Чтение онлайн

empty-line/>

Я потеряю больше, чем найду

Пусть бесится ветер жестокий

В тумане житейских морей.

Белеет мой парус такой одинокий

На фоне стальных кораблей

Пусть бесится ветер жестокий

В тумане житейских морей.

Белеет мой парус такой одинокий

На фоне стальных кораблей

(Нет, я не плачу- А. Миронов)

Во время песни я встала и стала ходить между столами. Там в углу сидели какие-то два человека или не человека, я не поняла кто это. Я допела песню и мне стали аплодировать. Я поклонилась и села на место. Дэн сказал

— Спой еще что-нибудь.

У меня в голове уже блуждала еще одна песня.

Рвусь из сил, и из всех сухожилий,

Но сегодня опять, как вчера,

Обложили меня, обложили,

Гонят весело на номера.

Из-за ели хлопочут двустволки,

Там охотники прячутся в тень.

На снегу кувыркаются волки,

Превратившись в живую мишень.

Идет охота на волков, идет охота.

На серых хищников — матерых и щенков.

Кричат загонщики, и лают псы до рвоты,

Кровь на снегу и пятна красные флажков.

Я её пела не пародируя Владимира Высоцкого, как поют многие певцы, я её пела как я чувствую эту песню, но не меня ритма и мелодии и не добавляя своих элементов.

Не на равных играют с волками

Егеря. Но не дрогнет рука!

Оградив нам свободу флажками,

Бьют уверенно, наверняка!

Волк не может нарушить традиций.

Видно, в детстве, слепые щенки,

Мы, волчата, сосали волчицу

И всосали: нельзя за флажки!

Идет охота на волков, идет охота.

На серых хищников — матерых и щенков.

Кричат загонщики, и лают псы до рвоты,

Кровь на снегу и пятна красные флажков.

Наши ноги и челюсти быстры.

Почему же, вожак, дай ответ,

Мы затравленно рвемся на выстрел

И не пробуем через запрет?

Волк не должен, не может иначе!

Вот кончается время мое:

Тот, которому я предназначен,

Улыбнулся и поднял ружье.

Идет охота на волков, идет охота.

На серых хищников — матерых и щенков.

Кричат загонщики, и лают псы до рвоты,

Кровь на снегу и пятна красные флажков

Я из повиновения вышел,

За флажки: жажда жизни сильней,

Только сзади радостью слышал

Изумленные крики людей.

Рвусь из сил, из всех сухожилий,

Но сегодня не так, как вчера.

Обложили меня, обложили,

Но остались ни с чем егеря!

Идет охота на волков, идет охота.

На серых хищников — матерых и щенков.

Кричат загонщики, и лают псы до рвоты,

Кровь на снегу и пятна красные флажков.

(Охота на волков — В. Высоцкий)

Наступила тишина… После ко мне подошел парень. Все в нем выдовало светлого эльфа. Подойдя ко мне он произнес

— Как вас зовут Леди?

Я ответила

— Кира.

Он произнес

— Госпожа Кира — мое имя он произнес плавно. — не почтите ли вы за честь появиться на нашем празднике менестрелей? Он состоится через год в первый день лета. Вы так же можете взять своих друзей. Покажите вот это и вас пустят. Всего светлого.

Он отдал мне голубой камушек круглой формы и развернувшись ушел.

Артурчик подошел и сказал

— Ну мать ты удостоилась того чего неудостаивался ни один некромант. И тебе еще пожелали "всего светлого"! Блин он что издевается?

Все мои друзья загомонили. Димка подошел сухо кивнул и сказал:

— Поздравляю. А теперь живо спать!

Мы поднялись к нам в комнату.

Наша комната заслуживает отдельного абзаца. И так, приставьте себе комнату три на четыре с одной стороны стоит маленькая односпаленная кровать и рядом стоит другая, но двуспальная. Кровати цвета хаки простыни и подушки цвета… хм… ну почти белые, две лампы подвесные и один маленький стол и одно миниатюрное кресло. Кресло…хэх ну короче на него лучше не садиться. Потому что оно видать ровесник нашему дракоше. Стены обитые деревом, и ах да там еще было маленькое окошко вот и все.

Мы с Арихом забрались на кровать и поняли что нам придется спать в обнимку. Ну мы легли под одеялку. Слушайте и вот кто придумал что от вампира веет холодом? Это вранье. Мой Арих нормальный парень теплый мррр. Я отвернулась к краю, а он меня обнял сзади и прижал к себе, так я и уснула.

Глава 9

Проснулась я, можно сказать в хорошем настроении. В тепле, в уюте и целуют опять же с утра…приятно…стоп…ЦЕЛУЮТ!? Резко открываю глаза и вижу мальчики (т.е. Дэн и Арих) сидят около моей кровати и Арих что-то настойчиво шепчет я уловила последние слава.