Шрифт:
Пролог.
Златогор Торхов хмурым взглядом осматривает своих сыновей. Вот и настал день, когда они все собрались в храме. Князь долго ждал этого дня и не мог в полной мере насладиться торжеством происходящего.
Самый младший — Воибор, только недавно прошёл обряд посвящения и вернулся после своей первой серьёзной битвы, принёсшей ему победу и уважение рода.
И теперь, стоя в храме, князь ждал благословения богов. Его сыновья делом и духом показали, что достойны получить божественные дары и князь рассчитывал с их помощью укрепить свою власть и подвинуть Мирогнева, своего двоюродного брата. У того в живых остались два сына и те уже получили божественные дары, хорошие атрибуты выпали паршивцам.
Ну ничего, дети Златогора не хуже, а даже лучше, а значит каждый из них получит сильный атрибут. Кровью и мечом они доказали богам своё право на сильные дары, сегодня всё и решится.
Старший, Яромир, как всегда хмурной и угрюмый, такой же чернявый, как и первая покойная жена князя, посмотрел на отца долгим затяжным взглядом. В зелёных глазах была стойкая уверенность и решительность, что он самый достойный из его детей, чтобы князь назвал его своим наследником. Уж в скольких битвах княжич побывал, уж сколько побед ему принёс, а всё тлела в нём ревность перед братьями, ведь знал же, что не от любимой женщины рождён.
Драгорад, тот, кого в детстве Златогор больше всех любил и лелеял, воспитывал из него будущего князя, стоял волком среди братьев. Высокий, крепкий, как у матери каштановые волосы, глаза только отцовские — голубые. Давно он у отца в немилости, после того, как отказался в жёны брать выбранную ему Белогору, упёрся и всё тут, никого сердцу милее нет, чем она проклятущая ведьма Улада. Чуть ли не верёвки вила из его сына, заставляя отца морщиться от досады. Златогор понял бы, если наградили их союз истинностью, редкий и великий дар, так нет же. Просто деревенская девка, без роду и без племени, точно ведьма приворожила.
Если Драгорад и желал вернуть расположения отца, то ничего для этого не предпринимал. А всего то и нужно было, отослать ведьму куда подальше и жениться на той, что отец выберет. Яромир же послушно женился на Лагоде, хотя любви там и нет. До Златогора доходили слухи о том, что от первого сына служанки байстрюков понарожали, но Яромир всё отрицал и обещал разобраться с ситуацией.
Так вот только каждый год слухов то всё больше и больше собирается. Златогор даже закрыл на это глаза, недруги знают, что Яромир от нелюбимой, что сам долго был нелюбимым сыном, вот и пытаются смуту внести в его отношения с сыном. Лагода ведь ещё не понесла, так что враки это всё.
Последний же сын Воибор был парнем отчаянным, таким же светловолосым и голубоглазым, как и его отец. И рождён он от истинной связи, ведь себе в дар Златогор получил истинную, от неё и пошли сильные крепкие дети. Для этого даже пришлось разводиться с любимой женой, матерью Драгорада, может и с той поры пошёл между ними разлад. Но это уже было не так важно. Его возмужавшие сыны были здесь, перед богами и готовы получить дары.
Священнослужитель, во всех своих роскошных одеяниях, стоял перед чашей наполненной прозрачной воды и читал монотонным голосом молитвы, взывая к милости богов.
— И все сыновья князя, сына вашего, Златогора Торхова, достигли возраста зрелости, обрели мужество и силу. И смертные сыны ожидают благодати вашей небесной, да ниспошлите на их головы дары божие, подарите атрибуты, достойные деяний и духа сынов ваших, милостивые боги.
Как только священнослужитель закончил читать, все трое шагнули к большой чаше и заглянули в неё. Каждому дано будет ведение, где они получат свой атрибут и каждый должен сам лично добыть его.
Глава 1.
Злата раздражённо заправила волосы под шапку, думая о том, что стоило заплести косу. Она не особо любила, когда волосы раздувал ветер, потом ещё долго их прочёсывать, а не вытаскивать их из-под куртки оказалось дурной затеей. Они то и дело прядями торчали то тут, то там.
«Вот бы карэшку» — в очередной раз подумала девушка, злясь на длинные волосы, как-то она от них устала, но и рука не поднималась уменьшить длину. Она так долго расстила их до пояса, специально не красила, хотя из блондинки то и дело хотелось стать то рыжей, то брюнеткой, но так боялась спалить волосы, что терпела. И вот длину она заветную отрастила, всё хорошо, всё своё, да вот только раздражали эти свои длинные обычные блондинистые. Хотелось в жизни перемен, а смена имиджа это то, что привносит новые краски в жизнь. Менять гардероб дорого, а вот волосы словно напрашивались с ними что-то сделать.
— Может на каток? — в который раз подначивала Ритка, толкая её в бок.
Злата лишь фыркнула на подружку. Они обе в этом году выпускницы, Ритка вот умница, на красный диплом шла, перевод и переводоведенье английского и корейского. Злата это не любила, она у себя английский с трудом сдала, ей и русского за глаза хватало. У неё самая обычная специализация — бухгалтерский учёт, анализ и аудит.
Ей нормально, ни горячо ни холодно, родители отправили её туда учиться и Злата не возражала. Хоть какая-то работа потом будет, а то мама скептически смотрела на её рукоделие. Ничего она не понимала! А Злата и детские игрушки шила-вязала, а как она вышивала, её работы в конкурсах выигрывали!
Да, ручной труд ценился, но не имел такого уж большого спроса, а с учёбой не так много времени на всё про всё выходило. Поэтому рукодельничала она в основном для себя, да для знакомых.
Ритка давно подбивала её вести какую-нибудь страничку в соцсетях. Да начать делать бизнес, но если мать о таком узнает, такой разнос ей устроит. И почему ей было так стыдно, что дочь рукоделием занимается? Да, не модное увлечение у молодёжи, но Злата много находила в соцсетях именно молодых людей, кто увлекается тем, чем и она.
Но в маминых глазах это было непристижно, деревенщиной попахивало, а они в десятом или каком-то там поколении коренные новосибирцы. Говорила всегда это так, будто к какому-то дворянскому роду имели отношение, так нет, купцы, да бояре были в её роду, не боле. Те же самые торгаши, как презрительно кривила мать губы на работников рынков, а ведь её предки именно так и начинали!
Злате не нравилась эта материнская спесь, но против её железной воли не пойдёшь, так и отец у матери под каблуком был, он даже фамилию жены взял — Чернов, настолько мать была несгибаемым авторитетом в семье.