Чистка
Шрифт:
Темные безликие фигуры наступали со всех сторон. Сергей отчаянно махал руками, пытаясь отогнать призраки, но они не останавливались. Наплывали беззвучно, словно облака.
В момент между сном и явью, когда уже понял, что видит лишь очередной кошмар, но еще не проснулся до конца, ушей коснулся очень далекий детский плач. Тонкий, на самом пределе слышимости.
В изумлении Сергей распахнул глаза и прислушался. Тишина. Как и положено. Детей, способных плакать так, у соседей нет. Так что звук этот не может быть ничем иным, как мороком.
Разбивая тяжелые, словно мокрые, мысли, отчаянно заверещал будильник. Преодолевая сопротивление рыхлого и какого-то чужого тела, Сергей встал и поплелся в ванную. Хоть сегодня и суббота – встать надо раньше, предстоит поездка на вокзал.
С неба, затянутого серым прохудившимся одеялом, сыпался снег, говоря о том, что зима все-таки наступила. По календарю она пришла уже пять дней назад, но морозы задерживались, и земля была голая, черная.
Перрон оказался пустынен. Поезд на Мурманск вряд ли пользуется большой популярностью в декабре. Лишь у одного из вагонов стояла небольшая кучка людей, среди которых Сергей еще издалека заметил Степана. Тот возвышался, словно пожарная каланча. Шапку, несмотря на холод, не одел, и снежинки превращались в блестящие капли на соломенных волосах.
– Всем здравствуйте, – сказал Сергей, подходя.
– Доброе утро! – радостно ответил Степан, и смутился, поняв, что сказал не совсем то.
Рядом с ним обнаружилась Майя. На морозе щеки ее раскраснелись, и девушка выглядела особенно привлекательной. Она улыбнулась наставнику, и Сергей, несмотря на все события последнего времени, не смог сдержать ответной улыбки.
Зато Виктор выглядел мрачным. Он вместе с Жанной стоял чуть поодаль, и в глазах его, пасмурных словно небо, не отражалось ничего.
– Привет, – сказала Жанна. – Как ты?
– Не очень, – со вздохом отозвался Сергей. – Ни ночи без кошмаров.
– Чего же тогда не едешь с ними? – женщина указала подбородком на уезжающих, что как раз выбирались из вагона, судя по всему, устроив вещи.
– Не знаю, – пожал плечами Сергей. – Не могу же я территорию бросить. Ведь сколько сил положено на очищение, а загрязнится все за пару недель.
– Понятно, – кивнула Жанна. – Что же, пора прощаться!
За оставшиеся до отхода поезда пять минут Сергей успел пожать с десяток рук, улыбнуться женщинам, и заверить тех из отъезжающих, кого он неплохо знал, что никуда не денется, будет жить на том же месте и ждать звонков и писем.
– Ну, вот и все, – сказал Степан, когда поезд с грохотом скрылся вдали. – Дай бог им удачи.
– Удача нужна слабому! – скривил губы молчавший до сих пор Виктор. – А сильный и без нее обойдется!
– Уехали бы и вы, – сказал Сергей ученикам. – Вон Артем, я тоже был ему наставником, а он уже в поезде.
– Мы не хотим, – сказал Степан, и обменялся с Майей улыбками. – Нам и здесь неплохо, клянусь менталом! Пусть вокруг мрак, главное – чтобы в сердце было светло!
– Твоими бы устами… – начал было Сергей, но его прервал Виктор.
– Хватит лясы точить! – сказал он сурово. – Нам еще работать сегодня.
– И что вы будете делать? – сразу встрял с расспросами любопытный Степан. – Может, и нас возьмете?
– Нет, – проговорила Жанна жестко. – Рановато вам еще ассенизаторское ремесло осваивать. Еще на вас хватит грязи!
Степан сразу увял, словно цветок без воды. Майя пристроилась к нему, зашептала что-то на ухо, и когда они подошли к станции метро, на лице молодого мага уже вновь цвела улыбка.
– Нам – направо, вам – налево, – сказал Сергей перед развилкой в подземном переходе.
– Пока-пока, – замахал руками Степан, а Майя просто кивнула.
Когда ученики скрылись в тоннеле, Жанна произнесла со вздохом:
– Хорошая пара. Уцелеть бы им!
Эскалатор полз вниз беззвучно, словно диковинная река, застывшая ребрами волн, а в душе Сергея неведомо откуда появилось дурное предчувствие. Словно укололо в сердце маленькой иголочкой.
Вокруг все было спокойно, а вот внизу, на платформе…
– Назад! – сказал вдруг Виктор жестко, а сам шагнул на ступеньку вниз, так, чтобы первым ступить на мраморный пол.
Жанна напряглась, подняла руки к лицу. На одном из ее пальцев ярко сверкнул тусклый обычно перстень из меди, очень старый, с изображением вставшего на дыбы зверя – то ли барса, то ли пантеры…
Эскалатор закончился, и тут же магов атаковали. Бритоголовые мальчики в кожаных черных куртках, вроде бы бесцельно слонявшиеся по платформе, мгновенно построились в боевой порядок и двинулись в сторону Виктора. В руках юнцов обнаружились ножи и велосипедные цепи.
Клепки на куртках отразили свет ламп, на миг заслонив Сергею зрение. Когда он смог оглядеться, то увидел Виктора, непостижимо быстро перемещающегося среди фигур в темном. Раздался щелчок, и он распался на два одинаковых экземпляра, и уже в четыре руки продолжил бой…
"Дубль! [12] " – с восхищением подумал Сергей. – «Он выделил дубля!».
Бритоголовые не ожидали подобного отпора. Они неловко промахивались, сами попадали под удары, и один за другим падали на серовато-белый, словно грязный снег, пол.
Сергей перевел взгляд влево, в сторону Жанны. Та стояла, воздев руки, а агрессоры, выбравшие ее целью, замерли неподвижно, вытаращив глаза, словно скованные невидимыми цепями.
– Зверь! – вдруг заорал один, и брякнулся на пол, извиваясь полураздавленным червяком. Из губ его, враз посиневших, полезла белая пена.
12
Дубль – точная копия тела мага. Выделяется самопроизвольно в случае смертельной опасности для жизни. Выполнив задачу, исчезает.
Остальные разом бросились бежать. На бегу один из удирающих подлетел, словно от мощного удара в спину, и упал. Мрамор под ним окрасился багровым. На миг платформу огласило низкое хриплое рычание, рев охотящегося хищника…
Лишь Сергея никто не замечал. Бритоголовые словно нарочно избегали его, и он так и простоял весь бой неподвижно, выполняя безопасную, но не совсем почетную роль наблюдателя…
Просто сделать ничего не успел.
Подошел тяжело дышащий Виктор, уже в одном экземпляре. Глаза его в свете ламп казались зелеными, словно апрельская листва, а в блестящих волосах сверкали пряди седины…