Deadline
Шрифт:
– Я говорю серьезно. Это действительно важный вопрос. Когда я стала главным редактором Suzanna, мне захотелось изменить ситуацию. Так много женщин каждый день сталкиваются с неприятностями. Здесь, у нас в Швеции, и за ее пределами. Это первостепенная задача для нас – поддерживать тех, кто не имеет права голоса. Поэтому все доходы от этого вечера пойдут на нужды невероятно важной организации, которая действительно борется за права женщин и защищает слабых. Организация «Сестринская община» помогает нуждающимся девушкам и молодым женщинам, попавшим в беду.
Диана сделала паузу и захлопала в ладоши, чтобы вызвать ответные аплодисменты у публики. После чего снова поднесла микрофон ко рту.
– Сейчас я хочу представить вам человека, который болеет за это дело всей душой и пожертвовал на него немало денег. Человек, которого я довольно неплохо знаю… потому что это мой муж.
Наступила короткая пауза, в зале послышались смешки.
– Дамы и господа! Встречайте! Дэвид Декер!
На сцену с другой стороны, радушно раскинув руки, поднялся председатель правления Milles Media. Костюм сидел на нем просто идеально, белозубая улыбка ослепительно сверкала в свете прожекторов. Оказавшись на сцене рядом с женой, он наклонился и поцеловал Диану в губы. Публика взвыла от восторга.
Да, это была очень красивая супружеская пара. Настоящие победители. И все же что-то не давало Анне покоя. Может быть, все дело в упоминании благотворительной организации и женской солидарности?
Продолжая держать жену за руку, Дэвид принялся рассказывать о том, как давно он уже поддерживает организацию «Сестринская община».
– Это началось, когда я работал еще с первыми участниками реалити-шоу здесь, в Швеции. Мне пришлось столкнуться со многими сломленными жизнью молодыми девушками. С женщинами и даже еще совсем юными девушками, которые пребывали в отчаянии, которым так не хватало любви и внимания и которые оказались в бедственном положении, потому что им не на кого было опереться. Я захотел попробовать хоть как-то улучшить их положение. И когда судьба свела меня с «Сестринской общиной», я понял, что это мой шанс. Благодаря этой организации я могу помогать людям. Многие из моих друзей, даже из других сфер бизнеса, тоже стараются внести свой вклад в это благородное дело.
– А теперь мы передаем слово главному гостю нашего вечера! – воскликнула Диана. – Председателю «Сестринской общины», замечательной Бритт Эрландссон! Поприветствуем же ее!
Под шум аплодисментов на сцену поднялась элегантная дама лет шестидесяти пяти. Анна узнала ее. Ее дочь скончалась от передозировки наркотиков много лет назад, после чего Бритт много раз заявляла в СМИ о своем желании поддерживать юных девушек из неблагополучных семей.
Анна взяла еще один бокал шампанского, продолжая рассеянно слушать, как Бритт рассказывает о своей организации.
– На сегодняшний день мы имеем десять приютов, пятнадцать дежурных пунктов помощи и тридцать пять человек персонала. Каждый год мы помогаем многим молодым девушкам…
– Ну разве это не чудо? – перебила ее Диана и обратилась к публике: – Я так рада, что вы сегодня с нами! Один лишь факт вашего присутствия здесь уже содействует общему делу. Но если вы хотите посодействовать чуть более ощутимо, то вот перед вами номер счета, на который вы можете перечислить средства.
На экране высветились цифры и логотип «Сестринской общины».
– Нас здесь почти шестьсот человек. Если каждый прямо сейчас перечислит на этот счет пусть даже совсем небольшую сумму, то представляете, какую помощь мы сможем оказать на эти деньги в будущем!
Зрители дружно достали телефоны. Анна сделала то же самое и перечислила на указанный счет сто крон.
После того как Диана поблагодарила спонсоров этого вечера, сцена опустела, и зал снова наполнился гулом. Диана спустилась в зал. Сразу несколько человек бросились к ней, но она прошла мимо них и приблизилась к Анне.
– Ты замечательно выступила, – сказала ей Анна.
– Спасибо, – откликнулась Диана. – Ты всегда так добра ко мне, я очень рада, что ты у меня есть.
Мимо, пошатываясь, прошла с наполовину пустым бокалом вина в руке Миранда. Бретелька ее облегающего золотистого платья соскользнула с плеча, обнажив черный кружевной лифчик. Возле Дианы и Анны она остановилась.
– Как вам вечер? Мило, не правда ли?
Язык у нее немного заплетался, а под глазами были следы слегка потекшей туши.
– Да, все очень здорово, а тебе как? – спросила Анна.
Диана же промолчала и лишь удостоила главу отдела рекламы суровым взглядом. Миранда это, кажется, заметила, потому что пробормотала что-то невразумительное и двинулась дальше.
– На Миранду нельзя положиться, – прошептала Диана. – Я стараюсь глаз с нее не спускать.
– Почему же? – спросила Анна.
Диана удивленно посмотрела на нее:
– Да потому что она та еще лентяйка. Я постоянно предлагаю ей множество идей по поводу рекламных объявлений, но она отказывается попробовать что-то новое. А уж после ее развода с мужем… Честно говоря, я не думаю, что она добросовестно выполняет свою работу.
Анна как раз собиралась возразить, сказав, что Миранда очень старается, когда Диана вдруг потянула ее к какому-то долговязому и широкоплечему мужчине.
– О Хенрик!
– Диана, ну ты прям красотка!
Анна во все глаза уставилась на мужчину, который на ее глазах расцеловал Диану в обе щеки. На первый взгляд он здорово походил на гориллу, которую кому-то пришло в голову втиснуть в чересчур тесный костюм. Диана восхищенно пощупала вздутые мышцы мужчины, которые отчетливо перекатывались под рукавами пиджака. Самой Анне культуристы никогда не нравились, она всегда считала их тупыми.
– И кто же это у нас? – спросил мужчина и протянул Анне руку для приветствия.
Его синие глаза ярко блеснули, когда ее рука полностью утонула в его здоровенной лапище.
– Хенрик, это Анна, мой друг и коллега, – представила их Диана. – Она шеф-редактор в Suzanna, именно она отныне руководит всей работой журнала. Анна, это Хенрик Сторм.
Хенрик Сторм продолжал сжимать руку Анны. Ей показалось или он слегка притянул ее к себе? Хенрик был далек от идеала мужской красоты и, на ее вкус, был чересчур грубоват, и все же она не могла отделаться от мысли, что есть в нем что-то привлекательное. Она чувствовала его горячее дыхание на своей щеке, словно теплый ветерок.