Дама в красном
Шрифт:
Внезапно массивные двери замка распахнулись и в дверной проем ворвался черный конь. На его спине был рыцарь в черных доспехах. У него были золотистые волосы, а глаза сверкали, как зеленые изумруды.
Черным Рыцарем был Тревис Бэрон, и он пришел за ней. Он сиял, как небо, и ужасал, как ад, и даже во сне Алекс сознавала, что если дотронется до него, то пропадет навсегда…
– Мисс Торп?
Алекс повернулась.
– Луиза, – она попробовала засмеяться, но безуспешно, – вы напугали меня.
– Простите. Я только хотела узнать, закончили ли вы завтракать. – Губы Луизы вытянулись в тонкую ниточку. – Я прибралась на кухне, а теперь хотела бы убрать тут, если вы позволите.
– Не волнуйтесь относительно дворика, Луиза. Я сама все сделаю.
– О, что вы, сеньора… мисс Торп. Я не могу позволить вам…
– Луиза, – мило прощебетала Алекс, – как поживает ваша сестра в Санта-Барбаре?
– Она… Да все в порядке, спасибо.
– Кажется, вы нечасто видитесь, – продолжила Алекс. – Почему бы вам не съездить навестить ее в эти выходные?
Экономка уставилась на Алекс, словно та внезапно лишилась рассудка.
– На все выходные, вы имеете в виду?
– Да. Вы можете отправиться прямо сейчас. Что вы думаете по этому поводу?
– Конечно. Но… но все эти годы, что я работала на вашего отца, а потом на вашего мужа, я не…
– Теперь вы на них не работаете, – резко сказала Алекс и втянула воздух. – Луиза, отправляйтесь… На эти выходные я вас отпускаю.
Через некоторое время она услышала грохот ворот, сопровождающий отъезд Луизы. Алекс поднялась и прошла по саду к декоративному пруду. Его сделали по замыслу Карла уже после смерти отца. Толстые золотые рыбки, как обычно, сновали взад и вперед по своей элегантной, роскошной, идеально продуманной тюрьме… Что с ней такое сегодня утром?
– Возьми себя в руки, Алекс, – пробормотала она.
Быстрыми движениями она собрала свою посуду и вошла в холодный полумрак Дома Торпов. Кухня была вылизана; даже кофейник опустошен, вымыт и высушен. Алекс вымыла свою посуду, потом взглянула на часы.
Неужели еще только половина девятого?
Ну и прекрасно. Она займется прополкой. Карлос, возможно, будет презрительно фыркать, когда увидит в понедельник, что она вторглась на его территорию, но это же ее дом, ее кухня, ее жизнь…
У двери позвонили. Алекс замерла, вспоминая свой сон, потом рассмеялась. Черные рыцари не подъезжают к дверям замков, чтобы вежливо позвонить в дверь. Кроме того, тот, кто не имеет ключей от ворот, не может добраться до двери. Наверное, Луиза что-то забыла.
Она торопливо прошла через парадный зал, обжигая босые ноги о холодные камни. Подобрала подол своей длинной ночной рубашки, откинула засов и открыла дверь.
– Луиза, – улыбаясь, произнесла она, – на вас непохоже…
Ох! Алекс захлопнула дверь и привалилась к ней. За дверью она увидела вовсе не кислую физиономию экономки. Там был Тревис Бэрон!
– Алекс? – Дверь затряслась под ударами его кулака. – Алекс, открой!
Алекс отшатнулась от двери, не отводя от нее глаз. Как он ее нашел? Он не знал, где она живет. Она ему ни за что бы не сказала…
– Открой, Алекс, или, видит Бог, я выломаю дверь!
Она всхлипнула от ужаса. Ей вспомнился сон, Черный Рыцарь… Ее затрясло.
– Уходите, – сказала она, но жалобный шепот растворился, потерялся в грохоте кулаков Тревиса, колотящих в дверь, и в ответном безумном стуке ее сердца.
Дверь шаталась. Задвинуть засов невозможно. Теперь она боялась подойти и сделать это. Что, если дверь рухнет тогда, когда она будет рядом? Он сможет поймать ее, поймать и…
Она отмела ужасную мысль. Беги, приказывала она себе, быстрее беги и спрячься…
Но было слишком поздно. Дверь распахнулась, и Тревис ворвался внутрь.
Алекс уставилась на него словно парализованная, не веря своим глазам. Он был во всем черном. Черная майка туго обтягивала широкие плечи и грудь. Потертые черные джинсы подчеркивали узкие бедра и длинные ноги. Слегка запыленные черные ботинки выглядывали из-под джинсов. Он казался диким, опасным, величественным. Это не было сном. Наяву он пришел к ней.
К ней.
Ужас охватил ее. Ужас… и что-то еще.
Его глаза поймали ее взгляд.
– Алекс, – сказал он мягко.
«Успокойся!» – велела она себе. Как бы там ни было, но Тревис Бэрон – цивилизованный человек. А она знает, как в цивилизованном обществе полагается обходиться с непрошеными гостями.
Алекс выпрямилась.
– Вас сюда не приглашали, мистер Бэрон.
Тревис расхохотался. Он прокручивал десяток сценариев, но ни один из них не рисовал Александру Торп в воплощавшей непорочность белой ночной рубашке, в центре комнаты, убранство которой напоминало об эпохе Возрождения. Она делает вид, словно он не больше чем незваный гость, хотя ей ли не знать, что привело его сюда.
Да, она знала. Это отражалось в ее потемневших глазах. В биении голубой жилки на шее. И в напряжении, звеневшем в воздухе. Тревис медленно улыбнулся и захлопнул дверь.
– Разве так приветствуют человека, с которым хотели провести выходные, Принцесса?
«Беги! – снова зазвучало у нее в голове. – Спасайся!» Но она не могла повернуться спиной к этому голодному зверю. Потому что человек, привалившийся сейчас к входной двери, больше не казался ей Черным Рыцарем, а скорее напоминал ягуара, напрягшегося перед прыжком.