Шрифт:
Пролог.
– Дара! Ну где ты там?
– Хозяин таверны влетел на кухню. Сегодняшний вечер привел много посетителей. Конец августа, после работы под жарким солнцем фермеры, кузнецы и прочие мастера потянулись в прохладу таверн и кабаков к кружке холодного гномьего пива.
– Иду, отец, - я как раз вылезла из погреба с банкой соленых грибов, за которой меня послал Михрей, наш отличный повар.
– Быстро иди в зал!
– Прикрикнул отец.
– У нас все столы заняты! Том не справляется.
Я поставила банку на стол и улыбнулась Михрею, повару. Серое, форменное платье подавальщицы в семейной таверне было одернуто, белые волосы убраны под маленький чепчик, желтый, от времени, фартук расправлен, и я вышла в зал.
Народу действительно много, очень много. Некоторые посетители, не дождавшись, когда освободиться столик, ели прямо за барной стойко, ещё и стоя к тому же.
– Дара, помоги с посудой, - ко мне подбежал Том, мой младший шестнадцати летний брат, - там у стражников.
Я нахмурилась. Подвыпившие стражники после дневного дежурства руки конечно не распускали, но словоохотливы с дочерью трактирщика. Огляделась, поняла, что выбора нет. Подняла поднос и пошла.
– Дарачка!
– Капитан отряда поднял на меня глаза.
– Ты к нам, малышка?
Щеки обдало жаром. Ну вот зачем он так?
– Я к вам за посудой, - ответила я и потянулась за тарелками.
Мою руку перехватил один из стражей городского дозора.
– Не утомляй себя, девочка, - улыбаясь произнес он.
– Мы как закончим, позовем тебя.
По-моему, у меня всё лицо загорелось. Я вырвала руку, но глаза старалась не поднимать. Городской дозор хоть и занимался больше порядком в гражданских делах, да дороги патрулировал, не то что Тёмный, который преступников ловил и нечисть всякую, но некий страх вселял. Стража всё-таки.
– Мне надо убрать, - процедила я сквозь зубы.
– Ну, - протянул капитан, - надо так надо. Ты, малыш, принеси нам ещё по кружечки этого чудесного пшеничного пива. В твоем обществе оно особенно приятно пьется.
Всё, я красная как помидор. Быстро похватав тарелки и кое-как уместив их на подносе, кинулась на кухню.
– Что, Дант, опять пристает?
– Спросил Михрей, когда я залетела на кухню.
– Нравишься ты ему, вот и не знает солдафон, как твое внимание на себя обратить.
Я выдохнула, ничего не сказав. И тут поняла, что что-то не так. Тихо, в зале стало очень тихо. Михрей тоже это заметил, и мы вышли в зал, посмотреть, что же заставило замолчать толпу народу.
На пороге нашей таверны стоял человек, одетый во все черное. Высокие сапоги с серебряными застежками, пояс тоже с серебряной бляхой, на которой висела тонкая шпага. Обтягивающие брюки, кожаная приталенная куртка с выпуклыми карманами, и короткий черный плащ с капюшоном, который сейчас скрывал лицо гостя. У нас в Приозерье так не одеваются. Этот господин явно приезжий. Видимо это поняли все, так как никто не отрывал глаз от зашедшего. Первым из ступора вышел мой отец и, как хозяин заведения, отправился встречать высокого гостя.
– Добро пожаловать, господин. Чего желаете, ужин или комнату на ночь?
Наша таверна единственная в городе, кто помимо обедов и ужинов сдавала ещё и комнаты.
– Ужин, уважаемый, - холодно ответил наш гость.
– Могу я получить стол где-нибудь в углу, чтобы тихо было?
Отец оглядел зал. В самом дальнем углу у камина, действительно был один маленький столик, гости на него не садились, так как он далеко от центра зала и мог уместить действительно только одного посетителя.
– Прошу за мной, господин, - отец поклонился и провел гостя к выбранному столику.
Я заметила, как подтянулись стражники. Приезжих у нас достаточно было, все-таки с двух сторон границы соседних государств, но такого важного и дорого одетого никто никогда здесь не видел.
Господин сел за стол, снял перчатки и расстегнул плащик, который положил рядом на лавочку.
– Дара, - шептал отец, подходя ко мне, - прими у гостя заказ. Видишь с каким важным лицом сидит, поди из самой столицы приехал.
Я замерла, да мне не то что подходить, мне в его сторону смотреть боязно. Я украдкой взглянула на гостя. Серые волосы затянуты в хвост, лицо немного вытянуто вперед, задумчивый взгляд смотрит на кольцо с красным камнем. Ничего себе колечко! Дорогое.
Я огляделась в поисках подноса и полотенца. Ага, вот они, оставила в дальнем конце бара. Я немного наклонилась и поманила поднос пальцем. А это была моя маленькая тайна. Я умею двигать предметы и владею магией. Мало её конечно у меня, но всё же есть. Только отец после смерти мамы запретил кому-либо говорить. Магов у нас конечно уважали, но побаивались. Да и забирали их на службу государству. Поймав поднос, я выпрямилась, а по спине прошла дрожь. Гость смотрел на меня не отрываясь. Неужели увидел? Глубокий вдох и пошла.
Медленно подхожу и делаю небольшой поклон.
– Что подаете, милая барышня?
– Спросил гость. Голос ровный, но с каким-то холодом.
У меня по спине прошла вторая волна дрожи. Ещё раз вдохнув, ответила:
– Щи зеленые, рагу с телятиной и грибами, овощи свежие, нарезанные, - и тут я присмотрелась к его знаку на левом плече, в районе сердца. Глаза округлились. Первой золотой буквой из перекрещенных мечей была "М", знак магов-защитников. Сразу под ней чуть поменьше буква Н. этот знак носили только определенные маги. Некроманты!
– Ах!
– Я не удержалась. Страшно стало. Некроманты хоть уже много лет служат во имя света и добра, но всё же маги темные и опасные.
Маг поднял на меня свои серые глаза и чуть прищурился. Затем смерил меня с ног до головы и произнес, улыбаясь.
– Несите всё, милая барышня, - а из-под верхней губы показались клыки.
Я замерла и не дышала. Оборотень. Некромант-оборотень в нашем городке, в таверне моего отца. силы небесные, откуда он здесь?!
– Заинтересовал мой значок?
– Все так же сверкая клыками проговорил он.
– Давайте обсудим это позже, а сейчас я бы поел.