Чтение онлайн

– Догадался ли кто-нибудь прихватить канарейку?

– Канарейку?! – воскликнула Дити. – Боже мой, зачем?

– Это я просто тактично напоминаю экипажу, что нам нечем проверить атмосферу на пригодность. Второй пилот!

– Да, капитан, – отозвался я.

– Достать кнопку мертвого человека. Приготовить ее к использованию. Держать повыше, так чтобы всем было видно. Когда ты доложишь, что кнопка готова к работе, я открою воздухозаборники. Если ты потеряешь сознание, твоя рука разожмется, и кнопка доставит нас домой. Надеюсь. Но – внимание! – если у кого-то из вас закружится голова, вообще кто-то почувствует себя плохо… или увидит, как кто-то другой падает в обморок – не ждите! Дайте команду голосом. Дити, произнеси по буквам команду, которую я имею в виду. Не давай команду, а произнеси по буквам.

– А, я, дэ, о, эм, о, и.

– «И» краткое!

– Это уже мелочь. И так ясно.

– Это не мелочь.

– Знаешь, кто ты? Ты флокцинавцинигилипилификатор, вот.

– Так ты, значит, поняла это словечко? Объявляю: отныне и впредь на Барсуме различие между буквами «и» и «и краткое» не проводится. По приказу Джона Картера, владыки. Я сказал. Второй пилот!

– Кнопка мертвого человека приведена в готовность, капитан, – ответил я.

– Девушки, можете дышать или не дышать, как хотите. Пилот и второй пилот будут дышать. Сейчас я открою воздухозаборники.

Я старался дышать нормально и думал о том, разожмется ли моя рука, если я потеряю сознание.

Неожиданно в кабине стало холодно, тут же автоматически заработали обогреватели. Я не испытывал никаких неприятных ощущений. Давление в кабине слегка повысилось, отметил я про себя, – надо полагать, за счет лобового напора воздуха.

– Все ли чувствуют себя нормально? Все ли выглядят нормально? Второй пилот!

– Чувствую себя прекрасно. Ты выглядишь хорошо. Хильда тоже. Дити я отсюда не вижу.

– Научная часть?

– Дити выглядит нормально. Я чувствую себя хорошо.

– Дити! Где ты там?

– Бог ты мой, я уж забыла, как пахнет свежий воздух!

– Второй пилот, осторожно – очень осторожно – заблокируй кнопку мертвого человека и убери ее. О выполнении доложить.

Через несколько секунд я доложил:

– Кнопка мертвого человека на обычном месте, капитан.

– Хорошо. Вижу поле для гольфа. Приземляемся.

Зеб включил двигатель, Ая завибрировала. Мы спустились по спирали, ненадолго зависли и сели, мягко ударившись о грунт.

– Приземлились на Барсуме. Астронавигатор, прошу отметить в судовом журнале время и дату.

– Ой… а где…

– На пульте.

– Но там ноль восемь ноль три, а тут только-только рассвело.

– Отметь по Гринвичу. Одновременно отметь ориентировочное местное время и дату: Барсум, день первый. – Зеб зевнул. – Что-то очень часто утро наступает, лучше бы пореже.

– Погоди, не засыпай, – сказала моя жена. – Будут горячие оладьи.

– Тогда не засну!

– Тетя Хильда!

– Дити, я взяла с собой «смесь тетушки Джемаймы». И порошковое молоко. И масло. Сиропа, Зебби, нет – увы. Но есть виноградное желе в тюбике. И растворимый кофе. Если кто-нибудь возьмет на себя труд отпереть эту дверцу в переборке, то завтрак будет готов через несколько минут.

– Заведующая научной частью, выполняйте первоочередные обязанности.

– Я? Но – то есть виновата: есть, капитан!

– Спусти свою изящную ножку на землю. Это твоя планета, твоя привилегия. По правому борту, под крылом – дамский туалет, по левому борту мужской писсуар. По требованию дам им может быть предоставлен вооруженный эскорт.

Я обрадовался, что Зеб об этом вспомнил. В машине имелся специальный сосуд, хранящийся под левым задним сиденьем, и запас пластиковых вкладышей к нему, но у меня не было ни малейшего желания им пользоваться.

Ая Плутишка чудесная машина, но в качестве космического корабля она далека от совершенства. Впрочем, на Барсум она нас доставила.

Барсум! Планета невиданных животных и прекрасных принцесс…

Наш первый час на Барсуме ушел на ориентировку. Тетя Хильда высунулась, вышла и осталась снаружи.

– Не холодно, – сообщила она. – Позже будет жарко.

– Смотри под ноги! – крикнул ей мой муж. – Могут быть змеи, да мало ли что. – Он поспешил вслед за ней – и полетел кувырком.

Зебадия не ушибся: земля напоминала упругий мат благодаря зеленовато-желтой поросли, чем-то похожей на клевер. Он осторожно поднялся на ноги, немного попрыгал, как будто ходил по резиновому матрацу.

– Не понимаю, – пожаловался он. – Тяготение здесь должно быть вдвое больше лунного. А я чувствую себя гораздо легче.

Тетя Хильдочка села на травку.

– На Луне ты таскал на себе скафандр, баллоны, оборудование. – Она развязала шнурки своих кед. – А здесь нет.

– Да, это верно, таскал, – согласился мой муж. – Что ты делаешь?

– Снимаю кеды. А когда это ты был на Луне? Капитан Зебби, ты обманщик.

– Не снимай! Откуда ты знаешь, что водится в этой траве?

Тетя Хильда остановилась, успев снять одну кеду.

– Если кто меня укусит, я отплачу ему тем же. Капитан, на борту Аи Плутишки ты абсолютный босс. Но разве членам твоего экипажа совсем уже не оставлено свободной воли? Давай говори, кто я: свободная гражданка или твоя рабыня, не имеющая права даже разуться без разрешения? А?

– Э-э…

– Если ты будешь принимать решения всегда и за всех, ты свихнешься, как курица, растящая утят. Даже Дити позволено рассуждать. А мне уж и пописать нельзя без твоей команды. Ну, что мне, эту надевать обратно? Или ту снимать?