Чтение онлайн

Она выросла с любовью к этой стране. С настоящей любовью к ней и её принципам. Ей пришлось побороться за право использовать флаг как часть костюма. Америка была не идеальна, как не может быть идеальным любое творение рук человеческих. Здесь были жадность, испорченность, эгоизм, мелочность, ненависть. Но было и много хорошего. Права, идеи, возможность выбора, надежда и вероятность того, что любой человек здесь может достичь чего угодно, если будет готов приложить усилия. Как только она приняла новую родину, она позволила себе завести друзей, встречаться с мальчиками, стать ближе к приёмным родителям и к их церкви. К тому времени, как она пошла в колледж, акцент у неё почти исчез, и она уже знала достаточно, чтобы хотя бы притворяться, что знает, о чём идет речь, когда другие говорили о поп-культуре, музыке и телевидении.

Она знала, что люди склонны осуждать других, и поэтому она никогда не расскажет, что она видела в тот момент, когда получила свой дар.

Даже верующие встретили бы её с недоверием и насмешками, если бы она сказала, что видела Бога, или кого-то из божьего воинства такими, какие они и есть за гранью человеческого понимания. Что Он дал ей её способности, чтобы она могла спастись. Кто-то предложит и другие толкования, возразит, что Он наделяет сверхспособностями и плохих людей, кто-то будет указывать на научное объяснение. Отчасти она подозревала, что эти гипотетические собеседники были правы. Тем не менее, неопределенности она предпочитала свою веру. Думать о том, что существо, которое она видела, было не милостивой великой сущностью, наблюдающей за человечеством, а злым созданием? Или даже хуже, что оно существовало безо всякого понятия о влиянии, которое она оказывает на людей? Слон среди мошкары? Это была неприятная мысль.

Ханна глянула на часы: 6.30 утра. Она свободно обернула свой шарф с рисунком американского флага вокруг шеи и нижней половины лица, и покинула комнату. Энергия превратилась в штурмовую винтовку, висящую сбоку и при ходьбе выстукивающую по её бедру успокаивающий ритм. Она прошла один лестничный пролет вверх, затем дальше, до конца коридора.

Она услышала голоса — мужской и женский, замерла в открытом дверном проеме и постучалась.

— Да? — отозвался Оружейник.

— Я не помешаю?

— Нет. Заходи. — ответил он.

Она вошла в комнату. Помещение напоминало нечто среднее между мастерской и офисом. Два запасных костюма стояли по одну сторону помещения, каждый с небольшими функциональными различиями. Алебарды располагались на стеллаже позади стола Оружейника, одна из них была разобрана на части. Один из отсеков стеллажа был пуст — ещё одна из Алебард лежала перед Оружейником.

Ты опять заработался и забыл поспать, Колин? — спросила Ханна, хотя ответ был очевиден.

Он нахмурился, дотянулся до компьютера и нажал на кнопку. Посмотрел на время и пробормотал:

— Вот чёрт.

— Доброе утро, мисс Ополчение, — донесся из компьютера женский голос.

Ханна от удивления моргнула:

— Привет, Дракон. Извини, я не сразу поняла, что ты здесь. Доброе утро.

— Ты сегодня рано, — заметила Дракон, — И ушла ты поздно, исходя из того, что я вижу по сети. Проблемы со сном?

— Я вообще не сплю, — призналась Ханна, — не по-настоящему, с тех пор, как получила способности.

— Правда? Я тоже.

Колин откинулся в кресле и потер глаза ладонями:

— Да я бы отдал левую ногу на отсечение за такую маленькую привилегию.

Ханна кивнула. Существовали ли похожие на неё люди? Она задала вопрос экрану компьютера:

— А ты помнишь?

— Прости, ты о чём? Я не поняла. — ответила Дракон.

— Неважно.

Ханна знала, что если бы Дракон помнила, то ответ на её вопрос был бы совсем другим. Дракон была слишком умна, чтобы не углядеть связь.

— Мы разговаривали на профессиональные темы, — сказал Колин. Он показал на лежащую перед ним Алебарду. — Вот, увиливаю от прямых обязанностей, занимаясь технарской фигнёй. Думаю, сегодняшний проект удался.

— Правда?

Оружейник встал, взял Алебарду в одну руку. Нажал на кнопку на рукоятке, и лезвие стало расплывчатым. Даже не замахнувшись оружием, он позволил его концу упасть на пустой манекен из нержавейки, на котором должен был висеть его запасной костюм. Пыль разлетелась от того места, где лезвие коснулось манекена. Оно прошло насквозь, не встретив сопротивления. Обломки манекена загрохотали по полу.

— Впечатляет, — сказала она ему.

Он снова нажал на кнопку, и расплывчатость вокруг лезвия рассеялась в дымке стального цвета, оставляя обычное топорище оружия.

— Проблема лишь в том, что оно чувствительно к силовым полям, огню, и другим высоким энергиям, а ещё аппарат занимает слишком много места на вернем конце оружия. Несмотря на мои способности к миниатюризации, мне придется обходиться без некоторых привычных инструментов.

— Уверена, ты с этим разберешься. — сказала ему Ханна. Затем, с напускной суровостью, она уперла руки в бедра, — Так, больше меня не отвлекать. Какой разговор ты всё откладывал и откладывал?

Колин провел рукой по своим коротким каштановым волосам, вздохнул.

— Правильно. Это дело касается тебя в той же степени, что и меня.

Он прошел обратно к своему столу и плюхнулся в кресло. Скинул со стола отвертку и пару плоскогубцев, закинул туда ноги, положив одну на другую. Потянулся в сторону, вытащил кипу папок и бросил на стол.

— Суинки решила принять меры из-за последних событий. Грядёт реструктуризация Протектората и Стражей.

Ханна поморщилась.

— Насколько всё плохо?

Колин ответил ей, пожимая плечами:

— В случае со Стражами мы теряем Эгиду. Суинки и СКП хотят посмотреть, как он справится с управлением другой командой, и родители парня не против. Он подольше останется в Стражах, чтобы создать впечатление, что он моложе, чем на самом деле.

— Какая досада. А кто вместо него?

— Это будет обмен. Мы получим Сварщика из Бостонской команды.

— Я его не знаю, — призналась Ханна.

— Он хороший парень с отличным послужным списком. — вмешалась Дракон из глубины компьютера, — У него металлический организм, он может впитывать металлы через кожу. Сильный, выносливый, везде на хорошем счету, высокие оценки на тактических учениях. Обаятельный, и поиск по сети на его тему показывает количество отзывов больше среднего, что впечатляет, учитывая, что он один из фигурантов «дела 53».