Дачники
Шрифт:
Ольга Алексеевна (раздраженно). Он бегает от меня и детей... Я понимаю, он заработался, ему надо отдохнуть... Но ведь и я тоже устала... О, как я устала! Я ничего не могу делать, у меня все не ладится... это злит меня. Он должен помнить, что молодость мою, все мои силы я отдала ему.
Варвара Михайловна (мягко). Милая Оля... Мне кажется, что тебе нравится жаловаться... нет? я ошибаюсь?
(Из комнаты доносится глухой шум спора, он все возрастает.)
Ольга Алексеевна. Не знаю... может быть! Я хочу сказать ему - пусть лучше я уеду... и дети...
Варвара Михайловна. Вот это так! Просто вам нужно отдохнуть друг от друга... Поезжай, я достану тебе денег.
Ольга Алексеевна. Ах, я так много должна тебе!
Варвара Михайловна. Пустяки это! Успокойся, сядем здесь.
Ольга Алексеевна. Я ненавижу себя за то, что не могу жить без твоей помощи... ненавижу! Ты думаешь, мне легко брать у тебя деньги... деньги твоего мужа?.. Нельзя уважать себя, если не умеешь жить... если всю жизнь нужно, чтобы кто-то помогал тебе, кто-то поддерживал тебя... Ты знаешь? Иногда я не люблю и тебя... ненавижу! За то, что вот ты такая спокойная и все только рассуждаешь, а не живешь, не чувствуешь...
Варвара Михайловна. Голубчик мой, я только умею молчать... Я не могу себе позволить жалоб - вот и все!..
Ольга Алексеевна. Те, которые помогают, должны в душе презирать людей... Я сама хочу помогать.
(На дачу Басовых быстро проходит Рюмин.)
Варвара Михайловна. Чтобы презирать людей?
Ольга Алексеевна. Да! да! Я - не люблю их! Не люблю Марью Львовну, зачем она всех так строго судит? Не люблю Рюмина, - он все философствует и ничего не смеет, не может. И мужа твоего не люблю: он стал мягкий, как тесто, он боится тебя; разве это хорошо? А твой брат... влюблен в эту резонерку, в эту злую Марью Львовну...
Варвара Михайловна (удивленно, с упреком). Ольга! Что с тобой? Это нехорошо! послушай...
Ольга Алексеевна. Да! да! Пускай нехорошо! А эта гордая Калерия!.. Говорит о красоте... а самой просто хочется замуж!
Варвара Михайловна (строго и холодно). Ольга! Ты не должна давать воли этому чувству... оно тебя заведет в такой темный угол...
Ольга Алексеевна (негромко, но сильно и со злостью). Мне все равно!.. Все равно, куда я приду, лишь бы выйти из этой скучной муки! Я жить хочу! Я не хуже других! Я все вижу, я не глупая... Я вижу, что ты тоже... о, я понимаю!.. Тебе хорошо жить. Да, твой муж богат... он не очень щепетилен в делах, твой муж... это все говорят про него. Ты должна знать это!.. Ты сама тоже... Ты устроилась как-то так, чтобы не иметь детей...
Варвара Михайловна (медленно встает и смотрит в лицо Ольги изумленными глазами). Устроилась? Ты... что ты хочешь сказать?..
Ольга Алексеевна (смущенно). Я ничего не говорю особенного... я только хотела сказать... мне муж говорил, что многие женщины не хотят детей...
Варвара Михайловна. Я не понимаю тебя, но я чувствую, - ты подозреваешь меня в чем-то гадком... Я не хочу знать, в чем именно...
Ольга Алексеевна. Варя, не говори так, не смотри на меня... Ведь это правда, твой муж... о нем дурно говорят...
Варвара Михайловна (вздрагивая, задумчиво). Ты, Ольга, была мне как родная... Если бы я не знала, как тяжело тебе жить... если бы не помнила, что когда-то мы обе с тобой мечтали не о такой жизни...
Ольга Алексеевна (искренно). Ну, прости меня... прости. Я - злая...
Варвара Михайловна. Мечтали о хорошей, яркой жизни и вместе оплакали эти мечты... Мне очень больно, Ольга... Ты хотела этого? Мне больно!
Ольга Алексеевна. Не говори... не говори так, Варя!..
Варвара Михайловна. Я уйду... (Ольга Алексеевна встает.) Нет! не ходи за мной... не надо...
Ольга Алексеевна. Ты... навсегда... Варя?.. Ты - навсегда?..
Варвара Михайловна. Молчи... Подожди... Я не понимаю, за что ты меня?..
(Двоеточие быстро сходит с террасы, хохочет и, подойдя к
Варваре Михайловне, берет ее за руку.)
Двоеточие. Сбежал я, сударыня! Красивенький философ - господин Рюмин загонял меня до полного конфуза! В премудростях я не смышлен и противиться ему никак не могу... Так и увяз я в речах его... точно таракан в патоке... Сбежал, ну его!.. Лучше с вами потолкую... уж очень вы мне, старому лешему, нравитесь, право! А что у вас личико эдакое... как бы опрокинутое? (Смотрит на Ольгу Алексеевну. Смущенно крякает.)
Ольга Алексеевна (кротко). Мне уйти, Варя?
Варвара Михайловна (твердо). Да... (Ольга Алексеевна быстро идет в глубину сцены. Варвара Михайловна смотрит ей вслед, обращается к Двоеточию.) Вы говорите... что такое? Простите... я...
Двоеточие (дружески, просто). Эх, сударыня! Смотрю я на вас: нехорошо вам тут, понимаете? Нехорошо, правда? (Хохочет.)
Варвара Михайловна (оглядывая его с головы до ног, спокойно, ровно). Послушайте, Семен Семенович, вы не можете объяснить мне, кто дал вам право говорить со мной... в этом странном тоне?
Двоеточие. Хо-хо-хо! Э! бросьте! Право это дает мне старость моя и опыт мой...
Варвара Михайловна. Извините меня... но, мне кажется... этого слишком мало, чтобы так бесцеремонно вторгаться...
Двоеточие (добродушно). Никуда я не вторгаюсь, а вижу я - чужая вы всем тут... и я чужой... ну вот, и того... понимаете... захотелось мне сказать вам что-то... ну, видно, не сумел: извините, коли так...
Варвара Михайловна (усмехаясь). Простите и вы меня... я, кажется, грубо сказала вам... но, право, мне странно, я не привыкла к такому отношению.
Двоеточие. Понимаю... Вижу, что не привыкли... где тут привыкнуть! Пойдемте, погуляем, а? Уважьте старика!..
(Семенов влетает на велосипеде и подкатывается прямо к ногам Двоеточия.)
Двоеточие (испуганно). Куда вы, сударь мой? Что вы?
Семенов (задыхаясь). Извините... уже кончилась?..
Двоеточие. Что кончилось?.. Бог с вами!
Семенов. Такая досада!.. Лопнула шина!.. Я, видите, сегодня на двух репетициях...
Двоеточие. Да мне-то какое дело до этого?..