Чтение онлайн

Ральф и Билл Сэмюэлс сидели в кабинете у Ральфа, расслабив галстуки и расстегнув воротнички. Телевизионные прожектора у входа в полицейский участок погасли всего минут десять назад. На стационарном телефоне Ральфа горели все четыре кнопки, но на входящие звонки отвечала Сэнди Макгилл. И будет отвечать до одиннадцати вечера, когда ее сменит Джерри Малден. На данный момент работа Сэнди была простой, хоть и однообразной: У полицейского управления Флинт-Сити пока нет комментариев. Ведется расследование.

Ральфу хватало мобильного телефона. Он как раз завершил очередной разговор и убрал телефон в карман.

– Юн Сабло с женой поехали в гости к ее родителям. Это в северной части штата. Он говорит, что и так уже дважды откладывал эту поездку, и на сей раз у него не было выбора, иначе пришлось бы потом всю неделю спать на диване в гостиной. Говорит, что диван неудобный. Он возвращается завтра. И конечно, придет на суд.

– Значит, пошлем в «Шератон» кого-то другого, – сказал Сэмюэлс. – Плохо, что Джек Хоскинс сейчас в отпуске.

– Это как раз хорошо, – сказал Ральф, и Сэмюэлс рассмеялся.

– Да уж, тут не поспоришь. Наш Джеки, может, и не худший детектив во всем штате, но он близок к этому званию. Ты знаешь всех детективов в Кэп-Сити. Звони по списку, пока не вызвонишь кого-то живого.

Ральф покачал головой:

– Туда должен ехать Сабло. Он в курсе дела, и он – наше контактное лицо в полиции штата. Лучше сейчас их не злить, особенно после всего, что выяснилось сегодня. Все пошло не совсем так, как мы ожидали.

Это было еще мягко сказано. Преуменьшение года, если не века. Искреннее изумление Терри и отсутствие всякого чувства вины потрясло Ральфа больше, чем его невероятное алиби. Могло ли чудовище у него внутри не только убить мальчика, но и стереть память о содеянном? А потом? Заполнить пропуск подробной вымышленной историей об учительской конференции в Кэп-Сити?

– Если мы не пошлем кого-нибудь прямо сейчас, этот мужик, который работает на Голда…

– Алек Пелли.

– Именно. Он раньше нас доберется до записей с камер отеля. Если они сохранились.

– Должны сохраниться. По правилам, записи хранятся тридцать дней.

– Ты точно знаешь?

– Ага. Но у Пелли нет ордера.

– Да ладно тебе. Ты и вправду считаешь, что ему нужен ордер?

Нет, если честно, Ральф так не считал. Алек Пелли прослужил детективом в полиции штата больше двадцати лет. За это время у него появилось много полезных контактов, и, работая на Ховарда Голда, успешного адвоката по уголовным делам, он уж точно их поддерживает.

– Твоя идея публичного ареста теперь уже не выглядит такой уж хорошей, – сообщил Сэмюэлс.

Ральф угрюмо посмотрел на него:

– Ты ее поддержал.

– Но без энтузиазма, – сказал Сэмюэлс. – Давай начистоту. Между нами, девочками. Раз уж нас больше никто не слышит. У тебя в этом деле личный интерес.

– Да, – согласился Ральф. – Я не спорю. Но раз уж мы говорим начистоту, между нами, девочками, я напомню тебе, если ты вдруг забыл, что ты очень даже восторженно поддержал эту идею. Осенью у тебя выборы, и громкий, сенсационный арест явно не повредит твоим шансам.

– Я об этом даже не думал, – сказал Сэмюэлс.

– Хорошо. Ты не думал о выборах, ты согласился с мнением большинства, но если ты считаешь, что идея ареста на стадионе связана исключительно с моим сыном, посмотри еще раз фотографии с места убийства, вспомни, что написала Фелисити Акерман в дополнении к отчету о вскрытии. Такие парни никогда не ограничатся одним разом.

На щеках Сэмюэлса вспыхнули алые пятна.

– По-твоему, я об этом не думал? Господи, Ральф. Я сам назвал его каннибалом, открытым текстом. Под запись.

Ральф провел ладонью по щеке. Щека кололась щетиной.

– Какой смысл спорить, кто что сказал и что сделал. И не важно, кто первым просмотрит запись с камер в отеле. Пусть даже Пелли. Он же не унесет ее в кармане, да? И не сотрет.

– Да, – сказал Сэмюэлс. – И вряд ли она что-то докажет. Может быть, на каких-то фрагментах там будет мужчина, похожий на Мейтленда…

– Верно. Но доказать, что это именно он, на основе лишь нескольких кадров будет весьма затруднительно. Особенно против наших улик. У нас показания свидетелей и отпечатки пальцев. – Ральф встал и открыл дверь. – Запись с камер отеля – не самая важная вещь. Мне нужно сделать один звонок. Давно пора.

Сэмюэлс вышел в приемную следом за Ральфом. Сэнди Макгилл говорила с кем-то по телефону. Ральф подошел к ней и полоснул себя пальцем по горлу. Сэнди повесила трубку и выжидающе уставилась на него.

– Эверетт Раундхилл, – сказал Ральф. – Заведующий кафедрой английского языка в средней школе Флинт-Сити. Найди мне его номер.

– У меня есть его номер, – ответила Сэнди. – Он звонил уже дважды, просил соединить его с главным следователем. Я сказала, что придется встать в очередь. – Она взяла стопку бумаг из лотка с надписью «ПОКА ТЕБЯ НЕ БЫЛО» и предъявила их Ральфу. – Думала положить вам на стол, на завтра. Да, я знаю, что завтра воскресенье, но я всем говорю, что вы наверняка выйдете на работу.

Глядя в пол, Билл Сэмюэлс очень медленно произнес:

– Раундхилл звонил сам. Причем дважды. Мне это не нравится. Очень не нравится.

В субботу вечером Ральф вернулся домой без четверти одиннадцать. Он открыл гаражную дверь пультом, въехал в гараж и снова нажал кнопку на пульте. Дверь с дребезжанием послушно встала на место. Ну, хоть что-то в этом безумном мире еще остается нормальным и подчиняется логике. Нажимаешь кнопку А, и если в устройстве В не сдохли батарейки, то гаражная дверь С открывается и закрывается.