Чтение онлайн

— Ты очень страстная, Тоши, но совершенно не можешь контролировать свои эмоции.

— Я вам больше не интересна? — вопрос прямо в губы и, не дождавшись ответа, Тоши поднялась, направившись к окну.

Месяц Уэко Мундо серебряным светом отражался в потухших глазах.

Синигами вздрогнула, когда Айзен обнял её за талию, прижав к себе, а успокаивающий голос мелодично нашептывал слова:

— Как ты могла подумать подобное. Просто время нас меняет, но это не значит, что я забыл о тебе, Тоши.

Плавный разворот, в его карих глазах хочется тонуть, они гипнотизируют свой глубиной и тающим огнем. Тоши словно кукла послушно обнял мужчину, сердце замерло от желанного прикосновения губ, что целовали сначала невесомо, пробно, но перерастали с каждым мгновением в слепую страсть.

Айзен спустил резинки с волос, запустив руку в распущенные локоны и, приподняв синигами за талию, направился к кровати.

Шелковые алые простыни приняли их в свои объятия. Руки он прижал над её головой, болезненно целуя в шею, спускаясь ниже, свободной рукой экс-капитан избавился от мешавшей одежды.

— Не против сегодня полностью отдаться в мои руки?

Вместо ответа Тоши гладит Владыку по лицу, очерчивая желанные губы, но Соуске уходит от поцелуя и опрокидывает девушку на спину, перехватывая её ноги за щиколотки.

Аристократические пальцы скользнули по холодной коже голени, нежно лаская и щекоча. Айзен губами дотронулся до мягкой кожи, легонько лизнув и тут же болезненно укусив. Поцелуи-укусы поднимались вверх с каждым тяжелым вздохом-стоном Тоши, что изогнулась змеей, запрокинув голову назад. Из груди вырвался глухой стон, когда влажный поцелуй прошелся по внутренней части бедра, язык маленькой змейкой очертил линию к лону. Орикава сжала ногами плечи капитана и запустила искусанные пальцы в шелковые каштановые пряди, притягивая ближе.

— Капитан Айзен, — томный вздох и вновь искусанные пальцы, судорожные подрагивания тела от ощущения горячего языка внутри себя.

Соуске развязал корсет, забравшись рукой под грубую материю, очертив полушарие груди, болезненно сжав сосок, одновременно прикусив клитор. Тоши вскликнула, оставив глубокие царапины на обнаженных плечах. Резкие толчки изящных длинных пальцев внутри, влажный, глубокий и громкий вечер, который закончился под громкий стон. Тоши обмякла, казалось, будто она упала в объятья пучины моря, что обволокла теплой дымкой дурмана. Её лицо грубо повернули, сжав челюсть, и она почувствовала сладко-соленый поцелуй и ласковый язык, что дарил необычный вкус, облизывая её.

Из полуоткрытых глаз она видела его, горящие страстным желанным огоньком.

Айзен оторвался от неё, в последний раз лизнув сладкие губы, и подарил невесомый поцелуй. Очерчивая изгиб заостренного лица, он покрывал её лицо мелкими поцелуями.

Тоши пальцами одной руки очерчивала силуэт его мышц, другой плавно спустилась вниз к хакама, юрко запустив руку под них, и накрыла вставшую горячую плоть.

Когда все закончилось, Орикава нежно гладила лицо Капитана, что тихо посапывал на её коленях. Запечатлеть каждое мгновение — как глубоко и ровно вздымается его грудь, как подрагивают темные ресницы, и в легкой усмешке изгибаются полные губы. Орикава, чуть наклонившись, устроилась удобнее полудугой, легла на грудь мужчины, поцеловав. Соуске приоткрыл глаза, рукой проведя по виску девушки, и тихо прошептал:

— Разломись, Кьека Суйгецу.

====== Глава 13. «Отрезвляющий укол» ======

— Ой, — Тоши чуть повела плечами от легкой боли, когда Альмаро нечаянно дернул прядку волос, укладывая светлые локоны.

— Прошу простить меня, Орикава-сан.

Арранкар ласково, извиняющимся жестом пригладил выступившую прядку волос. Орикава, как подобает Королеве Лас Ночеса, сидела в мягком кресле напротив зеркала, пока Кларенц заботливо расчесывал пшеничные локоны. Из-за аккуратных движений, перебирающих светлые локоны, синигами казалось, что она погружается в легкую сладкую дрему, из которой нехотя вывел стук в дверь.

— Войдите.

Как обычно бесшумно, словно его здесь и нет, Улькиорра плавным движением прошел к креслу девушки, ледяным взглядом окинув арранкара, после чего подошел чуть ближе на почтительное расстояние к девушке.

— Орикава-сан, Айзен-сама прислал меня, чтобы проверить ваше состояние, — безразличным тоном изрек Кватра.

«Конечно, сама он никогда в жизни не соизволит прийти, не царское это дело».

— Можешь передать, что со мной все в порядке. Он вызывал меня?

— Нет, — коротко ответил Шиффер и вновь переключил внимание на присутствующего арранкара, что скрупулёзно заплетал косу девушке. — Альмаро, что ты здесь делаешь?

Кларенц, не прекращая работы, спокойно ответил, сверкнув рубиновым глазом:

— Орикава-сама попросила помочь ей собраться. Вы видите в этом нечто преступное?

— Не помню, чтобы это было твоей обязанностью.

— Он просто проходил мимо, вот я его и попросила. Или ты хочешь сам помочь мне залезть в ботфорты?

Шутку Кватра не оценил и не понял, поэтому, развернувшись, он покинул покои Тоши.

— Почему вы находитесь здесь? — позволил нарушить молчание Альмаро, закончив заплетать косу. — Почему не остались в обществе душ?

— Мне нет там места.

— А здесь?

Тоши не ответила, и, пригладив косу к плечу, она грустно улыбнулась.

— Мне больно, — безмолвно прошептали пересохшие губы, пальцы до крови сжали подлокотники.

Тоши распахнула вновь пожелтевшие глаза, в которых горела неприкрытая искрящаяся ненависть. Гранц краем глаза наблюдал за всеми метаморфозами, что происходили с синигами, и продолжил переключать тумблеры под болезненное мычание и шипение, что струилось умиротворяющей музыкой из уст девушки.

— Заель Апорро, отключай меня от своего аппарата, немедленно! — грозно прокричала Тоши.

Глаза вновь приобрели уже привычный голубой оттенок. Но Гранц лишь увеличил мощь, и улыбка его поползла к уху от раздирающего женского крика.

— Вы, синигами, слишком чувствительны, — посетовал ученый, словно весь процесс был для него мукой.

— Эй, арранкар, — послышались надменные нотки уже в чужом голосе. Бывшему эспаде показалось, что у него у самого уже начались галлюцинации. Но когда он подошел к подопытной, то смотрела на него уже не Орикава. Глаза посерели, напоминая прозрачное озеро, горя надменным напыщенным огоньком.