Чтение онлайн

Эта немодная прическа, мягкие движения больших рук делали женщину еще милее. У стола хозяйничала не мужеподобная бизнес-леди, которая «мере» на скаку остановит, а доброе домашнее создание.

Капитолина Юрьевна убрала со столика вазу с желтыми цветами, которые булгаковский Мастер несправедливо обозвал безобразными. Быстро расставила тарелочки с бутербродами. На ломтиках дорожного батона лежали аппетитные кружочки дорогого сервелата и прямоугольнички мраморного сыра. Полина отпила из тонкой в золотых листьях чашки ароматный напиток.

— Я люблю, чтобы у меня на работе красиво было, — улыбнулась Капитолина Юрьевна. — Здесь ведь большую часть дня проводишь. Я, к сожалению, сама не очень хорошо разбираюсь в том, что куда следует поставить. Тут ведь тоже нужен своеобразный талант. Вот даже просто обои выбрать — нелегко! В рулонах они вроде подходящие, а на стенку поклеишь… Ну совсем не тот вид!

— Нет, нет. У вас тут очень уютно, — заверила хозяйку Полина. — Говорю это как дизайнер.

— Неужели? Вы? Не может быть! — рассмеялась Капитолина Юрьевна. — Как мы в тему попали! А-а-а?

Посерьезнела.

— Так что, вы говорите, еще случилось?

Полина отложила бутерброд и путано, с большими сокращениями рассказала о событиях последних дней. Так, например, она начисто убрала из повествования фигуру доктора. Капитолина Юрьевна сидела, опустив глаза в чашку, покачивала головою, вздыхая. Наконец она подняла руки к башне, словно беспокоясь за ее цельность. Спросила:

— С милицией вы связывались?

Полина мгновение колебалась, вспомнив неофициальный визит к чину из органов. Эта встреча не дала никаких результатов. Так зачем о ней болтать? Гостья отрицательно покачала головою:

— Нет. Что я там скажу?

— Да, сказать вам господам из убойного отдела действительно нечего. Нужны факты, доказательства. В противном случае вас же и обвинят в отвлечении внимания правоохранительных органов.

Еще и штраф наложат.

— Что? Неужели есть такая статья? — удивленно раскрыла глаза Полина.

— Имеется, — авторитетно сказала Капитолина Юрьевна. — Но мы с вами попробуем в этом непростом деле разобраться. Как, вы сказали, адрес старика?

— Кирова, 45. Это рядом с площадью Героев.

А номер квартиры я не знаю.

— Сейчас посмотрим.

Капитолина Юрьевна защелкала мышкой. По монитору побежали списки.

— Нет. У нас ни одного из подопечных на этой улице нет. И в прошлом году никого не было. Сами убедитесь.

Полина встала и подошла к компьютеру. Прочитала «шапку»: «Пенсионеры по старости, состоящие на надомном обслуживании». Пробежала глазами список. Раз. Потом медленнее — второй.

Капитолина Юрьевна смотрела на гостью чуть насмешливо. Видимо, решила, что у добровольной защитницы стариков попросту крыша не на месте.

Под взглядом хозяйки кабинета Полина несколько смешалась:

— Простите. Столько хлопот вам зря доставила.

— Да вы что! — совершенно искренне вскрикнула Капитолина Юрьевна. — Это же наша работа.

И если вам снова понадобится помощь, вопросы какие-то возникнут, обязательно приходите; Договорились?

Полина медленно кивнула.

— Ну вот и хорошо! И не хмурьтесь так. Ничего ведь не произошло. Может, этого старичка в соседний город к родственникам увезли. Сидит он сейчас в кресле и чай попивает с малиновым вареньем.

А вы из-за него с ума сходите.

— Хорошо, если бы так.

— А надо верить в лучшее! Нельзя отгонять надежду.

— Вы рассуждаете прямо как чудо-доктор.

Глаза Капитолины Юрьевны расширились, и в них мелькнула настороженность.

— Чудо-доктор, — рассеянно повторила она. — Это кто же?.. Малышева?

— Нет. Один мой знакомый. Еще раз извините и до свидания.

Заверещал "телефон. Звонил Рязанцев. Ну вот.

Наконец-то нашел для нее время. «Есть новости, — произнес док. — Я приеду». Последнее прозвучало не как просьба, а как сообщение. «Да, конечно», — холодно ответила Полина. Женщина очень злилась.

На Рязанцева. За то, что обманчиво мягкий и покладистый Валерий Иванович уж слишком быстро вошел в роль хозяина и даже из обыкновенного приличия не поинтересовался, хочет ли она видеть его, слышать.., заниматься с ним любовью. Полина нервным движением достала сигарету и закурила.

Но еще большую злость женщина испытывала по отношению к самой себе. Стыдно признаться, но в тайне она целый день ждала этого звонка. И когда услышала хрипловатый голос дока, почувствовала, как тело обдала горячая волна, заныла, почти заболела грудь.

Полина быстро загасила сигарету и положила в рот мятную карамельку. Критически оглядела себя перед зеркалом. Надо бы подправить макияж, переодеться. Женщина порывисто встала. Несколько секунд нерешительно потопталась на месте и наконец нехотя села. Нет. Не стоит. Непонятного цвета глаза психотерапевта не упускают ничего.

Док сразу заметит, что она готовилась к встрече с ним, ждала его. Это сделает ее положение еще более уязвимым, а Полина должна оставить себе хотя бы привилегию безразличия.

В дверь позвонили. Полина почувствовала прилив паники и радости. Мелькнула детская мысль: не открывать! Но женщина переборола себя и встала. Она не взглянула на Рязанцева. Повернувшись к позднему гостю спиной, долго возилась с замками. Затем так же незряче двинулась на кухню и здесь — уже совершенно оправданно! — все свое внимание сосредоточила на посуде, бисквите, сгущенке. Ей казалось, что церемония чаепития сделает их встречу более официальной. За столом неизбежно начнется нудная деловая беседа. Доку сперва придется отчитаться, так что пыл его, надо надеяться, подугаснет… И ее собственные эмоции войдут в более спокойное русло.