Чистильщик
Шрифт:
«Бойцовые Коты», до этого лениво покуривавшие, прислонившись к колоннам или усевшись прямо на пол просторного вестибюля станции метро и перебрасывавшиеся вялыми шуточками, насторожились, затоптали сигареты и подняли стволы десантных АКМов, удлиненные толстыми цилиндрами пэбээсов. Четыре группы – по пять здоровенных парней в камуфляже в каждой – наглухо блокировали все выходы из тоннеля и были готовы залить потоками свинца все, что бы ни появилось из темноты,
Но огонь так открыт и не был. Стволы дрогнули и поднялись к потолку. Из тоннеля, ведущего к станции «Технологический институт», показался высокий сухощавый парень в заляпанном кровью мешковатом сером комбинезоне. Правда, его высокий рост стал заметен лишь после того, как он бережно опустил на руки стремительно подбежавших к нему «Бойцовых Котов» ватно обмякшее тело в изодранном и пропитанном кровью камуфляже и с трудом разогнулся.
– Что случилось, командир? – спросил его старший пятерки.
Наблюдавший эту сцену сержант милиции, несший дежурство в этот ранний утренний час на станции «Балтийская», удивленно поднял брови – этот сухощавый, хлипкий с виду парень разительно отличался от остальных «Бойцовых Котов». Причем сравнение было не в пользу парня.
– Семейка выворотней, мать их, – ответил парень и сплюнул кровавый сгусток на свежевымытый пол вестибюля. – Злого и Фитиля сходу в клочья, Лома я вытащил. Положили вроде всех. Проверьте.
– Вот б…ство! – выматерился старший пятерки. Парень оглянулся. В тоннель на рысях вбежала свежая пятерка Большого Грызя, растворилась в темноте. Парень мотнул головой.
– Как Лом, Макс? – спросил он у одного из бойцов, возившегося с раненым. Тот покачал головой.
– Почти безнадега.
– Вот б…ство! – полушепотом выматерился парень, ладонью крепко потер узкое длинное лицо, пошатнулся, отшагнул назад к колонне и сполз по ней на пол. Он поднял взгляд на стоявшего столбом напротив сержанта милиции, и тот вздрогнул – зрачки парня, похожие на карандашные точки на белом листе бумаги, медленно расширялись, принимая нормальный размер, превращаясь из угольно-черных в серо-водянистые. Только сейчас сержант заметил глубокую рваную рану на бедре командира «Бойцовых Котов».
Заметив ужас в глазах сержанта, парень подмигнул ему.
– Все, браток, можете дышать спокойно, – с усмешкой сказал он. – До поры до времени.
Крыс с Упырем вынесли Чистильщика на носилках, где-то раздобытых сердобольным сержантом милиции, на привокзальную площадь. Мелкие и редкие пушинки почти сухого снега упали ему на лицо.
– «Скорую» – Лому, – приказал Чистильщик, приподнимаясь, опершись на локоть.
Бойцы затоптались на месте, неуверенно глядя то на него, то на реанимобиль.
– Командир, – робко произнес Крыс.
Чистильщик неторопливо повернулся к нему и глянул на старшего пятерки своими бесцветными глазами так, что у того подкосились ноги и он чудом не выпустил носилки.
– Я сказал – Лома в «скорую», – тихо повторил Чистильщик. – Меня – в санчасть. Прослежу.
И он проследил. И опустил голову на жесткий подголовник носилок лишь тогда, когда «скорая», истошно завывая сиреной, увезла раненого бойца.
Через полчаса он лежал на кушетке и курил, равнодушно глядя в потолок санчасти дежурки «Бойцовых Котов» на Второй Красноармейской. Врач наложил швы на узкую глубокую рану на правом бедре Чистильщика и с максимальной осторожностью ввел катетер в вену на левой руке, Потом, повинуясь повелительному жесту командира «Котов», покинул перевязочную.
Боли Чистильщик все еще не чувствовал. Долгие годы психотренинга и «Лунный Эликсир» способствовали обильному выделению эндорфинов в кровь, изрядно завышая болевой порог. Но Чистильщик знал, что скоро действие естественных наркотиков закончится и боль – горячая и острая – навалится на него огненным шаром. И надо успеть сделать необходимое, чтобы потом можно было провалиться в забытье спокойно. Он дотянулся до специального подсумка и выудил оттуда два пузырька. Изготовление этих емкостей влетело Чистильщику в копеечку, так как пузырьки были сделаны из бронестекла, которое устанавливают на лимузинах разной знатной швали.
Содержимое первого пузырька Чистильщик втер в рану, из второго пузырька уронил две капли в стакан воды и проглотил коричневатое пойло. Резко выдохнул, словно хлопнул стакан водки, и вновь опрокинулся навзничь. Закурил еще одну сигарку. Он ждал боли. И она пришла, не успел он докурить сигарку до половины. Чистильщик, скривившись, бросил окурок в стакан из-под воды и постарался максимально расслабиться, всецело отдаваясь во власть боли. Это ему удалось, и он потерял сознание.
Подразделение «Бойцовых Котов» создали сравнительно недавно – полтора года назад. Собственно, название подкинул кто-то из бойцов, начитавшись Стругацких, а официальное название подразделения было сухим и невыразительным – Группа охраны и очистки подземных коммуникаций ГУВД Санкт-Петербурга. Конечно, о бардаке в тоннелях и мутантной фауне знали многие и давно, но власти зачесались только тогда, когда обходчики тоннелей и прочие рабочие, обслуживающие подземные коммуникации, стали пропадать пачками. Трупы некоторых находили в таком состоянии, что даже бывалые труповозы начинали чувствовать приступы тошноты, глядя на жалкие растерзанные останки.
И тогда ГУВД распорядилось сформировать при отделе милиции по охране метрополитена спецподразделение. Комплектовалось оно в обстановке секретности, дабы не создавать ненужных сенсаций и не вызвать панику у мирных обывателей, пользующихся подземкой. Вербовали демобилизовавшихся армейских спецназовцев и спелеологов с хорошей физической формой. Набрали человек сорок и призадумались – а кого поставить во главе этой разношерстной команды? Мучились долго – ни один кандидат не имел опыта в операциях подобного рода – пока подполковник Лукин не вспомнил про Чистильщика.
Чистильщик очнулся, как включился – резко, без переходных состояний, сразу готовый активно функционировать. Он сел, но не резко, без рывка, а каким-то быстрым и плавным, словно смазанным движением. Врач, сидевший неподалеку, поглядел на него с некоторым страхом. Движение было почти нечеловеческим, так могла бы двигаться большая сытая змея
– Время? – коротко бросил Чистильщик хриплым голосом.
Врач непонимающе поглядел на него.
– Сколько времени? – повторил вопрос Чистильщик Врач пожал плечами.
– Да что-то около половины двенадцатого, – ответил он. Чистильщик криво усмехнулся. «Счастливый человек, – подумал он, – может позволить себе этакое «около половины двенадцатого». Счастливчик». Он выдрал иглу из вены, залез в карман куртки, лежавшей у изголовья, и выудил из портсигара тонкую сигарку. Закурил. Заметив краем глаза протестующее движение врача, зыркнул на него: