Чтение онлайн

Кружок рассыпался, и Гонко, крадучись, зашагал впереди, искусно поигрывая ножом в руке. Остальные следовали за ним. У входа в шатер их поджидали трое мужчин, затянутых в белые трико. При приближении клоунов они умолкли и ощетинились.

Первое впечатление от вида акробатов было едва ли не гипнотизирующим. Тела у них были гибкие, лица изящные, напоминавшие эльфов своими тонкими чертами, и Джейми не мог не восхититься мастерством тех, кто их сотворил. Клоуны явно не разделяли подобных чувств. Обе группы пару секунд пристально глядели друг на друга, акробаты подозрительно рассматривали Джейми, прежде чем один из них произнес:

– Мда! Слышали, что вы, ребята, устроили классное представление. Целых пять минут, говорят.

– Скорее две, – вставил другой.

– Две минуты! – воскликнул первый с деланным сочувствием. – Просто потрясающе! Свен, что бы об этом сказал мистер Пайло?

– Не знаю. Может, он предложит беднягам немного передохнуть от своей работы и заняться чисткой цыганских сортиров, может, это поможет им сосредоточиться на своем шоу. Но, разумеется, спрашивать об этом надо его.

– Но они вряд ли произведут на него впечатление, Свен, или как?

– Не думаю, Рэндольф, ни малейшего впечатления.

Несколькими мгновениями раньше Гонко почти рвался в драку, но, похоже, разгромная критика их выступления сильно его уязвила.

– Свали к хренам! – прорычал он, держа нож в дрожавшей от ярости руке.

– О, туше! – воскликнул стоявший ближе к ним акробат. – Конечно, к херам и свалим! Вот почему я вызываю тебя на словесную баталию, Гонко. Ты такой утонченный, это что-то! Таких, как ты, больше не встретишь.

Быстрый, как змея, Гонко бросился на говорившего акробата, но тот увернулся от него в изящном пируэте. Джейми вздрогнул, уверенный в том, что сейчас начнется драка. Но нет – Гонко отступил, снова поигрывая ножом, а акробаты, похоже, решили, что инцидент исчерпан. Они удалились, презрительно улыбаясь, отпуская вслед клоунам новые оскорбления.

– Пидоры! – рявкнул на них Гонко.

Акробаты остановились и обернулись.

– Как он нас назвал?

– Пидорами, вот как!

– Опять туше. Знаешь поговорку: мужчина, который пользует мужчин, – мужчина вдвойне?

– Вот это я как раз собирался ему сказать.

– По крайней мере, мы знаем, кто сверху.

Они рассмеялись и неспешно скрылись из виду. Дупи повернулся к Гонко и заявил:

– Не нравятся мне эти парни, Гонко. Не нравятся!

– Может, тогда ты сможешь убедить своего братца, чтобы он не срывал нам представление, – ответил Гонко. – Вот тогда, Дупс, у нас будет полный шатер смеха, а у них против нас – ничего. Понятно? Это тебе не такая уж сложная наука.

Гонко сунул нож обратно в карман.

– И, – добавил он, – к твоему сведению, если бы я хотел подрезать этого ублюдка, то обязательно бы подрезал. Но из-за того, как вы, говнюки ленивые, сегодня работали на арене, я бы никак на вас не положился, дойди дело до драки.

Он провел их в шатер. Гоши протопал прямиком сквозь холщовый полог в другом конце комнаты, ведущий в какие-то скрытые местечки. Остальные клоуны повалились на диваны, придвинутые к стенам. Джейми таращился на освещенный фонарем беспорядок, похожий на игровую комнату для великовозрастных детишек. Везде валялись коробки с реквизитом, клоунские штаны и кучи безделушек. Он узнал рыцарские доспехи с похабными рисунками цветными карандашами. У противоположной стены стояли статуи богов племен Амазонки, прислоненные друг к дружке в похотливых позах. В рот одной из них кто-то вставил резинового цыпленка.

Его взгляд упал на мешок для трупа, в котором он проснулся утром.

– И как тебе это понравилось, Джей-Джей? – спросил Гонко, хлопнув его по спине. – Удобно там? Ха-ха! Проснись и пой, мой дорогой! Итак, Джей-Джей, это наше личное пространство. Сюда никто не заходит без нашего согласия. А если и зайдет, мы можем сделать с ним что захотим, даже если цирку наутро срочно придется искать замену. Сечешь? Лучше помнить, что это относится ко всем остальным тоже, так что ходи осторожно. Цыгане приносят нам жратву в девять, в час и в шесть. Размякшие хот-доги или лапшу, у которой вкус как у соленого пластика. Когда это надоедает, есть еще засахаренные яблоки и газировка. – Гонко сплюнул и пробормотал: – Да, жратва – не самое лучшее в цирке. Так вот, у каждого из нас в задней части шатра есть логово. Выступления случаются когда как, иногда два дня подряд, иногда неделями ничего. Все зависит от того, какие представления идут снаружи. Конкуренция, соображаешь? Вот здесь мы репетируем.

Он указал на участок пола, не заваленный хламом.

– Понял, – ответил Джейми. – Эм-м, я не совсем уверен, как бы это выразить…

– Ты среди друзей, мой юный Джей-Джей, – подбодрил его Гонко. – Говори откровенно, не стесняйся.

Джейми сделал глубокий вдох:

– Кто вы такие, ребята? Что вы за люди? Что я здесь делаю? Что, черт подери, происходит?

Гонко впился в него прищуренными глазами.

– Ты по-прежнему хочешь все это знать? – Джейми замялся в поисках ответа. – Прекрасно, – продолжил Гонко. – Идем со мной. Мы заглянем к прорицательнице и получим ответы. Вперед, юный Джей-Джей и папа Гонко.

Гонко вел его темными тропинками. Теперь карлики разбились на группки, сидели на корточках и играли в кости или устроились на крышах с бутылками в руках, осыпая друг друга ругательствами. Парочка их сцепилась из-за чего-то, похожего на кость от окорока. Один из драчунов рухнул прямо перед Гонко, который пнул его, словно футбольный мяч, даже не сбавляя шага. Карлик подлетел метра на два в воздух и врезался в дверь цыганского жилища. Дверь открылась, из-за нее высунулась рука, схватила карлика за волосы и втащила внутрь. О том, что там происходило, свидетельствовали вой и звуки ударов. Остальные карлики замолкли, глядели вслед Гонко со скрытой злобой. Тот, похоже, не замечал их.

Они подошли к хижине Шелис, хотя Джейми с трудом узнавал ее по смутным воспоминаниям минувшего дня. Знакомым показалось лишь позвякивание блестящего занавеса. Запах ладана все еще чувствовался, но гораздо слабее. Чуть позади хижины стоял большой белый фургон, вероятно, дом прорицательницы. Везде горел свет. Гонко подошел к хижине и ударил по стене ботинком. Чья-то рука раздвинула занавес, и показалась смуглая красивая женщина с живыми и игривыми глазами, хоть на мгновение она и нахмурилась.