькнул друг. — Ты что творишь, сука! Не смей!

Он попытался меня ударить рукой, даже схватил за дреды и потянул их к полу, но эти жалкие попытки никак не мешали моему делу. В его теле практически не осталось сил, а те драгоценные остатки он решил растратить на пустую болтовню.

— Вытащи из меня свои грёбанные руки! — вспоротая глотка коверкала слова, но неотвратимый ужас заставлял его выговаривать каждую букву, каждое слово, чтобы я ничего не упустил. — Червяк, не смей из меня делать своего ручного питомца! Ублюдок! Я не собираюсь становиться твоим кожаным ремнём на поясе…

Мои ладони нащупали то, что я искал — толстое и мягкое. Я крепко сжал пальцы и резко выдернул из брюха руки. Гной брызнул во все стороны, заливая мой доспех и лицо. Дрюня закряхтел еще громче, но я был уверен, что не боль тому виною. Он закряхтел от ужаса, увиденное могло свести с ума любого, и неважно — гигант ты в гнойном доспехе, или кровокож с нескончаемым запасом крови. Когда твои кишки в чужих руках — тебе уже ничто не поможет.

Тело Дрюни обмякло, когда я кинжалом отрезал длинный кусок кишок и повязал его на своём поясе, запаяв вспоротые края кровью. Как странно, но в местах соприкосновений моей крови и гноя чувствовалось дикое жжение, и казалось, что Дрюня пытался всеми силами выбраться наружу, медленно прогрызая себе путь.

Силы окончательно покинули меня. Я завалился рядом с бездыханным телом и уставился в небо. Наверно, выходка с приживлением чужих кишок к моему телу была неосмотрительной глупостью, ускорившей приближение моей смерти. Как глупо…

Я положил ладонь на горячие кишки и почувствовал заметную пульсацию. Он жив, но умрём мы вместе.

Повисшее лампочкой над головой солнце медленно потухало. Я боялся мига, когда картинка окончательно потухнет и весь мир утихнет, но сердце продолжало колотиться в груди. И я не истекал кровью. Я не умирал, но у меня и не было сил и средств, чтобы залечить раны. Я не мог встать на ноги. Да что там ноги, я не мог вскинуть руку или позвать на помощь. Я беспомощно валялся на полу сгоревшей церкви и смотрел, как кружащий над головой пепел медленно оседал на меня, заботливо накрывая чёрным саваном.

— Инга! — раздалось где-то позади меня.

Солнце окончательно скрылось за женским торсом, внезапно выросшим рядом со мной.

— Инга, ты в порядке?

Женщина наклонилась ко мне, и я сумел разглядеть лицо. Осси. Убрав за спину лук, воительница опустилась рядом со мной на колено и принялась рассматривать моё тело.

— Тебе нужна кровь, — констатировала она и бросила взгляд в сторону. — Быстрее, сюда!

Раздались тяжёлые шаги, половые доски заскулили. Рядом со мной вырос еще один силуэт, огромный с клыкастыми наплечниками. Он наклонился, просунул руки мне под спину и оторвал от пола.

— Неси её на пристань, — скомандовала Осси, — к гиганту.

Моим транспортом оказался Юрис. Отец Отто крепко прижал меня к себе и бросился прочь с пепелища. Когда мы миновали сгоревшие стены церкви, я увидел на улице Бэтси в окружении десятка кровокожих. Она проводила меня спокойным взглядом, и на мгновение мне показалось, что я сумел разглядеть на её оплывшем лице улыбку. Я сумел выдавить улыбку в ответ.

Сабатоны Юриса гулко застучали по каменной дороге. Замелькали пустые дома. Осси бежала рядом. Её окровавленные глаза были прикованы ко мне и отрывались лишь на мгновение, когда мы куда-то сворачивали, или что-то перепрыгивали. Меня трясло и подкидывало, голова крутилась из стороны в сторону, выхватывая картинки безлюдных улиц. Каменный город стал мёртвым. Ни души, лишь пепельные горки, верхушки которых срывал гуляющий между домами ветер.

А потом я увидел море. Серебристая гладь мелькнула между дома и на секунду в моих ушах раздался шум воды. Мы пробежали домов десять, после чего стук камней сменился деревянным хрустом; Юрис бежал по толстым доскам. Мы выбежали на широкую пристань и побежали в конец, в сторону моря. Огромные тени накрывали нас и быстро отпускали, давая солнцу лизнуть мою обнажившуюся кожу. Я повернул голову и увидел огромные корабли, плавно покачивающиеся на волнах. Моё лицо растянулось от улыбки. Вот она — цель, лишь протяни руку и коснись.

Болтаясь на руках Юриса, я вытянул руку и потянулся ладонью к каждому кораблю, мелькавшему у моих глаз. Они такие огромные и красивые. Высоченные матчи протыкали небеса и бросали на нас тени в виде крестов. Массивнее деревянные корпуса, похожие на откормленные лица аристократов с двойным подбородком, были обтянуты кровавой паутиной из плотно прилегающих друг другу блестящих вен разных размеров. Жуткое зрелище, но меня уже сложно чем-то удивить…

— Юрис, — гаркнула Осси, — неси её к этому гиганту.