Дарксфорд
Шрифт:
– Что ты помнишь о вчерашнем? Самое важное. У меня гигантские провалы в памяти размером с черную дыру.
– Что тебя интересует? Твой обморок или то, как Белка убила медсестру?
– Убила? – Вика невольно прикрыла рот пальцами от ужаса.
– Скорее всего да. Пульс я не проверял, точно сказать не могу. Мы сразу убежали. Главное, я не понимаю, как она это сделала. Так же, как было со мной, помнишь? Она опасна. В страхе и ярости Белка не контролирует себя.
У Вики перед глазами появилась картинка из памяти: медленно закрывающаяся дверь, из-за которой торчат нелепо раскинутые ноги в медицинских тапочках и бежевых колготках.
Неужели Влад прав?
Одни расписанные непонятной фигней стены их с Белкой комнаты чего только стоят. У нее что, какое-то странное расщепление сознания, и она иногда настолько не контролирует себя?
Вика вспомнила самое важное, что она услышала от Белки. То, что касалось ее мамы напрямую:
– А ты тоже слышал про то, что приступы у больных все чаще?
Влад помрачнел и кивнул.
– А ты как? В порядке? Больше не повторялось?
– Пока нет.
– Молодые, я вам не помешаю? В сортир уж очень хочется, – раздался голос за дверью.
– Он знает? – тихо спросила она.
Влад кивнул.
– Не заперто, – громко сказала Вика.
Аркадий просунул голову и оценил обстановку.
– Ясно, понятно.
Он зашел внутрь.
– Флирт и заговоры. Все как я люблю.
Вика была в растерянности. Ее стройная теория дала небольшую трещину. Если лучшие врачи, призванные купировать эпидемию и спасти детей, так ничего и не смогли сделать, то зачем их всех тут держат? Просто ради изоляции? Значит, они все умрут один за другим?
– А ты себя нормально чувствуешь? – спросила она у Аркадия.
– Лучше не бывает, – быстро ответил он.
Слишком быстро. Он что-то скрывал, но, возможно, у него просто болит зуб, и это обычная юношеская бравада, лишь бы не выглядеть жалким перед девушкой.
– Влад… прости за странный вопрос. А ты не видел вчера, что Коля… летал? – Вика запнулась. Звучало все это дико странно.
Аркадий с неподдельным интересом уставился на своего соседа.
– Нет! Вовсе нет! Ничего такого, – ответил Влад, нервно коснувшись пальцем уголка глаза.
И он врал. Вика почувствовала это так же остро, как только что с Аркадием. Голос, жесты, взгляд, который Влад тут же отвел в сторону – все просто кричало об этом. Да что же это такое?! Почему все что-то от нее скрывают или лгут?
Что же там все-таки на самом деле произошло вчера ночью?
Неожиданно ей стало неуютно. В маленькой ванной с двумя парнями. Тонкая ниточка доверия между ней и ними только что лопнула.
– Я пойду, – сказала она и, не дожидаясь ответа, вышла.
Когда она вернулась к себе, Белка уже сидела на постели и отжимала полотенцем волосы.
Вике не хотелось с ней разговаривать, но соседка тут же спросила:
– Где ты была?
– Какая разница? – Вика прошла в ванну, чтобы избежать дальнейших расспросов.
Когда она начала чистить зубы, Белка подошла и встала в дверном проеме, преграждая ей путь наружу.
– Ты злишься? На что?
Вика не ответила. Она и сама не знала. Просто неожиданно почувствовала себя очень одинокой. Поговорить очень хотелось, да только с кем? Белка действительно пугала своей непредсказуемостью и бесконечными тайнами. С парнями все было еще хуже: Аркадий только что продемонстрировал, что ему абсолютно наплевать на то, что она наедине находилась с Владом в ванной. Он даже пошутил на предмет их отношений. Какая откровенность после этого между ними возможна? Влад? Да, он смотрит на нее такими глазами, от которых мурашки по коже, и поэтому точно не поймет, а точнее придумает себе невесть что, если она начнет общаться с ним наедине. У него появится глупая бессмысленная надежда. Нет, так тоже нельзя. А с кем тогда говорить по душам? С Ниной? Смешно. Больше Вика толком никого и не знала.
Где-то она ошиблась. Глобально. У нее ни друзей, ни доверия хоть к кому-либо. Нужно было что-то менять.
– Пойдем на завтрак. Потом погуляем, поговорим, – предложила она Белке.
Та кивнула. Она наверняка подумала, что речь идет о секретности, хотя Вика просто тянула время.
Первым уроком была информатика. Вика сама не понимала, зачем на нее пошла. Выполнять задания учителя она не собиралась – во-первых, где она и где программирование, а во-вторых, не для учебы же их здесь собрали. Даже если ей вкатают двойку, то что? Отправят с позором домой? Смешно.
Просто ей нужно было время, чтобы подумать. Вика мало обращала внимание на других, поэтому крик Михаила: «Это обман. Это не моя мама!» для нее стал неожиданностью.
– Это подделка! Обман! – продолжил он возмущаться.
– Действительно! Я тоже давно это подозревала! – вскочила со своего места Софья.
– Открыли Америку, – фыркнул Аркадий.
– Так ты знал? – повернулся к нему Михаил.
– Ой, только не надо меня виновным назначать, – усмехнулся Аркадий.
Вика взглянула на учительницу. Екатерина Сергеевна сняла с пояса рацию и что-то шептала в нее.
– Это правда? Мы общаемся с каким-то сраным ботом? – продолжали возмущаться одноклассники.
– Здесь все подделка! – крикнул кто-то с задних парт.
Белка стремительно обернулась. Вика, наоборот, обхватила голову руками и склонилась к монитору, понимая, какой хаос сейчас начнется.
– Мы находимся не там, где думаем! – продолжил парень с высоким голосом.
Теперь Вика поняла, кто это. Тот самый астроном из токсиков.
– Я проверял по звездам. Мы где-то севернее. А геопозицию на смартфонах легко обмануть. Все так же, как с этим чатом.
– Да ладно! Я же ехал на машине с отцом, – возмутился Михаил.
– И следил за дорогой?
– Ну вздремнул часок, – с сомнением ответил Михаил.
– И я… – сказала Софья.
– И я…
В классе наступила тишина. Наверное, каждый вспоминал свой путь в школу.
В этот момент дверь открылась, и в класс вошла директриса.
Тишина стала совсем звонкой. Можно сказать, оглушающей.
– Так, так, мои дорогие, – улыбнулась она, – вижу, настала пора объясниться.
– Да уж. Пожалуйста, – сказал Михаил и сразу же сел обратно, явно испугавшись своей наглости.