Чтение онлайн

Руки тряслись от волнения, когда я снимал прибор с пояса и выдергивал шнур для подзарядки. Одеревеневшие пальцы едва смогли нащупать и нажать кнопку включения. Светодиоды вспыхнули и осветили помещение холодным белым светом.

Не веря своим глазам я принялся бродить вдоль идеально ровных светло-серых стен, позабыв о холоде. Удивлению моему не было предела. Похоже, мы нашли то что искали, хотя, не стоит торопиться с выводами. Все может быть совсем не так. С другой стороны надпись 'Я здесь' уже намекала на нечто, с чем я рисковал столкнуться в случае, рискни я продолжить свои поиски.

– Управляющая станция, говорит посол туманности Вуали. Кажется, я официально могу присвоить себе это звание. Точнее мог бы. Если здесь и было с кем налаживать дипломатические отношения, то, боюсь, мы опоздали. На много лет, на тысячи, полагаю. Надеюсь, изображение довольно четкое и вы видите сейчас то же, что вижу я. В противном случае не знаю чем вам помочь. Уровень мастерства, с которым выполнена работа позволяет судить о том, что разум достиг здесь небывалых высот. Обратите внимание на это.. эту фигуру. Она стоит или парит в воздухе? Сама ее структура ломает представления о геометрии к тому же складывается впечатление, что полная ее суть возможна только если воспринимать мир более чем в трех или даже четырех измерениях. В моем биологическом восприятии есть нечто неестественное, противоречащее самой природе этой фигуры. Словно бы сама попытка интерпретировать ее оскорбляет совершенство ее форм. Даже индивидуальное видение не отражающее истинной сути этого предмета оскорбляет ее существование.

Луч фонаря переметнулся к следующему причудливому предмету, больше напоминавшему статую, склонившуюся в печальных раздумьях. Было даже нечто наподобие лица, правда совершенно не человеческого. Зато с него скатывались и падали в специально проделанное углубление от которого вела неглубокая ложбинка, самые настоящие капли, похожие на слезы.

– Статуя плачет, вы видите? Я хочу чтобы вы посмотрели на это получше! Она словно имитирует действия наших предков. Обратите внимание на черты лица, несмотря на весь ужас эффекта 'зловещей долины', возникающей при одном взгляде на нее, оно осмысленно, это существо думает, в этом нет никаких сомнений. Впрочем, если посмотреть на всю конструкцию под несколько иным углом можно заметить, что она больше не воспринимается как застывшее существо, а напоминает еще один артефакт, подвешенный в воздухе. Похоже разум, некогда обитавший на этой планете освоил и подчинил себе секреты левитации основанной не на 'антигравитационных свойствах материи'. Я не засекаю никаких импульсов или всплесков энергии, поддерживающих фигуры в левитирующем состоянии.

Я как зачарованный бродил между жутковатых изваяний, выхватывая небольшим снопом света их причудливые очертания. Нагромождение форм причудливо переплеталось здесь с недостижимым изяществом и совершенством огранки, какого мне никогда еще не доводилось видеть. На такое вряд ли способна даже природа со всей своей мощью хаоса.

– На стенах имеются надписи, но в их построении не прослеживается никакой логики, словно это тоже лишь имитация культуры, но не сама культура. Вся эта комната свидетельствует о том, что нечто или некто стремился продемонстрировать что он может возводить прекрасные монументы и ему не чуждо все, что присуще какому-то еще виду, что он тоже так может. Лично я вижу за всем эти констатацию. Слепую, бессмысленную констатацию. Это тоже 'Я здесь', только в несколько иной форме.

Кто бы не создал тоннель, эту величественную комнату и все ее артефакты, от одного взгляда на которые захватывает дух, он явно имел проблемы с причинно-следственной связью в том виде как ее воспринимаем мы.

В очередной раз пройдя по комнате я вернулся к проходу у которого оставил ружье, поднял его с пола и оперся об стену. Итак, я нашел 'волшебную комнату', полную тайн и кладов, но что мне со всем этим делать? Холод, которого я не замечал от потрясения, все отчетливее дает о себе знать. Похоже, не смотря на то, что я прекратил спуск, температура продолжает опускаться.

Так и есть, -56. Интеллектуальная резина костюма стала неприятно похрустывать на морозе. Перчатки гнулись с трудом. Тепло к отопительным спиралям поступало все меньше. Идти обратно? Но какой смысл? Остаться здесь? Без всяких сомнений, это будет самая уникальная смерть в истории всей серии и человечества, но что в ней проку? Ментат приказал мне держаться во что бы то ни стало и не рисковать по пустякам. Похоже, я не особо-то послушался приказа.

Решив заглянуть на лестничный проход я с удивлением заметил, что его больше нет. Он был засыпан рыхлым песчаником и крошкой. Не веря своим глазам я в панике отшвырнул ружье и принялся рыть руками завал, перекрывший мне выход.

– Запись 05. Похоже это вовсе не скалы, а какой-то очень непрочный, к тому же нестабильный материал. Тоннели в нем разрушаются практически сразу же как по ним пройдешь. Этот 'песчаник' просто теряет изначально заданную ему форму. Пару минут назад у одной из статуй отвалилась голова. Он медленно, словно во сне упала на пол и разлетелась на груду осколков, те, в свою очередь, рассыпались в пыль.

Эта комната тоже разрушается. Не знаю сколько у меня осталось времени. Нервы напряжены до предела. У меня практически не осталось сил что-либо делать. Все чего я хочу это устало прикрыть глаза и замерзнуть где-нибудь возле стены, испещренной бессмысленными надписями.

– Совсем недавно, когда я в очередной раз посмотрел на противоположную от засыпанного входа стену я заметил там новую арку. Она выглядела довольно свежо, к тому же была крепкой и прекрасно ограненной. Да, забыл сказать, что в конце своего жизненного цикла, который сам по себе очень недолог, все что изготовлено из этого строительного материала становится ветхим, словно за считанные минуты успевает испытать на себе разрушительное воздействие тысячелетий.

Не хочу оставаться здесь ни минуты. Но еще меньше мне хочется спускаться вниз. Потолок надо мной покрывается трещинами, с него сыпется пыль и песок. Скоро своды обрушатся и эта комната будет погребена под завалом так же, как это случилось с лестницей, ведущей наверх. Мне просто не оставляют выбора. Я лабораторная крыса на столе у разума, который занят декларацией своей интеллектуальной деятельности без привязки к какому-либо смыслу.

Едва поднявшись на ноги я медленно бреду сквозь разрушающуюся комнату, величественные статуи падают к моим ногам, на глазах обращаясь в ветхую пыль. Стены трескаются и осыпаются.

Я едва успеваю достигнуть противоположного конца коридора, с моим нынешней скоростью перемещения это равносильно 'пробежке'. Стоило мне миновать арку и оказаться на лестничном пролете, как комната за мной с грохотом обрушивается.

Когда пыль рассеивается, я некоторое время стою и наблюдаю за тем, как медленно оседают ее тяжелые клубы. Все, теперь обратного пути у меня нет. Только вниз. Температура 'за бортом' -71. Костюм работает на предел своих возможностей. Спасибо сборочным цехам Европы за это произведение искусства, которое выдает максимум производительности даже на минимуме заряда аккумуляторов.

– Эта запись может оказаться последней. Вы сами все видели. А то, что могло остаться за кадром я попытаюсь передать на словах. Все оказалось совсем не так, если вы понимаете о чем я. То есть, ничего подобного я не рассчитывал здесь увидеть. Впрочем, вселенная глуха к нашим расчетам, просто сегодня я лишний раз в этом убедился.

Я нащупал в кармане маленький, размером с монету шарик, автономный передатчик. Активировав его, я подбросил шарик в воздух, тот завис на уровне моих оптических линз, торчащих из-под надбровных дуг, словно вглядываясь в мои новые искусственные глаза.