Чтение онлайн

— Даже слишком, — закатил глаза Слизнорт.

Дамблдор не обратил внимания на ремарку своего профессора. Все его внимание поглощала фигура нового преподавателя.

— Наметки и список необходимого лучше всего составить хотя бы к середине июля, так у школы будет время заказать оборудование и инструменты. В середине августа, за две недели до начала учебного года, состоится педагогическое собрание, на котором я представлю вас остальному коллективу. Обычно во время него мы проверяем готовность школы к новому учебному году. Пусть Хогвартс и волшебный замок, но и ему требуется помощь людей.

Волшебники понимающе закивали.

— Так что до августа у вас есть свободное время, чтобы составить план, обжиться на новом месте. Если захотите, можете переоборудовать свои покои под личные вкусы. В пределах разумного, конечно. Смету и отчетность еще никто не отменял, — развел руками директор, словно извиняясь.

— Понимаю, — успокоила его улыбкой женщина. — Благодарю, директор, я постараюсь управиться в срок.

— Тогда до встречи в августе, мисс Певерелл.

— До встречи, директор.

Гарри вышла вслед за Слизнортом, который повел ее вниз по лестницам, в подземелье. Звонок на лекцию уже прозвенел, и коридоры Хогвартса опустели. Горели магические факелы, их свет падал на блестящие рыцарские доспехи, древний камень стен. Волшебство здесь витало в воздухе, под Хогвартсом имелся собственный магический источник, который и поддерживал жизнь в замке, его домовых эльфов, артефакты, портреты и многое, многое другое. Всех секретов школы не знал даже директор, разве что только Основатели, но тем и положено по "должности".

— Прошу простить мое любопытство, мисс Певерелл, — Слизнорт первым нарушил молчание. — Вы — родственница тех самых Певереллов из сказки о Дарах Смерти?

— Да, я потомок старшего брата, Антиоха, — не стала скрывать Гарри. Такие вещи можно и не говорить, если магия присвоила фамилию, значит, волшебник имеет право на нее претендовать. И разве не этого хотела богиня — вновь осветить род своих любимчиков? — Хочу спросить, — сделала вид, что подбирает слова. — Что случилось с моим предшественником, профессором… ммм… Бернсом, профессор Слизнорт?

В совпадения она тоже не верила.

— Зовите меня просто Горацием, дорогая, простите за фамильярность, но старикам многое позволено, — благодушно усмехнулся зельевар, сворачивая в узкий коридор, ведущий в подземелья. — Все же мы с вами вскоре станем коллегами. О чем вы спрашивали? Ах, да, простите! Видите ли, в свободное от работы время Джордан обожал путешествовать. Каир, Фес, магический квартал Магриба — его привлекали жаркие страны с древними загадками и тайнами. Из каждой поездки он привозил сувенир, какой-нибудь артефакт или безделушку с интересными чарами. И частенько демонстрировал их старшим курсам. Вернувшись с рождественских каникул, он привез некую статуэтку, но не снял с нее все чары. Хитрое плетение, так сразу его и не заметишь. При демонстрации в классе чары активировались и ударили по профессору сильным проклятием. Сейчас он в Мунго, целители прогнозируют, что он не выйдет оттуда до конца этого года. Джордан уже написал заявление об отставке. Впрочем, я его понимаю, он даже старше меня, в таком возрасте уже нужен комфорт старым косточкам.

Профессор Слизн… нет, Гораций говорил что-то еще, однако речь текла фоном, почти не попадая в уши Гарри. Значит, месяц назад, после Рождества. К тому времени Дамблдор уже знал о ней. Трудно поверить, что старый, опытный волшебник, постоянно работающий с "сувенирами" допустил подобную оплошность и не заметил плетение чар. Возможно, она преувеличивает свои страхи, но все же лучше проконсультироваться со специалистом.

— Гораций, зовите меня Гарри, — вернула она любезность. — Скажите, этот артефакт, наверное, сейчас в Аврорате, раз так опасен?

Профессор сбился с мысли, призадумался.

— Нет, моя дорогая, он в Мунго. Целители хотят разобраться со взаимосвязями и способом проклятия, чтобы найти способ излечения. Но, сами понимаете, больница не может позволить себе консультацию у гильдейских мастеров Артефакторики. Профессор Флитвик — вы с ним еще познакомитесь — имеет звание Мастера Чар, он говорит, что проклятие завязано на артефакте как-то специфически, его создателем, так что….
– волшебник развел руками. — Кстати, вот мы и пришли. Позвольте продемонстрировать вам вашу будущую обитель, Гарри.

Дверь в покои декана Слизерина скрывалась за барельефом переплетающихся, словно стебли лиан, змей. В неверном свете факелов казалось, что змеи находятся в постоянном движении, блестят зелеными, колдовскими, вспышками глаз. Если учитывать, что первым деканом факультета являлся Салазар Слизерин, Гарри ничему бы не удивилась.

— Прошу, — профессор вежливо пропустил женщину внутрь. — Извините за небольшой беспорядок, Гарри, не ждал сегодня гостей.

Гораций как будто получал удовольствие, произнося ее имя, он смаковал, растягивал звуки, а глаза его блестели предвкушением. То самое выражение лица, знакомое бывшей Поттер по Клубу слизней, когда заядлый коллекционер вздумал заполучить Избранную в свою коллекцию.

Возможно, то, что она Певерелл, придавало еще больше веса.

Покои декана представляли собой несколько совмещенных друг с другом комнат. Оформленная в зеленых и серебристых тонах гостиная, с мягким диваном, по которому были разбросаны многочисленные подушки, глубокими, уютными креслами и камином, в котором потрескивал огонь. Портретов на стенах не имелось, вместо них висело знамя Слизерина с изображением змеи. Под ним стоял рабочий стол, заваленный пергаментами и свитками. В углу темнел высоченный шкаф с папками и толстенными фолиантами, в некоторых из них женщина узнала труды по Зельеварению.

Из гостиной, прямо напротив входной двери, еще одна дверь вела, судя по всему, в спальню. Уже там должен был быть проход в ванную комнату. В общем и целом, очень неплохо, хотя, Гораций прав, сыровато да и прохладно. Само собой, никаких окон в подземелье быть не могло, так что комната немного давила стенами, создавала мрачное впечатление.

— Мне здесь нравится, уютно, — зельевар погладил бежевую подушечку. — Но больно уж холодно. Как декан, я не имею права отлучаться от факультета, всегда должен быть в прямом доступе. Но как преподаватель Зельеварения, перейду в комнаты в одной из башен. Там намного теплее и уютнее. Как правило, — сменил он тон на деловой, — доступа сюда никто не имеет, даже директор вынужден просить разрешение на посещение. Но это уже мои личные чары блокировки камина. Все детишки факультета знают, где находятся покои, так что в случае необходимости могут прийти. Если у них появятся вопросы, понадобятся советы. Я освобожу вам комнаты, Гарри.