Чупакабра

– Проходи, садись, – следователь посмотрел на вошедшего подозреваемого и вздохнул. – Итак, давай начнём сначала. ФИО?

– ХУЯ.

– Чего? – вспылил следователь. – Поговори мне ещё тут!

– Хорошо, молчу-молчу, – улыбнулся подозреваемый и поднял руки, как бы сдаваясь.

– Фамилия, имя, отчество? – снова спросил мент и посмотрел на спокойно улыбающегося подозреваемого.

– Харитонов Устин Яковлевич.

– Дата рождения?

– Зачем это? – пожал плечами Харитонов. – Ты ж ещё вчера всё это записал.

– Тогда продолжим, – хмыкнул следователь. – Расскажи-ка мне, гражданин хороший, откуда у тебя канистра с кровью?

– Нашёл.

– Ты мне тут дурака-то не включай! – вспылил следователь и стукнул ладонью по столу так, что все остальные сотрудники вздрогнули. – «Шёл-шёл-нашёл»! Рассказывай, как и за что ты убил гражданина Иванова?

– А кто это? – невинно хлопая глазами поинтересовался Устин.

– Тот, кого ты убил, да ещё и всю кровь из него выкачал! Зачем ты это сделал, а? Чем тебе помешал Иванов?

– Кровь обычно вампиры выкачивают. Или чупакабра.

– Вампиры?! – вспылил следователь, и Устин мог поклясться, что у того даже дым из ушей пошёл.

– Чупакабра только на животных нападает, – заметил кто-то из присутствующих сотрудников.

– Так, человек – это… – начал говорить Харитонов, но следователь его перебил.

– Человек – это звучит гордо!

– Да-да, – кивнул Устин, – это великолепно, надо уважать человека, но я о другом. Человек – тоже животное. Точнее – примат. А ещё точнее – класс млекопитающих, род семейства гоминидов, отряд приматов, подотряд настоящих обезьян, – менторским тоном сказал он.

– Слышь, ты, потомок обезьяны! Я тя щас в «обезьянник» на пятнадцать суток быстро определю! Ты будешь колоться или нет?! За что ты убил гражданина Иванова?

– Колоться? – хитро посмотрел на следователя Устин. – А у вас есть? – обвёл он взглядом всех присутствующих и приставил указательной палец правой руки к вытянутой левой.

– Так, всё! Кончилось моё терпение! Иванов, неси «слоника»!

– Где Иванов? – стал испуганно оглядываться Харитонов. – Ты уже с призраками разговариваешь, господин следователь?

– Товарищ, – машинально поправил его следак.

– Какой же ты мне товарищ?

– Точно, – кивнул тот, – тамбовский волк тебе товарищ. Иванов, «слоник» где?!

Иванов не успел ничего ответить, как у следователя зазвонил телефон.

– Слушаю! – рявкнул он в трубку.

– Т-товарищ капитан, – заикаясь промямлил дежурный старлей Культяпов, – у нас новый труп. Такой же, – шёпотом добавил он и положил трубку.

– У нас новый труп, все на выезд! – приказал следователь своей группе.

– А как же «слоник» ?.. – вошёл в кабинет Иванов с противогазом в руках.

– «Слоник» никуда не убежит, – пристально посмотрел на Харитонова капитан. – Сунь его в камеру к блатарям, – кивнул на Устина капитан одному из своих сотрудников, – и поторопись, мы будем ждать тебя в машине. Если он не закукарекает к нашему возвращению, тогда мы с ним и поговорим.

– Проходи, Чупакабра, – хохотнул тот, когда привёл Харитонова в КПЗ, и втолкнув его в камеру, захлопнул дверь.

– Здрасьте… – робко пробормотал Устин остановившись посреди камеры и посмотрев на семерых её обитателей, которых вполне можно было назвать типичными братками.

– Ты кто? – посмотрел на него один из них, сидящий на нижней шконке и которого Устин про себя окрестил Главарём.

– Человек, – пожал плечами вновь прибывший.

– По какой статье, человек? – хмыкнул Главарь.

– Говорят, что сто пятая, вроде бы…

– И в чём же тебя обвиняют?

– В убийстве какого-то Иванова…

– А как звали того Иванова помнишь? – спросил бритоголовый качок, которого Харитонов мысленно обозвал Черепом.

– Вчера следак называл его имя, сейчас вспомню. Сейчас-сейчас… Валентин… Валентин Долбо… Ортодо… Дар-ми-дон-тович. Да, точно – Дормидонтович! Валентин Дормидонтович!

– Ты Дормидонтыча завалил? – вспылил один из них. – Да я те! – подлетел он к Устину, схватил его за грудки и вжав в стену уже занёс кулак, чтобы заехать ему в нос, но Главарь остановил его.

– Тормози, Жгут, дай ему всё объяснить. Но, если ты действительно укокошил Дормидонтыча… – посмотрел он в глаза новенькому, – то я тебе ничем не смогу помочь. Его слишком уважали, чтобы простить такое.

– Да не знаю я никакого Дормидонтыча! – взорвался Устин. – Я и ментам это уже тыщу раз повторил! Не убивал я никого!

– Цыц! – прикрикнул на него Череп.

– Кто у тебя следак? – указав Устину на место на против себя, поинтересовался Главарь.

– Ефимов Сергей Борисович.

– Да-а, не повезло тебе, – усмехнулся Жгут, – Ефимов – тот ещё зверь.

– А почему тебя Васёк Чупакаброй назвал?

– Какой Васёк? – не понял Устин.

– Тот, кто тебя привёл.

– А-а-а, – протянул он, – он слышал, как меня Ефимов так называл.

– Объясни всё по порядку, – то ли попросил, то ли приказал Главарь.

– Дело было так, – начал рассказывать Устин. – Вчера я возвращался с работы домой на своём электросамокате. Вдруг, откуда ни возьмись, из-под арки, прямо под колёса выскочил какой-то мужик. Он говорил сбивчиво, но из всего, что он сказал, я понял, что он очень серьёзно опаздывает и умоляет срочно отвезти какую-то канистру по адресу, который он назовёт. Я вынужден был согласиться, иначе он меня не отпускал. – Устин остановился, сглотнул и облизнул губы. – Когда я приехал по адресу, мне стали задавать слишком много вопросов: «Откуда кровь?» (хотя я вообще не знал, что там такое, думал, что краска), «Где взял?», «Почему в канистре?» … Тогда я, оставив её там, сбежал. Но, далеко мне уйти не удалось… Видимо, кто-то из тех, кому я привёз канистру, вызвал полицию, и они меня схватили. Когда до дома оставалось минут десять, мне дорогу преградил «бобик», меня запихнули внутрь и привезли сюда.