Чтение онлайн

Том поднял голову, сделав знак Зое и Кларе приблизиться.

— Она жива, но жизнь в ней едва теплится. Снимите с нее мокрую одежду. Бен, вы тоже идите сюда! Живо снимайте одежду, пока она не примерзла к вашему телу.

Клара кое-как усадила Джульетту. Лицо у нее было белым, как у трупа, голова качалась, как головка одуванчика. При каждом, даже слабом, покашливании изо рта ее вырывалась струйка воды пополам с желчью, пачкая углы губ. Она выглядела оцепеневшей и ничего не понимающей, но дышала.

В горле Зои заклокотали рыдания — она чувствовала безмерное облегчение, потом принялась стаскивать с Джульетты пальто, в то время как Клара снимала с нее промокшие башмаки и шарила у нее под юбками, пытаясь сорвать намокшие чулки.

Недалеко от них Том помогал Бену раздеться. Бен так дрожал, что кусочки льда градом сыпались из его волос и бороды. Когда он оказался почти нагим, миссис Эддингтон подошла ближе и сунула ему в руки полотенце и одеяло, потом торопливо отвернулась.

— Боже мой, — пробормотала Клара после того, как разорвала корсет Джульетты. Она не смогла его расстегнуть, потому что пуговицы намертво примерзли к ткани. Потребовалось бы слишком много времени, чтобы высвободить их. — Она носит корсет! Я-то думала, что мы все от него отказались.

Они уже добрались до панталон Джульетты, когда Зоя шумно выдохнула и удержала руку Клары.

— Для Джульетты предстать нагой перед несколькими сотнями мужчин было бы самым ужасным кошмаром ее жизни!

Клара на мгновение задержала на ней взгляд, потом крикнула Тому и миссис Эддингтон, чтобы они подняли одеяло и держали его на весу, закрывая Джульетту от взоров остальных.

— Отличная мысль, — бормотала она, срывая с Джульетты оставшуюся одежду. Тело ее было пестрым от холода и сотрясалось от непрерывной дрожи, зубы выбивали дробь. Зоя вычесывала лед из мокрых волос Джульетты, пока Клара вытирала их полотенцем.

— Вы можете держаться на ногах?

Джульетта смотрела на нее пустым взглядом, точно не понимая. Казалось, она не узнает никого из них.

Обойдя Джульетту, Клара взяла ее под мышки и подняла. И вдруг тут же оказался Бен. Его талию опоясывало полотенце. Толстое одеяло закрывало его с головой. Он распахнул свое одеяло и, притянув к себе Джульетту, прижал ее к своему обнаженному телу и запахнул одеяло, укутав им их обоих.

Единственное, что смогла спросить Зоя:

— Вы полагаете, у вас достаточно тепла, чтобы согреть ее?

Клара набросила второе одеяло на влажную голову Джульетты.

— Растирайте ей руки и спину.

Теперь Зоя стала воспринимать гудевшие голоса собравшихся вокруг них людей. Позже, когда она вспоминала, что произошло дальше, в ее голове проносились обрывки добрых и сочувственных речей. Но сейчас она слышала только скабрезные шуточки.

— Что они там делают под одеялом? — послышался вопрос, за которым последовал неуместный взрыв смеха.

— Я бы не возражал, если бы меня поместили туда с голой и мокрой женщиной. Я бы сумел увлажнить ее чуть больше!

Это показалось Зое чересчур; дрожа от ярости, она бросилась на мужчину, позволившего себе последнее замечание. Его имя было Джек Хорват.

— Ты говоришь о достойной уважения женщине, свинья! — Она наотмашь ударила его кулаком в нос, да так, что послышался хруст. Кровь фонтаном брызнула из носа обидчика, и он в оцепенении уставился на нее.

— Молодец, маленькая леди! Он сам напросился!

— Ах, вот как! Он не сказал ничего такого, чего не пришло бы на ум каждому из нас.

Справа от Зои завязался кулачный бой, потом то же произошло и слева. И менее чем через минуту началась невообразимая свалка. Триста мужчин вопили и дрались на берегу покрытого тонким слоем льда озера Кратер.

Негостеприимная земля и тяжелая жизнь портили характер и истощали до предела нервы усталых людей. За долгие годы Медведь перевидал многое и наблюдал, как мужчины ломались, как тонкие прутики, и набрасывались друг на друга, готовые убить. Он видел двух многолетних партнеров, перепиливших пополам каноэ, чтобы каждому досталась половина, когда их партнерство, а с ним и дружба закончились. Он видел, как люди сходили с ума и в своем безумии совершали дикие поступки на этом пути. Но никогда он еще не видел сцены, которая предстала его взору, когда он вернулся с охоты на кроликов.

У самой кромки озера двое мужчин лупили друг друга под горой одеял, но никто не обращал на это внимания. И ни один из них не пытался обогреться у костра. Зато многие дрались, лягали друг друга ногами, топтали упавших, и драка начиналась снова. В драке участвовали по меньшей мере триста человек, и сражались они так, будто бились в рукопашном бою с лютыми врагами. Это была самая жаркая потасовка, какую только Медведь видел в жизни. И он с трудом дождался момента, когда смог ринуться в самую гущу дерущихся.

Отбросив в сторону добытых кроликов и ружье, сорвав с рук перчатки и бросив их одному из тех, кто не участвовал в драке, а только наблюдал за ней, Медведь ввязался в потасовку, ища среди дерущихся Джека Хорвата. Это был весьма подходящий момент, чтобы поквитаться с ним. Но когда он нашел наконец Хорвата, тот сидел в стороне от дерущихся, вытирая кровь из разбитого носа. Медведь узнал от нескольких участников драки, что этот «неженка» позволил женщине побить его в рукопашной схватке.

Он удачно справился с двумя разъяренными драчунами, когда увидел Зою Уайлдер, размахивающую длинным обугленным поленом и готовую огреть им любого, кого она могла им достать. Потом он увидел и Клару в самой гуще сражения. Она до неприличия высоко подоткнула юбку, чтобы та не мешала двигаться. Любой мужчина, рискнувший к ней приблизиться, получал неслабый удар между ног. Пятеро поверженных бойцов уже лежали у ее ног, держась за причинные места, стеная и время от времени испытывая приступы рвоты.

Чувство долга пересилило желание Медведя получить удовольствие от такой славной потасовки. Кто-нибудь должен был вмешаться, чтобы вывести женщин из этой свалки и избавить их от опасности получить увечье. Он попытался обуздать Клару, выкрикивая ее имя, но шум стоял такой, что его голос терялся в нем. Расшвыривая дерущихся, попадавшихся ему на пути, он наконец добрался до нее. К тому времени, когда он достиг цели, она стояла к нему спиной и как раз нанесла сокрушительный удар еще одному обидчику, и он уже, корчась, лежал у ее ног.