Чтение онлайн

Через год или больше Сара освободится от кошмара, подумала Крисси. Но когда будет свободна Мейв?

За неделю до свадьбы я сказала маме, что пригласила дядю Мориса.

— Ты сошла с ума? — спросила мама, поправляя розы. Она даже не повышала голос — мысль казалась ей такой идиотской, что она не собиралась тратить нервы на ее обсуждение.

— Мама, мне кажется, ты меня не поняла. Я не говорила, что собираюсь пригласить дядю Мориса. Я сказала, что уже его пригласила.

Она положила розу, которую собиралась поставить в белую стеклянную вазу.

— Как ты можешь даже говорить подобные вещи?

— Я считаю, что мне следовало это сделать. Мама, дядя Морис хорошо относится ко мне. Он платил за мое обучение в колледже…

— Мы его об этом не просили, не так ли?

— Мне кажется, что дело не в этом. Мама, он заплатил за мою учебу. Он беспокоится о Саре. Так тяжело, когда ты один и волнуешься о своих близких. Тебе не с кем поделиться своими заботами.

— Не наша вина, что он один, и мы не должны беспокоиться об этом. Разве мы настаивали, чтобы он женился на этой англичанке? Не наша вина, что она покинула его и вернулась в Англию.

— О, мама… попытайся хотя бы немного понять и простить его. Я уверена, что если бы здесь сейчас была Сара, она бы не оставила его одного, она бы смягчилась хоть немного.

— Все прекрасно и удивительно для тебя и Сары. Если бы она была здесь и в полном здравии… Но я думаю о Беттине. Она станет считать тебя бесчувственной племянницей и будет права! Она даже может вообще отказаться присутствовать на твоей свадьбе, и я не стану ее обвинять в этом.

Тетя Беттина слышала наш разговор. Она вошла и сказала:

— Все в порядке, Марта. Я тебе благодарна, что ты щадишь меня, но и Марлена права. Морис хорошо относится к ней. И он так одинок. И ему не повезло, как повезло мне. У меня есть ты, Говард, и Марлена, и моя Сара. Бог даст, она скоро поправится и будет снова цвести. Кроме того, мне кажется, что Марлена права в том, что чувствовала бы Сара по отношению к Морису. Мне кажется, что она была бы довольна, если наша семья пригласит его в такой счастливый для Марлены день. Я стала сильной, и все благодаря тебе, моя дорогая Марта… — Она подошла и поцеловала сестру. Та закашлялась. — Я смогу встретиться с Морисом. Я даже смогу его простить. И пожелать ему всего доброго.

Мама сказала:

— Хорошо, тогда пусть он присутствует на нашем празднике. В конце концов, это твой праздник, Марлена, а что касается тебя, Беттина, то ты всегда была мягкосердечной…

С тех пор как Сара отбыла в Париж, я, наверно, сотню раз говорила себе: «Господи, как мне хотелось бы, чтобы Сара была сейчас с нами!» или же: «Если бы она могла нас сейчас слышать!»

Я была уверена, что обязательно повторю это в день своей свадьбы. Но именно сейчас мне хотелось, чтобы она видела свою маму или хотя бы слышала ее слова. Она могла бы гордиться ею. Я вспоминала, как себя вела тетя Беттина десять лет назад, в день того памятного ужина, и как она все воспринимает сегодня. Она такая приятная, красивая и воспитанная — настоящая благородная леди с Юга.

Венчание в церкви состоялось после тихой еврейской церемонии бракосочетания. Прием проходил в саду старого дома Лидзов. На невесте было платье из брюссельских кружев, в нем в свое время выходила замуж ее мать. Две подружки невесты были одеты в бледно-розовые платья с пышными юбками и шляпы из перьев с темно-розовыми бархатными лентами. Розовое шампанское лилось рекой, столы были накрыты розовыми скатертями с темно-розовыми салфетками и темными розами. Воздух благоухал от множества цветов.

— Какой божественный день, — вздохнула Крисси. — Пусть этот брак будет заключен на небесах и будет долгим-долгим. Боже, помоги им!

— Ты права, — сказала Мейв. — Но не становись у меня на пути, когда я буду стараться схватить букет невесты, или я просто собью тебя с ног!

— Только попробуй! Как ты думаешь, сколько времени все это может продолжаться?

В церкви Морис сидел в самом дальнем ряду, потом все время держался в отдалении и пил шампанское, но Беттина сама подошла к нему:

— Морис!

Она протянула к нему руки, он взял их в свои и поцеловал ее в щеку. Она почувствовала вкус его слез.

— Беттина… — Он говорил с трудом. — Я веду себя как дурак, прости меня. — Он вытер глаза вышитым платком. — Ты прелестно выглядишь! Твои глаза — они такие же синие, как и тогда, когда я увидел тебя в первый раз. Твоя кожа как у молоденькой девушки. Тебе может позавидовать сама невеста. — Он улыбнулся своим словам.

Беттина была поражена. Морис весьма отличался от того человека, с которым она жила раньше.

— Ты тоже хорошо выглядишь, Морис, — солгала она.

Он покачал головой:

— Я уже чувствую свой возраст, Беттина. Мне уже почти шестьдесят. Я же старше тебя на пятнадцать лет, и они грузом лежат на мне. Я так тебе благодарен, что ты разговариваешь со мной, Беттина. Когда Марлена пригласила меня, я подумал: «Боже, у нее будет из-за меня скандал». Но она позвонила мне еще раз. Она такая милая… Марлена подтвердила свое приглашение. Она сказала, что ее мать и ты хотите, чтобы я был на свадьбе. Я не заслуживаю твоего прощения и доброты твоей сестры.

Беттине было тяжело слушать, как унижается Морис.

— Сегодня день свадьбы, Морис. Давай не будем говорить о старых обидах. Сейчас ты выпьешь шампанского, а я фруктового пунша. Мы будем пить за здоровье и счастье Марлены. А потом мы выпьем за нашу Сару, только ты и я…

— О, Беттина, наша Сара! — Он совсем расстроился и зарыдал.

Беттина обняла мужчину, которого она любила и потеряла, а сейчас простила, и начала его утешать:

— С ней все будет в порядке, Морис. Мейв и Крисси чудесные девушки, они мне поклялись, что, как сказал доктор, Сара скоро будет совсем здорова! Скоро, Морис! Мы скоро увидим ее!