Дар!
Шрифт:
Поняв, кто перед ней, она отвела взгляд, поскольку никаких сил на него смотреть не было, да и желания тоже.
— Алексей? — раздражённо произнесла Ольга. — Ты зачем…
— Подожди, не гони меня, давай поговорим. Я ведь не специально, так сложилось, понимаешь…
— Не хочу ничего знать! — перебила его она. — Только ты виноват в смерти моей мамы. Никогда не будет тебе прощения! Уходи!
— Пойми, если бы я тогда не принёс им деньги, меня бы убили, — попытался оправдываться мужчина.
— Поэтому ты решил, что лучше пусть умрёт мама, чем ты? Пошёл вон! Подонок!
Ольга захлопнула двери прямо перед его носом.
Её трясло.
Алексей когда-то был её гражданским мужем. Они больше года жили втроём: Оля, её мама — Галина Григорьевна и он. Молодые собирались пожениться, Галина Григорьевна была счастлива за них, относилась к будущему зятю, как к собственному сыну.
Но внезапно мама заболела. Она угасала на глазах, даже ноги отказали. После обследования врачи сказали, что срочно нужна дорогостоящая операция. Ехать нужно было в Москву.
Своих денег едва хватало на один билет в обе стороны.
Тогда Ольга заняла у кого смогла, а знакомых у них тогда было немало, кое-что продала и принесла все деньги домой. Хотела добежать до банка, но одна побоялась, сумма приличная, поэтому решила это сделать позже, когда придёт Лёша. Позвонила, объяснила ситуацию, и попросила не задерживаться, а сама пошла за билетами.
После её звонка Алексей, который должен был находиться на работе, неожиданно пришёл домой, сказал Галине Григорьевне, мол, Ольга ему недавно звонила, просила принести ещё денег, сколько-то ей там не хватило, потому и вернулся с работы так срочно.
Женщина, ничего не подозревая, сказала где лежит кошелёк. Он быстро забрал всё что было и ушёл, с тех пор его не видели.
Попытка срочно продать квартиру, чтобы получить нужную сумму не увенчалась успехом, а больше взять было негде.
Мама умерла, а Оля осталась одна.
Отдать занятые в долг деньги она не смогла, поэтому все отвернулись от девушки. Хорошо хоть расписок не брали, а потому в полицию не пошли. Впрочем, возможно кто-то и ходил, только без доказательств им отказали.
В первое время она не могла никого видеть, только плакала. А потом в ней что-то сломалось, сделав её равнодушной к людскому горю, так когда-то судьба отнеслась к её собственному.
На работу девушка не вернулась, не могла видеть лиц тех, кого молила о помощи, ведь никто тогда не дал ни рубля. Может быть и хорошо, что не дали.
Выручала тётя Валя, подкармливая, плюнувшую на свою жизнь, девчонку.
Однажды, случайно посмотрев какую-то низкопробную передачу про экстрасенсов, Ольга поняла, что ничего сложного в этом нет, она и сама так сможет.
И смогла.
К ней тоненьким ручейком потянулись люди. Тогда она в одночасье и стала Ольгой Егоровной — гадалкой.
Иногда по чистой случайности что-то угадывала, но в основном говорила всем то, что они хотели слышать. Методом проб и ошибок быстро поняла, сколько не советуй, каждый всё равно поступит так, как давно для себя решил, а гадалка нужна лишь для подтверждения этой его решимости и, чтобы было кого обвинить в случае неудачи. Кто же захочет признавать, что виновник своих бед лишь он сам и никто иной.
Кто-то хвалил, кто-то ругал, вывод она сделала один — всем мил не будешь.
В очередной раз вздрогнув от резкого звука (надо бы вообще отключить звонок), она пошла к двери.
— Олька, — полушёпотом произнесла тётя Валя, — это чего, Лёха что ли приходил?
Не в силах отпираться, девушка кивнула вместо ответа.
— Вот же… ни грамма совести у человека, — возмущённо прошептала Валентина Семёновна, — глаза бесстыжие! Ты б ему сказала, мол, деньги отдай, гад!
Ольга посмотрела на неё так, что та сама себе ответила:
— Ну да, ну да… толку с того, что к таким паразитам попадёт, уже не вернёшь. Ты, главное, не расстраивайся, что было, то прошло, а раз изменить ничего не в силах — забудь.
— Тёть Валь, идёмте, поедим вместе, — неожиданно произнесла девушка, — а то я наготовила много, одна не справлюсь.
Ей было очень плохо, воспоминания нахлынули огромной волной, угрожая затопить всё, за что она с трудом держалась, без остатка.
Валентина Семёновна поняла, что это шанс выпытать то, чего она в другой раз не расскажет.
— Ладно, квартиру только на второй замок закрою и приду.
Соседка надеялась, что сумеет разговорить гадалку, очень уж было любопытно, о чём они говорили с Лёшкой, она бы и сама подслушала, да в это время ей позвонили с каким-то спамом, вот и отвлеклась. Теперь она надеялась, что Ольга разоткровенничается, но, увы, в ответ раз за разом слышала лишь «вы, кушайте, кушайте» …
— Так теперь ты у нас самая настоящая экстрасенсша, что ли? Тебе бы эти способности да тогда… Ты ж не умела раньше.
— А теперь умею, только зачем мне это теперь.
— Олька, хочешь, я всем стану говорить, что ты не обманщица, у тебя клиентов будет немерено, разбогатеешь.
— Не надо, думаю, бросить это дело.
— Вот тебе раз! — удивилась тётя Валя, — не умела — работала, научилась — контора закрылась? Погадала бы хоть, что тебя саму ждёт. Вон, Женька, хороший вроде парень, и, знаю, понравилась ты ему.
— А вы — то откуда знаете?
— Ты ж мне не говоришь про свои секреты, я тоже не скажу.