Данте
Шрифт:
Точно фурия влетаю в игровую зону и приближаюсь к трём мужчинам.
Скажите, что мне это снится.
Данте. Он самый.
Завораживающий? Нереальный?
В точку.
Совершенно не их тех гламурных мужчин, что каждое утро укладывают свои волосы, беспокоятся за внешность и следят за модой.
Этот… Данте внешне совсем другой.
Его типаж как спасатель из книг и фильмов: эти герои ориентируется в любой местности – хоть на земле, хоть в воде. Он из тех мужчин, что ведут за собой, принимают ответственные решения и всегда говорят: «Всё будет хорошо. Верь мне». И все замирают, ловят каждое его слово…
Кажется, это называется «харизма»?
И наверняка он целуется так, что все мозги растерять можно.
В то же время он тот самый маньяк, что утром увязался со мной.
Мужчина поворачивает в мою сторону голову, моргает, словно удивлён моим появлением, а потом его губы расплываются просто в восхитительной улыбке.
Несколько бесконечных секунд мы таращимся друг на друга.
И я сейчас как дурочка краснею до корней волос от его пристального взгляда…
Что ему нужно от меня?
Разрываю зрительный контакт и собираю себя в кулак. Мне совершенно не нравится, что я чувствую себя уязвимо и растеряно.
– Что за игру вы затеяли? – рявкаю бесцеремонно, забыв про тактичность и тут же запинаюсь.
– Ангел мой… Ты здесь… – произносит он таким восхищённым тоном, что я просто хлопаю глазами.
ДАНТЕ
– Зачем вы здесь? – со смесью страха и гнева интересуется мой Ангел.
Глаза полны непонимания и весьма неприятного удивления. Прискорбно.
– Есть две причины. Первая – игра в боулинг, – произношу мягко. – Вторая – это ты, Ангелина. В большей степени всё же из-за тебя. Кстати, тебе передали цветы? Они тебе понравились?
Девушка бросает полный гнева взгляд на моих друзей, потом одаривает им меня и произносит:
– В боулинг играйте, сколько хотите. А вот второй вариант меня совершенно не устраивает. И цветы свои заберите, мне они не нужны.
Она вдруг заливается краской смущения и добавляет воинственно:
– У меня жуткая аллергия на розы.
– Да? – вздёргиваю брови. Врёт. Даже ушки покраснели. Так бы и зацеловал её… прямо сейчас.
– Аллергия только на розы? Как насчёт пионов? Или орхидей? Орхидеи невероятно прекрасны и нежны. И очень схожи со сосредоточением женской сексуальности.
Она смущена и отводит взгляд, поджимает губы. Но злость придаёт моему Ангелу сил, и она вновь смотрит на меня и выдыхает раздражённо:
– У меня на все цветы аллергия. Так что зря старались. Данте.
Моё имя произносит жёстко, резко, словно пытается выразить тоном всю степень своего негодования.
– Хорошо. К чёрту цветы, – пожимаю плечами. – Как насчёт совместного ужина? Только ты и я? Мои друзья уйдут.
Она дерзко задирает подбородок и мрачно обещает мне:
– Вы – псих. А значит, я не пошла бы с вами на ужин, даже если бы вы остались единственным мужчиной на всём белом свете!
Весёлые смешки моих друзей заставили меня одарить их многозначительным взглядом.
– Вы одним словом точно охарактеризовали Данте, – ржёт Гена.
– Псих, он и в Аду псих, – добавляет Стас.
Нет, я точно сделаю из их тупых голов шары для боулинга.
– Идите-ка, перекурите, – произношу со скрытой угрозой.
Парни тут же оставляют шары, хватают свои бокалы с пивом и, продолжая посмеиваться, уходят.
Стас оборачивается и бросает моему Ангелу:
– Осторожнее с ним, малышка! Данте очень горячий! Может обжечь! Если что – зови! Спасём!
Совсем страх потерял. Точно на ринг вытащу его тупую задницу и выбью из него всю дурь.
– Не слушай их, – произношу, как мне кажется, легко и непринуждённо.
Но девушка вдруг обнимает себя за плечи, делает несколько шагов назад, чем вызывает у меня неприкрытое и сильное желание приблизиться к ней вплотную, вжать в своё тело и наброситься на мягкие губы, а потом…
Резко выдыхаю и говорю:
– Сыграешь со мной?
– Я на работе, – произносит она деловым тоном. – А вы играйте. У меня к вам лишь одна просьба. Точнее, совет.
– Хм. Совет? – улыбаюсь криво. – Ненавижу советы.
– Но всё же я вам его дам, – говорит она с нажимом. Облизывает свои невозможные губы и с придыханием произносит: – Оставьте меня в покое. Не смейте меня преследовать, дарить цветы и прочее, что бы вы там не задумали. Вы мне не нравитесь, Данте. Надеюсь, вы меня услышали и приняли к сведению.
Нет, девочка моя. Не услышал. Не принял.
– Это очень хреновый совет, Ангел, – мой голос становится ниже от бури, поднимающейся изнутри. – Я не оставлю тебя. Никогда. Я нашёл тебя и уже не отпущу. Раз я псих, значит, я болен. Безнадёжно болен тобой, Ангел. Как только увидел, так и заболел.
В два шага преодолеваю расстояние, разделяющее нас и кладу руки на её худенькие плечи. Она вздрагивает и вцепляется пальчиками в мои ладони, пытаясь стряхнуть с себя мои руки. Чуть сильнее сжимаю и немного зловеще улыбаюсь ей.
– Я хочу тебя, как только увидел. Хочу твоё тело, твою душу. Всю тебя хочу, Ангелина. Без остатка. И мой тебе совет, Ангел, просто скажи: «Да».
Её глаза цвета моря за линзами очков расширяются в откровенном шоке. Сладкие губы приоткрываются, и она вдруг вскрикивает:
– Больной! Отпустите и отвалите от меня, иначе я сообщу в полицию!
Я смеюсь и качаю головой.
– Не поможет, сладкая. Просто соглашайся. Взамен, ты получишь всего меня. Позволишь тебя поцеловать?..
Склоняюсь к её губам…