Чтение онлайн

Вероника выпрямилась во весь рост и метала молнии, а растерянные мать и сестра с недоумением взирали на нее. Олимпия была готова к тому, что Вероника немного поворчит, но такого всплеска возмущения никак не ожидала.

– Вероника, успокойся! Не стоит впадать в крайности. Тебя же не зовут участвовать в марше неофашистов! Это всего лишь светский бал. Праздник!

– Да какая разница? В Аркадах разве участвуют афроамериканцы? Или евреи? А может, латиносы или азиаты? Да как ты, мам, можешь быть такой лицемеркой? Ты же иудейка, ты замужем за Гарри! Если ты нас заставишь это сделать, это будет ему настоящая пощечина.

Вероника кипела благородным гневом, а Вирджиния готова была разреветься.

– Да какая пощечина? Абсолютно невинный бал дебютанток! Пофорсите в нарядных белых платьях, потанцуете, выйдете на поклон, развлечетесь от души. Кроме того, я понятия не имею, кто еще там будет и к какой расе они относятся. Я уж и не припомню, как это было, когда я участвовала в таком мероприятии.

– Не говори ерунды, мам! Ты прекрасно знаешь, что туда пускают только белых англосаксов, и единственная цель этого, как ты говоришь, «мероприятия» – чтобы всяк сверчок знал свой шесток. Ни один порядочный человек туда носа не покажет. И я не поеду! Мне плевать, что ты сейчас скажешь или что скажет Джинни, но я никуда не поеду! – Вероника стояла насмерть, а Вирджиния все-таки расплакалась.

– А ну-ка, успокойтесь! – приказала Олимпия негромким, но твердым голосом. Подобная болезненная реакция Вероники начинала ее раздражать, в то время как Гарри озадаченно взирал на спорящих.

– Могу я полюбопытствовать, из-за чего, собственно, сыр-бор? Если я правильно понял, девочки получили приглашение на сборище, организованное ку-клукс-кланом или Святой Инквизицией, и Вероника отказывается идти?

– Вот именно! – поддакнула дочь, гневно расхаживая по кухне, тогда как Джинни с мольбой взирала на мать, ища поддержки.

– Ты считаешь, мы не должны пойти? – спросила она в панике. – Мам, не позволяй ей все испортить… Все же пойдут! Две наши девочки в эти выходные уже платья в «Саксе» себе купили! – Джинни, судя по всему, и так уже волновалась, что ее опередили.

– А ну-ка, обе успокойтесь! – повторила Олимпия, накрывая стол.

Она протянула Вирджинии салфетку, всем своим видом стараясь излучать невозмутимость, которой вовсе не испытывала. Обе дочери удивили ее своей чрезмерно эмоциональной реакцией.

– Мы все обсудим. Это не сборище ку-клукс-клана, пойми же ты, Вероника! Это бал, когда вы впервые выходите в свет. Ваш первый бал! Я была приглашена на такой бал, ваши бабушки тоже. Это нечто необыкновенное, на всю жизнь у вас останется память об этом событии.

– Да я скорее умру! – вскричала Вероника.

– Мам, а я хочу пойти! – вскочив из-за стола, крикнула Джинни и разрыдалась.

– Еще бы! – закричала на сестру Вероника. Теперь и у нее в глазах стояли слезы. – Более идиотской затеи в жизни не видела! Устроить такое в наше время! Это оскорбительно! Мы выставим себя снобками, расистками и полными дебилками! Я скорее пойду на марш мира или буду копать канавы в Аппалачах или Никарагуа – да где угодно, лишь бы не надевать ваше дурацкое белое платье и не выпендриваться перед толпой тупых, высокомерных людей, исповедующих отсталые политические взгляды! Мам, – повернулась она к матери с ледяным взглядом, – я никуда не поеду! Можешь делать со мной, что хочешь. Не поеду – и точка! – Тут она с отвращением прищурилась на сестру. – А ты, если хочешь, иди, покажи всем этим сливкам общества, которые давно прокисли, что ты такая же тупая и пошлая, как они.

С этими словами Вероника бросилась прочь и, хлопнув дверью, заперлась у себя в комнате. Джинни стояла посреди кухни и хлюпала носом.

– Вот всегда она так! Мам, не разрешай ей! Вечно она все портит!

– Пока что она ничего никому не испортила. Вы обе принимаете все слишком близко к сердцу. Давайте-ка пару дней подождем, пока страсти улягутся, а потом вернемся к этому разговору. Она остынет. Ты только к ней не приставай!

– Нет, не остынет! – со страдальческим лицом возразила Джинни. – Коммунистка! Ненавижу!

Теперь уже Джинни в слезах выбежала из кухни, а через мгновение хлопнула дверь и в ее комнату. Гарри в полном недоумении воззрился на жену:

– Можешь хоть ты мне объяснить, что происходит? Скажи, ради бога, что такое Аркады? И что это у нас с девицами? – Гарри был искренне потрясен всем увиденным. Никогда прежде он не видел девочек такими разъяренными и непримиримыми.

Ответил ему Макс, невозмутимо покачивая ногой.

– Мама хочет, чтобы они нашли себе женихов, – простодушно объяснил он. – А они, по-моему, не хотят. Джинни, может, и хочет, она ведь больше мальчиков любит. А Вер, наверное, жениться не собирается. Да, мам?

– Не жениться, а выходить замуж, я же тебе объясняла. Только это тут совсем ни при чем. – Олимпия беспомощно опустилась на стул. – Раньше на таких балах действительно искали мужей. Теперь их устраивают не для того, – еще раз объяснила она сыну, после чего повернулась к Гарри. Олимпии вдруг стало нестерпимо жарко. Атмосфера в доме неожиданно накалилась до предела. Олимпия тоже разволновалась не на шутку. Она и не предполагала в Веронике такой злой ярости. Неужели девочки настолько нетерпимы друг к другу? Стараясь не показывать своего огорчения, она ответила на вопрос Гарри:

– Девочкам прислали приглашение на бал Аркады. Почтальон в пятницу принес. Я обрадовалась, думала, они будут счастливы отправиться на бал. Я сама в свое время была на таком балу. Веселый, красивый праздник, и ничего больше. Никакого вызова, никаких демонстраций… Честно говоря, не понимаю, из-за чего Вероника подняла такой шум.

– Постой-постой! Я все-таки не понял. Какие еще Аркады? Мне известны только арки в эмблеме «Макдоналдса». Едва ли мы спорим из-за того, идти им в «Макдоналдс» или нет. Что-то мне подсказывает, что речь о чем-то другом.

– Аркадами называется традиционный рож– дественский бал дебютанток, – снова начала свои объяснения Олимпия. – Это самый старый и самый престижный бал в Нью-Йорке. В обществе ему придают большое значение. А когда я была в их возрасте, придавали еще больше. Моя мать тоже дебютировала на таком балу, а до нее – обе мои бабушки. А теперь это не более чем торжественный праздник, обставленный в старинном духе, дань старомодной традиции. Совершенно невинное светское мероприятие. Девушки надевают бальные платья и танцуют с отцами первый танец – вальс. А Вероника приплела сюда какой-то несуществующий политический подтекст. Ничего такого там и в помине нет! Просто праздничная вечеринка, правда, шикарная, но и только. Джинни очень хочется пойти, и я ее понимаю.