Чтение онлайн

Любит ее… Ах, опять этот воображаемый, но такой близкий Адриан… Где же ты, милый мой Адриан?

Невеселые мысли переполняли Лив весь вечер. Скудный ужин и шквальный поток воды, с гневом, как ей чудилось, трепавший этот всеми богами позабытый край, только усилил их.

Капканщик стоял под дырявым козырьком на пороге, и молча, угрюмо (всё как всегда, пропади он пропадом) взирал на завесу дождя, поливавшую раскачивающиеся деревья и жалобно гнущуюся траву. Капли стекали с лица, словно высеченного из камня.

Она нашла место более-менее сухое, расстелила плащ и предалась размышлениям.

Лив никогда так не боялась, как в последние дни. Всё из-за человека, которого им предстояло «сковать», или «взнуздать», как любил выражаться Рогволод.

О дамнате она знала крайне мало. В Батхосе вообще люди предпочитали больше помалкивать. Поговаривали, что дамнат был (и есть — иначе, зачем они здесь?) необыкновенно могущественным магом. Единственным в своем роде.

Но от бдительного ока Лив не ускользнуло, что некоторые обитатели Батхоса, — старые служки Предвечного, бывшие правоверные маги, променявшие свою религию на служение Рогволоду и помогавшие ему в его дьявольских делах, — лишь усмехались в ответ на эти слова. Или ей померещилось? Может, за усмешкой таился страх? Может и так, она ведь такая фантазерка.

Еще она слышала, что мать дамната была убийцей. Настоящим исчадием ада. Но самое главное — что послужило причиной Проклятой Ночи, что же там случилось, — всегда находилось под жесточайшим запретом. Вроде как всё произошло по вине Рогволода, или тех, кому он служил до своего возвышения. С другой стороны, вот Капканщик уже обмолвился однажды, что именно дамнат нёс вину… или как он там сказал?

Лив вздохнула. Если она начнет думать об этом, то наверняка забредет в мыслях в далекие дали.

Деревня Лесной Удел — всего-то десяток домов — примостилась на узком участке земли, между порожистой речкой и горами, густо поросшими хвойным лесом. С гор спускался клочковатый туман, окутывая речку призрачной дымкой. Двускатные крыши срубов выглядывали из тумана, словно спины диковинных зверей.

— Нужно переправится на ту сторону, — озвучила Лив в общем-то очевидную истину. Капканщик бросил на нее равнодушный взгляд, в котором всё же проглядывалась толика раздражения.

Они стояли подле хлипкой сторожки. Рядом находился паром — простой плот с бортами. На нем лежали скатанный в бухту трос и четыре длиннющих шеста. Ни слова не говоря, Капканщик вошел внутрь.

Паромщик — взлохмаченный парнишка — вылетел из сторожки с жалобным криком. Так же мрачно и отрешенно Капканщик схватил несчастного за шиворот, будто какого-нибудь котенка, потащил к реке и окунул в воду.

Кажется, он держал его под водой нескончаемо долго. Лив шагнула было в их сторону, но заставила себя смириться. Лучше не злить спутника понапрасну. Да и потом, сама тоже взвинчена. Нескончаемо долго — это ведь по ее понятиям. А на самом-то деле, может прошло всего несколько секунд.

— Чё вам надо?! — захлебываясь, заорал паромщик. Вода струилась по плоскому лицу. — Вы ж чё? Вам же ж за это…

Капканщик захотел вновь искупать бедолагу, но Лив не выдержала:

— Оставь его.

На какое-то мгновение Адриан задумался и отпустил парня. Паромщик отбежал, отплевываясь и высмаркиваясь.

— Нам нужно переправиться на тот берег, — обратилась к нему Лив. — Позарез нужно, понимаешь?

— Да кто ж против? — ответил паромщик. — Да я… я ж вот он. Надо, так скажите. Только сейчас нельзя. Туман, ёж твою мать. Бестия ж коварная. С ней шутки плохи.

— Бестия?

— Ну вот… речка. Бестия.

— Ладно, — изрек, наконец, Капканщик. — Подождем.

— Ну, а я о чем! Щас туман рассеется. Пара часов, господа.

На этом разговор закончился. Паромщик, которого Лив про себя нарекла Подсолнухом, удалился в сторожку, где устроился с обиженным видом, изредка громко и совершенно неожиданно чертыхаясь.

Спустя час туман рассеялся и заморосил дождик. Подсолнух вышел и, стараясь не глядеть на Капканщика, так и простоявшего на берегу в полной неподвижности, стащил паром на воду, обнаружив недюжинную силу и ловкость.

— Хватайте, — сказал он, бросив им шесты. — Будете помогать.

Бестия не зря так называлась. Паром то и дело норовил завертеться волчком. От Лив толку было мало, но Капканщик управлялся с шестом ничуть не хуже Подсолнуха.

Прибившись к берегу, паромщик обвязал веревку вокруг пня, торчавшего у самой воды. Помог спустить коней на берег, после чего поспешно отвязался и поплыл обратно.

Лив понаблюдала за ним некоторое время. Она опасалась, как бы его не снесло в быстрине, но напрасно — не прошло и трех минут, как Подсолнух благополучно добрался до того берега.

— Зачем ты так с ним обошелся? — спросила она Капканщика, не надеясь, впрочем услышать ответ.

— Отстань, — бросил он, поднимаясь по тропинке наверх, ведя коня под уздцы.

«Ну вот, как обычно. Будто я не его боевая подруга, а несмышленая девчонка. Обуза».

Дождь продолжал накрапывать.

Лив окинула утомленным взглядом деревню. Однообразные деревянные постройки, типично в веханском стиле — она уже насмотрелась на зодчество этого народа. Девушка недолюбливала восточных соседей, хотя и не понимала, почему. Может, из-за Рогволода?

Поправила заплечный мешок, вздохнула и поспешила за спутником.

Они не сразу нашли трактир. Пришлось побродить по деревне. Бросались в глаза ухоженность и чистота — необычная черта. Вехане довольно неряшливый народ. Многие их села откровенно поражали обилием мусора и заброшенностью. Однако Лесной Удел вряд ли походил на идиллические лубочные картинки, так распространенные в Вехании. Скорее это была чистота кладбища. Странное сравнение, но глядя на посеревшие от времени избы, тишину, лишь изредка прерываемую лаем собак, Лив подумала именно так. Где дети? Бабы с коромыслом? Где старики с трубками в зубах? Такое впечатление, что едва завидев непрошеных гостей, все попрятались по домам. Да, их визиту обычно никто не радовался, но не до такой же степени…