Шрифт:
Всё началось с новой учительницы литературы. Когда она пришла в класс 1 сентября, все семиклассники обрадовались. Прежняя «литераторша» ушла на пенсию, но это никого не огорчило. Она была очень вредная, детей не любила. Странно, как она вообще столько лет проработала в школе.
Новая учительница была молодая и симпатичная. Когда директор школы представила её классу, она приветливо посмотрела на ребят и улыбнулась. Звали молодого преподавателя Екатерина Ивановна.
В 7 «Б» учились четверо ребят: Артёмка Тихонов, Костя Фомичёв, Ксюша Королёва и Лидочка Лосева. Они дружили ещё с детского сада, и всегда были неразлучны. Сейчас четверо друзей порадовались вместе со всеми. Улыбка молодой учительницы давала надежду на то, что они с ней поладят.
Прошло несколько дней. Ребята постепенно втягивались в учёбу. Делать это было непросто, потому что на улице стояла очень тёплая солнечная погода, как будто лето решило не спешить с уходом. И вот в один из таких дней Артёмка прогулял на улице дольше положенного и забыл выучить стихотворение. Конечно, он надеялся, что его не спросят. Но – не повезло. Екатерина Ивановна, не глядя в журнал, обвела взглядом класс и остановила его на Артёме.
– Артём, прошу к доске.
Она с первого дня называла ребят по именам (как только и запомнила всех так быстро!), а старая учительница всегда обращалась к ним только по фамилиям. Так что ученикам Екатерина Ивановна понравилась ещё больше.
Артёмка замялся. Медленно встал из-за стола, покрутил головой по сторонам.
Учительница заметила его растерянность и предложила ответить с места. Но как от перестановки мест слагаемых сумма не меняется, так и оттого, где стоит Артёмка, толку было мало, стихотворения-то он не выучил.
Екатерина Ивановна внимательно посмотрела на него и всё поняла.
– Артём, ты не готов?
– Не готов, – грустно сознался Артёмка, чувствуя, как краска стыда заливает его щеки. Краснел он не потому, что не выучил стиха. За все эти годы непоседливый мальчишка попадал и не в такие ситуации, и даже двойки домой иногда приносил. Сейчас ему было стыдно оттого, что это будет самая первая «пара», полученная кем-либо из класса в новом учебном году. И влепит ему эту отметку понравившаяся всем молодая учительница.
Но Екатерина Ивановна повела себя как-то странно. Она ещё раз внимательно посмотрела на пригорюнившегося Артёма. Потом подумала о чём-то и неожиданно сказала:
– Ну, что ж, двойку я тебе ставить сегодня не буду. Я предлагаю другой вариант.
Артёмка навострил уши. Что ещё она придумала?
Екатерина Ивановна придумала следующее. Она сказала, что если завтра после уроков он придёт к ней и перескажет рассказ… Она назвала автора и название произведения. И добавила, что невыученное стихотворение ему тоже придётся ответить.
Провинившийся ученик поинтересовался:
– И тогда вы мне двойку не вкатите?
– Не вкачу, – улыбнулась Екатерина Ивановна. – Только правильно нужно говорить «не поставлю».
Артёмка обрадовался. Какая разница – «не вкачу» или «не поставлю»! Главное, что двойки не будет! Ур-р-ра!!!
И он согласился.
Учебный день был полон хлопот и всяких событий. Шустрый Артёмка закрутился и чуть не забыл о данном обещании.
Напомнила ему о нём Ксюша. Когда с гиканьем и свистом они с Костей слетели со ступенек школьного крыльца, Ксюша с Лидой покрутили им обоим пальцем у виска. Мальчишки засмеялись и, накинув на плечи лямки школьных рюкзаков, собрались идти.
– Ты куда?! – спросила Ксюша у Артёмки.
– Как куда? Туда же, куда и вы – домой! – ответил он.
– А про литературу забыл?
Артёмка моментально сник. Забыл, и, правда, забыл! Вот ведь невезуха! Отставать от друзей ему совсем не хотелось, а просить, чтобы они подождали его, было как-то неудобно.
– А я его в Интернете найду! – сообразил он.
– Нет уж, давай иди в библиотеку! – настаивала Ксюша.
На улице сегодня совсем по-летнему светило солнце, небо было синее-синее. И, если честно, Артёмке хотелось подольше побегать на улице. Но он всегда старался держать данное слово. И поэтому, попрощавшись с ребятами, Артём нехотя поплёлся назад в школу.
* * *
К вечеру Артёмка выучил заданное вчера стихотворение и только потом открыл взятую в библиотеке книгу. Рассказ, который ему нужно было прочитать, был напечатан в середине толстого тома. Желая узнать, сколько страниц ему придется прочесть, мальчик полистал книгу. Рассказ был не большим, но оказался очень интересным. И, начав читать с большой неохотой, Артёмка вдруг втянулся и даже прочитал второй рассказ. Потом книгу пришлось отложить – его позвали ужинать.
Перед сном Артём снова взялся за чтение. Странное дело – вроде книга старая и весьма потрёпанная, и писатель жил давно, но читать его рассказы оказалось очень интересно. Артём мысленно поблагодарил свою учительницу за то, что она познакомила его с этой книгой.
Наконец Артёмкины глаза начали слипаться, и он захлопнул книжку. И вдруг заметил, что из неё виднеется краешек какой-то бумажки. Мальчик потянул посильнее и вытащил сложенный вдвое тетрадный лист в клеточку.
На листке синим карандашом была нарисована какая-то схема, а точнее сказать – карта. А на карте сделаны какие-то отметки. Приглядевшись, Артём увидел, что они очень похожи на двух птичек. И ещё на этой карте красным карандашом был жирно нарисован крестик и две буквы «К-Д».
Артёмкин мозг сразу придумал, что это карта, на которой отмечен клад. Но мальчику очень хотелось спать, да и в клады, если честно, он почти не верил, так что листок был отложен до утра.
За завтраком Артём спросил у отца:
– Пап, а в наше время клады находят?
– Конечно, находят! – заверил его отец. – А что?
– Да так, – пожал плечами Артёмка. Он постеснялся сказать про свои фантазии – вдруг папа посмеётся и назовёт его выдумщиком.
Но Артёмкин папа неожиданно улыбнулся.
– А знаешь, Артём, я в твоём возрасте даже пробовал клад найти. Начитался «Кортика» и «Бронзовой птицы»…
– Чего-чего начитался? – не понял мальчик.
– Книжки такие были хорошие. Интересные такие книжки, Рыбаков написал. Там с ребятнёй всякие разные приключения случались. И ещё они всё время клады находили. Кстати, советую прочесть.
– А ты клад нашёл?
– Клад? Нет, не нашёл. Но нам с другом моим, Лёшкой, было очень интересно!
Артём призадумался. Нет, он, конечно, уже не маленький, и во всякие глупости не верит. Только что же это за рисунок такой на листе?