Чтение онлайн

Сказать, что я охренела — значит, ничего не сказать. Женевьев с Люцианом смотрелись идеально. В смысле, они были стопроцентно подходящей друг другу парой: хрупкость и изящество матери Женевьев сочетала в себе с уверенностью и сильным взглядом отца. У нее же на лбу написано — будущая королева. А Люциан… ну, его я таким еще никогда не видела. Он был в парадной форме, можно сказать, в полной боевой экипировке — даже с металлическими наплечниками, перевязью, поясом с металлической пряжкой поверх мундира, и выглядел лет на пять старше обычного. Возможно, из-за тяжелого взгляда — в отличие от Сони, он на меня посмотреть не забыл. А может быть, из-за всей этой военной формы и какой-то жесткой серьезной сосредоточенности.

Их с Женевьев встречали гораздо более бурно, в отличие от предыдущей пары. Овации грохотали так, что перекрыли даже приветствие Фергана, а я, видимо компенсации для, похлопать забыла. Хотя реально поняла, что стою в залипашках, только когда аплодисменты начали стихать.

Первый шок уже прошел, и до меня медленно доходило, что ни Соня, ни Валентайн мне об этом не сказали. Как-то забыли упомянуть — вероятно, не посчитали нужным. От этого стало настолько стремно, что запершило горло и захотелось сбежать подальше в неизвестном направлении. Нет, наверное, они и не должны были…

Да Лозантира с два!

Я перевела взгляд на Валентайна, собираясь поинтересоваться, почему он молчал, но в этот момент снова заговорил Ферган:

— Все вы, должно быть, задаетесь вопросом, почему все так произошло. Почему такая резкая смена обстоятельств. И я хочу быть искренним с вами от начала и до конца.

В его искренность мне верилось слабо, а под тяжелым взглядом Люциана слиться хотелось еще больше, поэтому я предпочла посмотреть на Соню. В попытках поймать ее взгляд и понять хотя бы что-то. Понять, почему между нами сейчас все так. Да, я могла понять ее нежелание говорить о своей личной жизни, обсуждать это решение — особенно после того, что произошло, но не то, что она промолчала про Люциана и его помолвку.

Соня была прекрасна. В нежно-розовом платье, подчеркнувшем ее смуглую кожу и повторяющем цвет лепестков, окутавших их с Сезаром арку. Волосы ей уложили крупными волнами, украсив шпильками с капельками драгоценных камней. На меня она по-прежнему не смотрела, хотя должна была уже сто раз почувствовать, просто нельзя не почувствовать взгляд, когда на тебя пялятся так, что глаза из орбит вылезают.

— К счастью, я вовремя осознал, что мой младший сын будет лучшим правителем для Даррании. И в то же время я понял, что сердце Сезара уже принадлежит другой девушке. Поэтому, обсудив все на семейном совете, — он повернулся в сторону новоиспеченной пары и родителей Женевьев, — мы пришли к такому непростому, но в то же время устраивающему всех решению.

Родителей Женевьев точно все устраивало, это было видно по их счастливым довольным лицам. Что касается самой «невесты», там вообще было ничего не понять. Она смотрела примерно как Соня, над головами, с легкой полуулыбкой. Под которой могло прятаться все, что угодно, начиная от: «Ну слава Тамее, не надо за Сезара замуж выходить» до «Как же вы меня все задолбали».

Проносились по толпе шепотки — несмотря на то, что смешанные браки у светлых давно были разрешены, история таких случаев до сих пор не знала. А это не просто случай! Это — брак сына тэрн-арха с обычной девушкой. Не с драконессой, пусть даже она и аристократка.

— Поэтому сегодня я счастлив приветствовать всех вас на нашем тройном празднике, и я приглашаю вас насладиться сегодняшним днем. Ну а пока мы начинаем. — Ферган повернулся к Сезару, и я подавила желание рявкнуть: «Да остановите вы этот фарс!»

Вот уж точно не такие чувства полагалось испытывать на помолвке лучшей подруги, но я ничего не могла с собой поделать. Настроение стремительно портилось, а желание высказать Валентайну все, что я думаю о его шпионско-пропускной неспособности выдавать важную информацию, становилось все больше и больше.

Тем временем к арке Сезара и Софии подбежал слуга, который принес бархатную коробочку на подушечке. В коробочке предсказуемо оказалось кольцо, которое Сезар, повернувшись к Соне, надел ей на палец. Мягко сжал ее руку в своей, сообщив:

— Я счастлив видеть тебя своей невестой, София.

Подруга улыбнулась, кивнула, на этом все действо и закончилось. Хотя нет, вру, оно закончилось, когда стихли очередные аплодисменты — на этот раз гораздо более густые, чем в прошлый раз. Видимо, речь Фергана проняла присутствующих, а может быть, им подняли настроение Люциан с Женевьев.

До которых, к слову, тоже дошла очередь. Другой слуга подбежал с другой стороны и тоже принес кольцо, открыл коробочку.

— Женевьев, — Люциан взял ее руку в свою, — я не могу на тебе жениться.

Над парком повисла такая тишина, что, кажется, слышно было жужжание над цветами.

— Я не считаю себя готовым к такой ответственности, равно как и к наследованию престола. Именно поэтому я принял решение, что сразу после окончания первого курса я отправлюсь в гарнизон на границе с Темными землями. — Он отпустил руку Женевьев и посмотрел в толпу. А после — в упор на меня. — Все, можете расходиться. Продолжения не будет.

Люциан вышел из арки и свернул куда-то в сторону на ближайшей парковой аллее. Пару мгновений (или больше?) над погрязшей в тишине толпой кружились лепестки, которые посыпались с неба. Ну ладно, не с неба, они падали из открывшегося явно к определенному времени портала над нашими головами. Потом тишину прорезал чей-то сдавленный вздох, следом — резкий жесткий голос отца Женевьев:

— Это недопустимо. Мы уходим. Немедленно!

Портал он открыл прямо здесь, даже не дождавшись ответа Фергана, уводя в него и жену, и дочь. Стоило магическому переходу сомкнуться, как толпа взорвалась перешептываниями, возгласами, все взгляды обращались прямиком на короля. Давно рука Валентайна под моей стала каменной? Я не поняла. Равно как и не поняла, когда вокруг началось движение. Суета.

Сезар увел Соню в портал так быстро, что я не успела даже сказать «ик».

— Подожди меня здесь, Лена. — Валентайн коснулся моего плеча. — Я быстро.

Он шагнул к Фергану, и они вместе «растворились» в пространстве. Если быть точной, растворился дракон, Валентайн ушел следом за ним в портал. Церемониймейстер уговаривал толпу не расходиться и уверял всех, что праздник продолжится, хотя как по мне, это было чистейшей воды брехней. Равно как и все то, что его тэрн-архство несло перед этим. Хотя что взять с дракона, который готов был располовинить своего маленького сына, только чтобы отрезать от него темную магию.