Цикады
Шрифт:
– Можешь зайти? Поговорить нужно.
Сережа проследовал в ее комнату. Лена тут же закрыла дверь.
– Не пугай меня так. Сразу напрямую. Что стряслось?
Они присели на ее кровать. Сережа посмотрел на нее. Она, бледная, вся дрожала и уперлась взглядом в пол.
– Мне… Я… Ты же знаешь, что опаленные обладают определенным даром?
– Ты про их клыки? Я в курсе. Это наподобие яда. Мы же выводили у Саши его. Заразилась, что ли?
– Нет. Я… я была беременна, – с трудом выговорила Лена. – Ты… мог стать отцом. Я выходила наружу пару дней назад. Мы с Сашкой убирали мусор. Один из опаленных, видно, самый маленький… Он забрался в мусорный контейнер. Датчики не отреагировали. Он прокусил костюм… Яд моментально… Его больше нет…
Лена заплакала. Горячие слезы, прорубая себе путь, скользили по щекам и, отрываясь, падали вниз, в бездну. Сережа, ошеломленный, переваривал информацию. Она забеременела и скрывала от меня это? Это после того дня рождения? Нет-нет-нет! Как же… Почему он не выжил?! Почему она не сказала раньше?! Может… Я бы смог достать препараты. Да, точно бы смог. Но… зачем так?!
Так они просидели около получаса. Лена к этому времени более-менее успокоилась.
– Зачем ты не сказала раньше? – первым нарушил тишину Сергей.
– Я побоялась. Я думала, ты не хочешь ребенка. Ты и так на станции пытаешься отстраниться от Мишки и Томки. Я…
Она вновь заплакала. Слезы душили, ком подступал к горлу. Мужчина придвинулся к ней и обнял. Лена уперлась в его плечо и зарыдала еще сильнее.
После обо всем поговорили. Сережа долго успокаивал Ленку, говорил ей ласковые слова, уверял, что все к лучшему и прочее, но у самого на душе скребли кошки. Ну как так?! Вынашивала нашего ребенка! Если бы я только знал, никогда бы не позволил выходить на эту чертову улицу!
– Мы же справимся со всем, Сережа? – срывающимися голосом спросила девушка.
– Я не знаю, – честно ответил мужчина. – Я верю в это, и ты поверь.
– После всего, что случилось, я перестала верить.
– Без веры мы не протянем. Технологии, как бы они ни были великолепны, не помогут нам заменить чудо.
– Понимаю тебя, Сережа, – успокаиваясь окончательно, сказала Лена. – Но ты же меня не бросишь? Я не смогу без тебя.
– Не брошу, Лен.
***
Утро выдалось таким же, как и всегда. Картинка за окном практически не изменялась, лишь изредка добавлялись краски, но они чаще всего были мрачными и ознаменовали бы начало песчаной бури или очередного урагана.
– Цикада двадцать три! Повторяю, цикада двадцать три!
Пират, похрапывая, вздрогнул и схватил рацию.
– Отдел бортуправления цикады двадцать три, заместитель командующего Аркадий Владимирович Лешков, на связи!
– Пират, ты, что ли? – узнали в трубке. – Где Серега ваш? Дело государственной важности!
– Так спит, товарищ… э…
– Дневальный, Цикоров Юрий.
– Да, точно, Юр, не узнал.
– Богатыми точно не будем, – сказал Цикоров. – Пират, сгоняй позови Крылова. Реально серьезные люди спрашивают.
– Понял.
Через две минуты Аркаша поднял на уши всю станцию, но Сережи нигде не было.
– Ленка, Лена, открой! – барабанил в дверь пацан. – Серега у тебя там зависает?!
Пират привалился ухом к двери. За ней послышались шаги, после открыли.
– Аркаша, что так рано? – заспанным голосом поинтересовалась Ленка.
Пацан бесцеремонно заглянул за девушку, но Сережи в комнате не было.
– Где Серега?
– Я не знаю.
– Он был у тебя?
– Да, но я уснула потом. Он, наверное, ушел.
– Неужели наружу потащился?
Аркаша вернулся в головной отсек. Покряхтел, прокашлялся и наконец взял рацию.
– Цикоров! Слышишь меня? Двадцать третья это… Да. Нет его у меня!
– Все, не надо уже, Пират, – донесся из трубки спокойный голос. – Там проблемка была. С электрикой. Щиток, который питание подает в шестнадцатую цикаду, перестал ток подавать. Еще ночью вчера. Сам понимаешь, если промедлим, считай, можно траур объявлять.
– Так что? Починили?
– Шестнадцатая напрямую с Крыловым связалась. Он сразу ночью и ушел. До нас информация только к утру поступила.
– А сейчас он где?
– У них. Они там его угощают. Он им жизни, считай, спас. Короче, как закончат, вернется. Все, давай, мне смену передавать.
– Подожди, а как он из-под камер-то вышел? Еще и в ночь добрался до шестнадцатых? Это же нереально! А если бы опаленные?
– Это ты сам узнавай, а как мимо тебя прошел, это уж ты проспал, наверное, – в трубке послышался смешок. – Да, Пират, сдаешь позиции.
– Ой, да иди ты! Сдавай свой пост уже и спать вали!
Аркаша отключил рацию.
К полудню в ворота постучался странник в защитном костюме и с противогазом. За спиной тяжелел инерционный автомат. На груди блестели магазины.
– Серега, ты?
– Я, я! Открывай давай!
Ворота открылись. Внутрь тут же ввалился мужчина. Ленка, уже давно не спавшая, тут же ринулась встречать его.
Странник снял противогаз. Серега. Не говоря ни слова, он подошел к стойке возле входа и взял оттуда стеклянную капсулу. Открутив крышку, он вдохнул содержимое и лишь после этого смог нормально дышать.
– Кислородный баллон кончился, – сказал он. – Если бы не капсулы, чудом оказавшиеся в сумке, мог и не вернуться.
Стеклянные капсулы представляли собой сгустки прогнанного через фильтр воздуха со всеми необходимыми примесями, обеспечивающими нормальное функционирование легочного аппарата. Смесь закупоривается в склянки с пробковым вращателем, который при первом вдохе моментально прогоняет кислород в альвеолы. Одной такой капсулы хватает, чтобы беспрепятственно дышать в вакууме около двадцати минут. Все зависит от уровня потребления и количества всасываемого в кровь этого самого кислорода.