Conmagice
Шрифт:
— Черт с вами, как знаете! — зло воскликнула Кира и резко вскинула руку.
Ее ладонь коснулась камня, вдавливая его в стену. Я вскочил, явно не успевая. Раздался сухой щелчок… а потом два резких звука. Рома охнул, и я повернул голову. Кира удивленно смотря перед собой, осела на пол. Я кинулся к ней.
— REWIND! — нет эффекта. — STOP! SLOW!!!
Никакого эффекта. Дура, ну что за дура?! Так, явные признаки болевого шока… одним пассом я лишил девушку сознания, наклонился над ней и испарил одежду около раны. Один нож прошел мимо, но вот второй был нацелен в сердце… а попал в легкое, причем прошил его насквозь… с такими ранами долго не живут.
— Роман, лечебная магия не действует, — не создавая панику спокойно сказал я. — Так что дело за тобой.
Врач должен быть спокоен. Спокоен!!!
— Проклятье! — воскликнул Роман, бережно кладя голову Киры себе на колени. — Идиоты… мне сил не хватит. Это ж смертельная рана… — он прикрыл глаза рукой на пару секунд и втянул носом воздух. — Вынимай нож, — посмотрев на меня, коротко сказал он. Его зрачки были расширены раза в четыре, а лицо побледнело. — И магию свою снимай. Пусть будет в сознании.
— В сознании? У нее болевой шок! — я глубоко вздохнул. — Уверен?
— Да. Снимай…мне твоя сила мешает, — он, нахмурившись, бережно коснулся лица Киры. — Снимай.
Ладно, он знает что делает. Почему я столь бессилен СЕЙЧАС?! Твари… сейчас понимаю испанцев как никогда. Я сделал жест развеивания, снимая с Киры все заклятия.
Мгновение — девушка закашлялась и подняла веки, судорожно стиснув зубы. Кажется, она плохо понимала, что происходит вокруг. Заглянув ей в глаза, с расширенными от боли зрачками, я понял, что жизни в них становится все меньше.
Девушка вдруг что-то прохрипела, почему-то улыбаясь. Изо рта у нее потекла кровь, и она вновь закашлялась.
— Что? — начиная нервничать, спросил Рома.
Я наклонился к лицу девушки.
— Ицли… — повторила она, еле слышно.
— Прекрати болтать с пробитым легким! — прошипел я. — Рома, что?
Посмотрев на чернокнижника, я понял что дела его плохи. Он был бледнее листа офисной бумаги, радужку была уже тоненькой полоской около огромного зрачка… мелкая дрожь и пот у висков… он не вытянет ее! Но и не бросит, скорее сам сдохнет… может быть, стоит попробовать?
Чернокнижник начал читать заклинание. Его голос был хриплым, но все еще твердым и уверенным. Однако, я решился.
— Ты… научил… меня… летать… — с перерывами прошептала Кира, неживыми глазами посмотрев на меня.
— Помереть собралась? — поинтересовался я — Не выйдет!
Я уставился на чернокнижника магическим зрением. Елки-палки, это то же самое что видеокамеру использовать как прожектор. А, черт с ними, с глазами…
Магия внутри Ромы полыхала тусклыми, гаснущими очагами. Он собирал всю свою небольшую энергию в это заклинание. Что ж, поделюсь с ним всей яростной мощью, которую ношу с собой…
Пустить «неопределенную» магию через глаза оказалось гораздо проще… и гораздо больнее, чем я ожидал. Словно в них вонзили перераскаленные прутья. Моего терпения хватило всего на четыре-пять секунд, а потом я прекратил… перед глазами сиял ослепительно-белый свет. Но зажмуриться я не мог, его невыносимое сияние било прямо в душу…
Со стоном я прижал руки к глазам, но от этого ничего не изменилось. Руки словно обожгло, а свет в моей голове стал леденяще-холодным, и оттого, казалось, еще более ярким.
— Рома?! — превозмогая боль произнес я. — Она жива?
Раскаленный штырь будто пробил мне легкое. Я вскочила, жадно хватанув воздух ртом. Перед глазами закружился вихрь, голова улетала вслед за ним. Каждый вздох отзывался режущей болью в груди. Во рту вкус кровяного железа…
— Кирюша! — вонзилось криком в уши, вызвав имитацию разорвавшегося снаряда в голове.
Я слабо покачала головой. Лица коснулись горячие и, кажется сырые руки.
— Кира…открывай глаза. Хочу увериться, что они на месте, в отличие от извилин…
Я последовала совету и подняла тяжелые веки. Все поплыло, завертелось…
Минуту спустя карусель начала останавливаться, и плывущие перед глазами линии разных цветов преобразовались в лицо.
— Рома… — выдохнула я.
— Помнишь даже мое имя? — пошутил он.
— Все может быть… — я бестолково, попыталась встать, но только вызвала новый приступ слабости. Моя ладонь коснулась чьей-то руки.
— Натан… — узнавая, сказала я.
Парень в ответ, только тихо застонал, держась руками за лицо. Я осторожно коснулась ладоней мага, пытаясь оторвать их от головы, но Натан вырвался, перекатившись на полу на бок.
— Тихо-тихо, думаю, время привала для всех самоубийц в этом храме, — сказал Рома, помогая мне сесть поудобнее.
— Что случилось? — хрипло спросила я, стараясь сфокусировать взгляд на Роме.
— И это ты спрашиваешь… — он выдохнул. — Впредь, будешь пятьдесят раз советоваться, спрашивать и расписку еще писать, прежде чем хоть что-то делать. Тебе ясно? — грозно повернувшись ко мне, крикнул он. Впервые Рома на меня кричит…да и кричит вообще при мне впервые.
— Я всегда так и делаю… — протянула я. Натан снова застонал.
Я не выдержала и снова подползла к нему, уже с силой пытаясь отнять ладони мага от его лица. Мне все-таки это удалось. Из его правой глазницы что-то выпало и с мягким шорохом разбилось об пол. Я проводила предмет взглядом, уже не желая смотреть на мага, но…
Правая глазница была пуста, из нее текла черно-красная слизь. В левой, вместо глаза, все в той же слизи лежал небольшой антрацитовый шарик…
— О боже мой! — воскликнула я, сдерживая лавину тошноты и ужаса. — Натан…что здесь случилось?! — повернувшись к Роме, закричала я.