Чтение онлайн

Зенагри’лока, плоды, подобные фасоли и бобам, но больше размером и с пряным острым вкусом, припомнил Тревельян. Кажется, сто двадцать шесть сортов. Из них готовят локайят, традиционное блюдо похарас – так сообщалось в монументальной поваренной книге Жака Жироду «Кухня кни’лина».

Морщинистое лицо Пилота стало мрачнее грозовой тучи. Оглядев ряды стеллажей и груды контейнеров, он почесал висок кончиком палустара и молвил:

– Мы будем искать его здесь, пока Вторая Луна не свалится на Йездан. Или пока тазинто не вырежут последних терре.

– Другого выхода нет, – заметил ботаник. – По информации Мозга, он вне визуального контроля – значит, прячется в месте, подобном этому.

– Прячется – не совсем верно, ньюри, – произнес Тревельян. – Если Курс уже сообразил, что мы здесь, то он не прячется, а выслеживает нас.

При этих словах Шиар и Гиббех вздрогнули, Третий Вечерний нахмурился, а Пилот помрачнел еще больше. Бросив взгляд на Гиббеха, он спросил:

– Как пройти в секцию, где хранятся напитки? Соки и тинтахское вино?

– Если ньюри пожелает, по этому проходу. – Гиббех показал на одну из щелей между стеллажами.

– Пошли!

– Не торопись. – Тревельян, не двигаясь с места, скрестил руки на груди. – Мы шагаем друг за другом на приличном расстоянии. Если Курс нападет на меня или на слуг и ты применишь палустар, нам придется несладко. Ментальный излучатель не прицельное оружие. Я помню, в зале собраний, когда Зенд Уна выстрелил, у меня помутилось в голове.

– Я поставил излучатель на минимальную мощность, – сообщил Второй Пилот. – Еще сократим дистанцию. Держитесь сразу за мной.

Третий Вечерний передернул могучими плечами.

– Это неприлично. Коно…

– Забудь о коно и приличиях, ботаник! Нам всем грозит смертельная опасность!

– На этот случай у нас есть хорошее изречение, – поддержал Пилота Тревельян. – На войне как на войне.

Они углубились в тесный проход. Слуги, для которых личное пространство не имело особого значения, дышали в спину Ивара, но Третий Вечерний, которому преодолеть инстинкт было труднее, все время отставал от Пилота. Разозлившись, Тревельян подтолкнул его в спину, не рассчитав усилия, которое давала кожа. Гигант-ботаник пролетел пять или шесть шагов, ударился о контейнер и в ужасе обернулся.

– Что?! Курс…

– Это не Курс, это я. Извини, ньюри, случайно получилось. – Ивар присел и вытянул руки. – Сработал мой усилитель мышечной активности.

Третий Вечерний облегченно перевел дух.

– Храни нас Йездан! Мне показалось, что Курс отшвырнул меня и сейчас нападет на Пилота.

– Если так, я готов. – Второй Пилот стоял с излучателем, нацеленным в глубину прохода. Опустив палустар, он заметил: – Мощное у тебя приспособление. Когда мы собрались у тела Зенда Уна и эта костлявая жрица-похарас пыталась нас стравить, ты был с этим устройством?

– Да.

Пилот и Вечерний переглянулись, потом посмотрели на Тревельяна. В их глазах читалась верность мужской солидарности.

– Пожалуй, мы бы не справились с этим волосатым, – усмехнувшись, сказал Пилот.

– Точно, не справились бы, – подтвердил ботаник. – Хотя я могу расколоть токар, стиснув его в кулаке.

– У Найи Акра был парализатор, – напомнил Тревельян.

– Думаю, ты увернулся бы, – все еще улыбаясь, промолвил Пилот. – Большое разочарование для жрицы!

– Хорошо, что не дошло до драки. Хватит, дрались уже в прошлом, – добавил Третий Вечерний. – Иутин, хоть он и зинто, выручил нас. Однако, при зрелом размышлении, его история пахнет тухлыми грибами.

– Ты прав, – согласился Второй Пилот. – Эта Найя Акра, мешок гнилых костей, считает нас детьми или глупцами. Ведь ясно, что Курс мог прикончить Зенда Уна одной рукой, мог метнуть в него любую вещь и разбить череп. Зачем ему клинок землянина? Вот Глубина – дело другое, хотя мне с трудом верится, что валлс все-таки выжили. Хорада признала их клан несуществующим, и уже давно.

Тревельян замер, в растерянности приоткрыв рот.

– Так вы представляете, как было дело? Знаете, что я сказал правду? Что Глубина была в моем отсеке, украла нож и…

– Мы склонны считать, что твоя версия более логична, – прервал его Пилот. – Убить и бросить на тебя подозрение – вполне в стиле клана валлс. Тем более, что всем известно, как эта жрица-похарас ненавидит землян. Вот она в тебя и вцепилась!

– Всем известно… – пробормотал Ивар. – Вам – может быть, а я об этом ничего не ведаю. Не больше, чем о зинто и валлс.

– Найя Акра – отмороженная с Таго, – пояснил ботаник.

– И что это значит?

– Долгая история, и ворошить ее не надо. Йездан сказал: зверь всегда рядом с вами. Если рядом, так пусть хотя бы спит… Пойдем дальше?

Двигаясь тесной группой, они углубились в проход. Контейнеры в форме цилиндров, кубов и шестигранных призм нависали над ними, тянулись вверх и в стороны стеллажи, отбрасывая тень у редких светильников. Шиар и Гиббех не отставали от Тревельяна, будто надеясь на его защиту, ботаник тоже справился с привычкой и шел почти рядом с Пилотом. Они преодолели метров двести или немного меньше, когда Пилот остановился у очередного контейнера. В его корпусе зияла дыра, по краям которой торчали лохмотья пластика, а на полу были разбросаны какие-то мелкие предметы, напоминавшие серую морскую гальку.

– Плоды коукро, – определил ботаник. – Трудно поверить, но он их ел. Ну и челюсти!

Сублимированная пища с полностью удаленной влагой твердостью не уступала камням, но Курса, кажется, это не смутило. Похоже, он нуждался не только в питье, но и в других источниках энергии, хотя Тревельян не мог представить, какой желудок одолеет этот пересушенный компост. Ему подумалось, что Курс обладает более совершенным метаболизмом, чем обыкновенный человек – видно, мудрецы с Тоу хорошо потрудились над физиологией киборга.