Чтение онлайн

— Джентльмены, — заголосил Джо, который, будучи прирожденным зазывалой, не мог остановиться, стоило ему только открыть рот, — сейчас вы станете свидетелями поединка века, в котором Храбрый Кузнец из Айронвиля предпримет попытку выстоять целых четыре раунда против Моряка Костигана, Грозы Морей…

— Ой, да заткнись ты и проваливай с ринга, — грубо оборвал его Брелен. — Начинаем бой!

Ударили в гонг, и кузнец вылетел из своего угла. Бог мой! Ну и мужик это был, доложу я вам! Ростом шесть футов и один дюйм с четвертью и весом не меньше двухсот десяти фунтов против моих шести футов и ста девяноста фунтов. Широченная грудь покрыта черной шерстью, руки все в узлах мышц толщиной с хороший канат, ноги как стволы деревьев, тяжелая челюсть выступает вперед, мясистое лицо опытного бойца с горящими из-под густых черных бровей злыми серыми глазками, копна жестких черных волос, нависающая над низким лбом, — в общем, должен сказать, я в жизни не встречал бойца более ужасающего.

Мы набросились друг на друга, словно пара разъяренных быков. Хрясь! Из глаз посыпались искры, и я почувствовал, что лечу куда-то, а затем с грохотом рухнул на обе лопатки, и ринг подо мной заходил ходуном. Вот это да! Я лежал как распятый, почти ничего не соображая. Толпа улюлюкала, хохотала и веселилась, кто во что горазд. С тупым изумлением я уставился на черноголового гиганта, нависшего надо мной с гаденькой ухмылкой на губах. И тут меня осенила догадка.

— Черта с два ты кузнец! — взревел я, кидаясь на него. — Есть только один человек, способный так врезать. — Билл Кэйрн!

Я собрался было нанести сокрушительный удар своему противнику, но, даже не успев войти в контакт, вновь оказался на полу. Крики толпы перемешались в моей голове, я поднялся на ноги и с чувством выругался. Айронвиль! Мне следовало сразу догадаться, что это Билл Кэйрн по прозвищу Айронвильский Кузнец — самый крутой костолом в нашем ремесле!

Обезумев от ярости, я бросился на Кэйрна, но тот вновь уложил меня мощнейшим хуком слева. Фонари так и заплясали у меня перед глазами. Я встал на колено, отдыхая, пока честный Джим вел отсчет, причем считал он гораздо быстрее, чем положено. Надо же! Билл Кэйрн! Король нокаута в тяжелом весе. Одержал тридцать или сорок чистых побед подряд, а сам ни разу не был сбит с катушек. Айронвильский Кузнец собирался драться за звание чемпиона, и именно его мне предстояло уложить за четыре раунда! На счет «девять» я поднялся и, нацелившись Кэйрну в физиономию, вошел в клинч. С таким же успехом можно было пытаться побороть медведя-гризли. Хотя, конечно, меня тоже трудно назвать цыпленком. Я вцепился в противника мертвой хваткой, пока они вместе с рефери пыхтели и крыли меня на все лады, а зрители требовали, чтобы Кэйрн стряхнул меня и прикончил.

— Ах ты, крыса балаганная! — прошипел Кэйрн сквозь зубы. — Отцепись, а то башку оторву! Впился, как пиявка, — как тут покажешь настоящий класс!

— Дешевая болтовня для такой знаменитости, как ты! — огрызнулся я.

— Хочу устроить бесплатное представление для земляков! — заявил Кэйрн с гнусной ухмылкой. — Мне повезло, что ты, болван, зарулил в мой родной городок как раз, когда я приехал погостить.

Я понял его замысел. Он решил поразвлечься — нокаутировать меня шутки ради, а заодно доставить удовольствие друзьям и землякам. Показуха, одним словом! И он, и все эти айронвильские увальни насмехались надо мной. «Ну что ж, — подумал я, скрипя зубами от бешенства, — немало хороших бойцов обломали кулаки об мою железную челюсть!»

Я отцепился от Кэйрна и своей правой как кувалдой врезал ему по челюсти. Он уклонился от удара и… бац! Похоже, это был левый хук в голову. Ощущение было такое, будто меня багром огрели. В следующий момент, пока у меня перед глазами плавали круги, я почувствовал еще один толчок, похожий на мощное землетрясение.

Вскоре чей-то голос произнес: «Семь!» Я инстинктивно поднялся на ноги и оглянулся в поисках противника. Кэйрна я так и не увидел, — должно быть, он стоял сзади, зато я увидел огромную лапу в перчатке, которая треснула меня по уху и при этом едва не снесла голову с плеч. Я очень изящно нырнул, как в воду, основательно пробороздив носом пол. Зрители рыдали от восторга. Потом я услышал что-то похожее на звон бубенчиков и почувствовал, что меня поволокли в угол.

Нашатырь привел меня в чувство, и я обнаружил, что сижу на своем табурете, а вокруг меня хлопочут секунданты и Джо, у него из виска текла кровь.

— Откуда это? — спросил я заплетающимся языком.

— Какой-то гад треснул меня бутылкой, — ответил Джо. — Они заявляют, что я слишком рано ударил в гонг. Послушай, как орут! Гнусней толпы не встречал.

Публика возмущенно орала, правда, время от времени прерывалась, чтобы подбодрить Кэйрна, а он в ответ ухмылялся и кланялся из своего утла ринга.

— Я узнал его, — сказал Джо, — и его менеджера, Эйса Брелена, тоже. Прохиндеи паршивые! У тебя нет шансов, Стив…

В этот момент какой-то болван просунул свою усатую морду меж канатов и, тряся рукой с мотком веревки, проорал в сторону Джо:

— Мы тебя запомнили, крыса! Чтоб больше не было никаких балаганных штучек, понял? Еще раз выкинешь какой-нибудь фортель, мы тебя вздернем. К тебе это тоже относится, слышишь, горилла ушастая?

— Размечтался! — огрызнулся я, лягнув его от всей души.

Я заехал ему каблуком прямо в челюсть, и он зарылся в первом ряду среди перевернутых стульев и беснующихся зрителей. Он с трудом выбрался оттуда и, разинув окровавленный рот, принялся искать свою пушку в карманах куртки, но тут прозвучал гонг, и мы с Кэйрном вновь накинулись друг на друга.

Я торопился, рассчитывая первым нанести удар, но он опередил меня. Ума у Кэйрна было маловато, зато двигался он, как большая кошка, да и от его ударов мало кто мог устоять на ногах, даже если он не задевал жизненно важные органы. Когда я пытался блокировать его удары, у меня руки немели. Вжик! Его левая со свистом пронеслась впритирку с моей челюстью. Дзынь! Его правая обожгла мне ухо. Увидев просвет среди ударов, я изо всех сил выстрелил правой. Но мои намерения были слишком явными. Он подставил плечо под удар, а левой заехал мне по ребрам. Я выдохнул. Дыхание вырвалось из меня словно реактивная струя.

Я попытался обхватить Кэйрна и войти в клинч, но он отшвырнул меня и правой мощно врезал мне в челюсть. Хрясь! Я почувствовал, что лечу, а затем приземлился на живот. Голова моя торчала из-под канатов, и я таращился стеклянными глазами на воющих в экстазе зрителей. Один из них поднялся с места, шлепнул себя шляпой по ляжке и, вплотную приблизив свою рожу к моей, заорал:

— Ну что, шут балаганный, как тебе это понравилось?

— А вот так! — взревел я, вмазав ему по зубам, и он зарылся носом в опилки.

Заметив, что рефери очень быстро досчитал до девяти, я перекатился на спину и вскочил на ноги. Отбросив всякую технику, я начал яростно месить соперника в надежде нанести удар.

Но в этой игре хозяином положения был Кэйрн. Секунду-другую он блокировал мои удары, а затем… Бац! — мощнейшим ударом правой в подбородок послал меня на канаты, отлетев от которых я наткнулся на молниеносный удар левой и лицом вниз повалился на помост.

Толпа выла словно стая волков. Когда заурядный боец падает вот так лицом вниз, это значит, что с ним все кончено. Но меня никто никогда не обзывал заурядным. На счет «девять» я, как всегда, был на ногах, правда, слегка покачивался. Кэйрн приблизился ко мне с выражением отвращения на злом лице.