Чтение онлайн

— Не, родная, я сегодня не смогу — занята. Давай на выходных или на следующей неделе. Как ты, сможешь?

Подруга согласилась, высказала сожаление, что встречу придется отложить, пообещала перезвонить и дала отбой.

Лайза, прищурив глаза, в третий раз перечитывала прямолинейный текст записки.

Значит, он только о сексе и думает… Интересно, с таким вообще может быть что-то глубже? Настоящие чувства, взаимные интересы, полноценная жизнь? Или действительно один лишь голый "трах"?

Последнее звучало непрезентабельно.

Нет, придется в какой-то момент сказать Маку "нет" и посмотреть, что будет: уйдет, значит, туда и дорога; останется и начнет вести себя иначе, тогда появится и шанс.

Сотовый отправился в сумочку, рабочая папка раскрылась на первой странице. Вчитываясь в пожелания заказчицы, Лайза думала о том, что прежде чем сказать "нет", она все же насолит этому наглецу. Совсем чуть-чуть. На мгновение превратится в Королеву и покажет вредной пешке, что та напрасно возомнила себя Королем.

Мысль была не просто рискованная — безумная по своей сути. Насколько безбашенная, настолько же и привлекательная.

Не особо вдумываясь в то, что создает на экране, Лайза взвешивала все "за" и "против" пришедшей в голову идем.

Итак, что она имеет? Мак, которого не будет этим вечером дома. Его редкие невидимые касания в те моменты, когда он проверяет ее местоположение; если повезет, этим вечером он будет отвлечен от слежения (возможно, и нет: это монстр всегда на страже, но мечтать никто не запретил). Ворот вокруг его дома нет, значит подъехать можно прямо к гаражу, а сенсор на двери настроен на узнавание ее лица, Аллертон сообщил об этом перед ее отъездом из особняка.

Сердце учащенно забилось при мысли о том, что этим вечером она, возможно, шагнет в берлогу к зверю. Ладони вспотели; на экране в скоростном режиме прорисовывались новые элементы интерьера спальни мисс Белланж.

А что она, собственно, теряет?

Если Чейзер поймет, что Лайза в его доме, то приедет туда и надает ей по пятой точке. Если вообще не уедет, то будет рад вечернему визиту. Если не сработает сенсор — ну и черт с ним, вернется домой. А вот если все пройдет отлично, то надо бы подготовиться. Да, надо непременно хорошенько подготовиться.

Глядя на распечатанный эскиз, мистер Кетч молчал, смущенно теребил фиолетовый галстук и время от времени прочищал горло. Наконец положил лист на стол, снял очки и принялся их протирать вытянутой из картонной коробки салфеткой.

— Лайза, вы понимаете, что мисс Белланж — женщина в годах?

Покачивался носок туфли; Лайза смотрела в окно, в глазах застыло выражение невинного олененка.

— Ну, она же пожелала спальню, которая бы освежала мысли и вдохновляла чувства.

— Но она же не просила… будуар!

— Она написала: "Что-нибудь нежное, способное меня удивить, оттенки любые, кроме синих и зеленых". Вот я и выполнила все в белых и красных.

— А вот эти сердечки на подушках?

— Они хорошо сочетаются с рисунком на обоях.

— А лампы в виде амуров?

— Пусть тряхнет стариной, ваша мисс Белланж! Амуры в любом возрасте… как раз.

— Лайза!

— Да перестаньте, мистер Кетч. Покажите ей набросок. Если не понравится, передайте, что я сделаю ей три других и даже позволю сидеть над душой во время моей работы. Договорились? И если на сегодня все, то я побежала, хорошо?

Глядя вслед выпорхнувшей из кабинета женской фигуре, Майлз запоздало кивнул, в который раз за день прочистил горло, вытер капельку пота на виске и какое-то время сидел в тишине, с недоумением глядя на закрывшуюся дверь.

Затем перевел взгляд на набросок, раскрыл толстый блокнот с телефонами клиентов на странице с буквой "Б" в левом верхнем углу и неуверенно придвинул к себе телефонный аппарат.

В окнах темно, в саду тихо.

Мираж, в целях конспирации, остался стоять на соседней улице; невидимый взгляд в спину не появлялся уже часа полтора — наверное, вечеринка вошла в самый разгар.

Сенсор распознал ее лицо со второй попытки — дверь гаража, поскрипывая, поползла вверх; Лайза быстро скользнула внутрь и нажала на панели кнопку "Закрыть". Дверь, не дойдя доверху, начала опускаться.

Сердце колотилось в бешеном темпе — в голове задор, в крови адреналин. Быстрее, нужно двигаться быстрее.

Втягивая неуловимо знакомый запах дома, в котором провела так мало и так много, Лайза, осторожно огибая предметы, продвигалась к лестнице на второй этаж. Сумка на длинной лямке с острыми ножницами внутри жгла бедро.

Зачем она пришла сюда? Зачем вообще решилась на это? Ведь одно дело — испортить одну-единственную майку собственноручно, другое — когда кто-то чужой режет дорогие вещи.

Волна нахлынувшей на секунду паники лишь распалила рвущийся наружу азарт. Ну уж нет! Она не отступится. Мак, значит, имеет право приходить к ней без спроса в дом (и уходить, не попрощавшись), а она нет? А как насчет блузки от Мано? Как насчет вообще получить хоть какой-нибудь достойный ответ со стороны противника? А то привык, видишь ли, к безоговорочной капитуляции всего и вся на второй секунде.

Вещи нашлись в гардеробной, куда вела дверь из хозяйской спальни. Вспыхнул свет, и Лайза стушевалась во второй раз — нет, такие она портить не решится, слишком дорогие. Белоснежные, бежевые, голубые рубашки, пиджаки, брюки, ремни. Два ряда туфель на полках, часы на подставках. Большеглазая совесть, еще не совершив преступления, уже залилась слезами.

Хорошо-хорошо! Костюмы за тысячи долларов только изверг сумеет порезать. Она разочарованно оглядела узкое помещение, недовольно выдохнула и погасила свет. Теперь либо уходить, либо менять план.