Чтение онлайн

…Время перевалило за полдень, когда я заметил подходящий участок нераспаханной степи. Осторожно извлек из мешка клетку и поставил на траву, затем открыл дверку и отошел в сторону. Меня немного тревожило, что вот сейчас мой Серый задаст стрекача — и поминай его как звали, не успею с ним и попрощаться.

Вопреки моим опасениям сурок и не помышлял о бегстве. Он спокойно вылез из клетки и не спеша разгуливал около меня. Когда же я попытался от него уйти, зверек, переваливаясь с боку на бок, неотступно следовал за мной. В этот момент он чем-то напоминал медвежонка. Бегая по степи Серый общипывал какую-то травку. Я было попытался напугать и обратить в бегство зверька, но из этой затеи ничего не вышло. Когда я с громким криком набрасывался на Серого, он садился на задние лапы и принимал оборонительную позу. Пришлось оставить его в покое.

Бросая на степь косые, прощальные лучи, солнце опускалось к горизонту. Пора было расставаться с моим четвероногим другом. Ничего не подозревая, Серый был поглощен обследованием окружающих его трав. Чутье, которое помогает его сородичам отыскивать среди множества трав и кореньев любимые лакомства, пробудилось, по-видимому, и в нем.

Воспользовавшись тем, что Серый немного отдалился, я быстро зашагал к дороге. Пройдя сотню метров, оглянулся. Зверька навсегда скрыли густые степные травы. Тонкие шелковистые косички ковыля приветливо кивали мне вслед. Степь благодарила за возвращение ей ее исконного обитателя.

Шагая пыльной сельской дорогой, я был во власти тревожных дум. Как-то встретят обитатели сурчиной колонии нежданного пришельца? Может, ласково обнюхают и примут в свое дружное семейство, а вдруг прогонят прочь? А Серый так не любил одиночества.

Межгорная долина поросла густыми лесами. Здесь, среди заболоченных берегов, протекает небольшая речушка. Плотной стеной окружили ее огромные лохматые кочки, осинники да березняки. За березняками по склонам невысоких гор тянутся темно-зеленые сосновые леса. Настоящая глушь. Любят такие места лоси-великаны.

Лишь только первые солнечные лучи коснулись долины, над лесом показался силуэт крупной птицы. С березы тотчас раздался гнусавый крик: пся… пся… пся… Птица опустилась на дерево. Между толстым обломленным суком и стволом — куча хвороста. Это гнездо орла-беркута, одной из самых крупных хищных птиц. В гнезде — орленок. Заметив в когтях родителя суслика, он тотчас вцепился в добычу.

Разодрав суслика, «малыш» успокоился. Усевшись на краешек гнезда, он устремил вдаль свои серые глаза. Прошло немало времени, а родители все не появлялись.

Вдруг острый глаз орленка заметил приближающуюся глухарку, она почему-то свернула в сторону, не долетев до березы с орлиным гнездом. Инстинкт преследования овладел орленком. Расправив уже хорошо оперенные крылья, он оторвался от гнезда. Усиленно махая еще неокрепшими, но уже огромными крыльями, кинулся к опушке старого леса. Однако глухарка успела скрыться в кронах деревьев.

Распластав крылья, орленок скользил над лесом. Чувствуя, что высота теряется, он усиленно заработал крыльями. Порыв ветра ударил в маховые и рулевые перья. Подниматься стало легче. Сделав несколько кругов над родным гнездом, орленок полетел к востоку, навстречу потоку солнечных лучей.

Остались позади хвойные леса, началась лесостепь, поля, перелески. Голод давал о себе знать. Орленок зорко вглядывался в землю. Вот посреди пашни показался рыжевато-серый зверек. Орленок, сложив крылья, кинулся вниз. Страшный удар в грудь опрокинул и отбросил его в сторону…

…К институту подкатил мотоцикл.

— Меня послали к вам из музея. Привез вам живого орла. Слышал, вы занимаетесь чучелами, — сказал вошедший в кабинет молодой человек.

— Да, немножко когда-то занимался, — ответил я.

…В коляске мотоцикла я заметил холщовый мешок, сквозь который выступали здоровенные когти. В кабинете я извлек пленника из мешка. И хотя лапы хищника были связаны, он тотчас сделал попытку тяпнуть крючковатым клювом. Судя по желтизне в углах клюва, я понял, что имею дело с орленком.

— Ну что ж, орла я возьму. Но насчет чучела не обещаю. Да и сам посуди, как можно убивать такого красавца.

— Да, царь птиц, — согласился мой собеседник.

Саша, так звали юношу, рассказал мне историю орла, найденного им на поляне.

Мы расстались друзьями. На прощание я посоветовал ему впредь орлят не ловить.

Орлик поселился у меня в просторном сарае. До него здесь побывало немало квартирантов: белая сова, сурок «Серый», рыжая плутовка «Лиска».

Сеновал был почти пуст, так что орленок, даже имея размах крыльев более полутора метров, мог свободно перелетать с одного места на другое. Около двух месяцев прожил он у меня. Не одну царапину оставил он на память своему хозяину. Особенно несносным был Орлик голодный. Лишь только заметит в руках очередной кусок мяса, опрометью кидается навстречу. Тут уж берегись его страшных когтей. Хватка у орла железная.

…Стояли жаркие июльские дни. Как-то моя мать предложила поставить орлу воду. Я налил в таз воды. Орлик живо забрался туда и не столько пил, сколько смотрелся в нее, как в зеркало.

Обычно Орлик подолгу стоял у железной сетки, устремив грустный взгляд в синее небо. В эти минуты мне становилось особенно жаль моего узника. Я говорил Орлику: «Потерпи, друг, еще немножко. Пусть окрепнут твои крылья».

Несколько раз совершали мы с Орликом прогулки в загородный бор. Там, на лоне природы, он охотно позировал перед фотообъективом, однако подниматься в воздух не хотел. Это начинало меня тревожить.

Держать орла в городских условиях было трудно. В конце июля я собрался в дальнюю дорогу. Мы выехали с Орликом в Ильменский государственный заповедник, где я и решил выпустить его на свободу.

Директор заповедника, выслушав меня, приветствовал это решение. Ко мне в попутчики напросились двое ребят ленинградцев, гостивших в заповеднике. Кстати, они были с киноаппаратами.

Знакомая горная дорога, а вот и поворот на Ильментау, проходим речку Черемшанку. Сколько раз я водил по этим местам туристов и экскурсантов! Тенистый бор, аромат скошенных трав, прохлада лесного ручья. Впереди гора, покрытая старым сосняком. Буйные травы выше пояса. С трудом поднимаемся к седловинке. В лесной чаще стремительно проносится быстроногая косуля. Где-то тонко просвистел рябчик.