Чтение онлайн

— В чем дело, Крисси? Что случилось?

— Помнишь ту глупую считалку, которую мы обычно повторяли в школе? У кого-то появился… — Она три раза хлопнула в ладоши. Сара уставилась на нее.

— Надеюсь, ты не имеешь в виду то, что я думаю…

— Именно так.

Слезы выступили на глазах у Сары. Сегодня Крисси была похожа на маленькую девочку, никакой косметики, детская пижамка с круглым воротником, черные волосы затянуты в конский хвост. Черт возьми, она выглядела такой невинной!

— Ты уже была у врача?

Крисси покачала головой. Сара вынула свою записную книжку и начала ее перелистывать.

— Вот… — Она записала номер телефона и адрес. — Это врач, к которому все ходят, чтобы избавиться от…

— Откуда у тебя его адрес?

— Ты же знаешь, что у меня есть самая разная информация. Как только я слышу хорошие отзывы о ком-то — парикмахере, враче, — я всегда записываю их данные, на всякий случай.

— Вот они и пригодились, не правда ли?

— Хочешь, завтра я пойду с тобой?

Крисси утвердительно кивнула:

— Сара, я прошу тебя, ничего не говори об этом Мейв.

Вилли начал настаивать на замужестве. Однако Сару нельзя было заставлять. Она любила Вилли, но что-то в их отношениях отсутствовало.

— Возбуждение… Сильная страсть… я не могу сказать, что именно, — объясняла она подругам. Она даже читала специальные книги, надеясь получить ответ, но там была холодная статистика, просто цифры и никаких объяснений.

Однажды в марте Сара и другая студентка драматической школы, Грейс Келли, делали» рекламу питательного крема для лица. Грейс была одной из пяти девушек, чей имидж «девушки из высшего общества» требовался для рекламного агентства. Сара подружилась с Грейс, когда они занимались рекламой и проходили отбор для демонстрации кремов, косметики и т. д. Грейс рассказала Саре, что она была на просмотре, где требовалось сыграть роль проститутки в Грамерси-Плейхаусе. Сама Грейс не считала, что она подходит для этого. Сара с ней согласилась: Грейс, с ее холодной, благородной красотой, конечно, не подходила для этой роли. Тогда Грейс предложила, чтобы на эту роль попробовалась Сара. Грейс объяснила, что драматург не из известных, но ей показалось, что пьеса довольно интересна — весьма эмоциональна и хорошо построена.

— Что ж, я попробую. Шлюху я бы сыграла. В конце концов, так себя и проверишь — можешь ты что-то или нет, способна ли сыграть кого-то, кто совершенно не соответствует твоему характеру. Мне бы не хотелось сейчас делать что-то сложное, учить слишком большие тексты. Я схожу туда, как только мы закончим. Грейс, дорогая, ты слишком нарумянилась. Дай я немного уберу. Мы же не хотим, чтобы у людей создалось ложное представление о тебе, не так ли?

Сара не получила эту роль. Она была в костюме от Шанель, в котором позировала для рекламы питательного крема. И Джек Блатт, продюсер, только пожимал плечами. Директор Карл Кенфилд задумывался, почему благородная девица хочет играть дешевую проститутку из Бруклина с аристократическим акцентом. Рик Грин, автор, хотел бы узнать, зачем явилась эта дебютантка с Парк-авеню — разве у нее нет других занятий? Однако он намекнул Саре, что если она подождет его, он, возможно, угостит ее кофе. Ему нравились хорошо одетые блондинки с Парк-авеню. И хотя Сара никогда не пила кофе — он плохо действовал на цвет лица, — она стала его ждать. Ей понравился Грин, его темное, меланхоличное, красивое лицо.

Это был бешеный роман — днем Сара болталась в холодном театральном зале, а вечера они проводили в бистро. Спустя неделю Рик и Сара решили пожениться.

— Не слишком ли ты торопишься? — спросила у нее Мейв.

— Быстро женишься, быстро — разведешься, — грустно заметила Крисси.

— Нам незачем ждать. Я жду всю свою жизнь. Я нашла то, что искала. Рик — еврей, симпатичный, амбициозный и умница. Он так меня волнует! Он будет ярко сиять на театральном небосклоне. Я верю в это. И он такой сексуальный! Вам не кажется, что он очень сексуальный?

— Он тебя обожает? — спросила Мейв, вспомнив, что Сара говорила раньше.

— Конечно!

У Мейв было такое ощущение, что Рик Грин обожал только себя самого.

— Мы поженимся через две недели. Я объявила о нашей помолвке в «Таймсе» в воскресенье. Венчание будет здесь через две недели. Я хочу нанять консультанта по брачным церемониям, чтобы он позаботился обо всем — приглашения, стол и т. д. Цвета будут — зеленый с золотом, — как и наши имена. Правда здорово? Церемония будет скромной — только вы двое, Марлена и Джонни, мама, тетя Марта и дядя Говард, родители Рика и Джек Блатт, его продюсер. Но на самом приеме будет пятьсот приглашенных. Я нашла прелестного, милого рабби…

— Рабби? — переспросила ее Мейв, она была поражена. — Но ты никогда официально не была обращена в иудейскую веру. Стоит ли это делать? Разве тебе не нужно проходить обучение иудаизму?

— Когда я разговаривала с рабби Хирш — а он реформатор, — он меня даже не спросил, приняла ли я иудаизм официально. Он знает, что моя фамилия Голд, и просто решил, что… Рик тоже думает, что… Мне кажется, не стоит поднимать шум. Родители Рика — милые старомодные евреи, и я не хочу никаких сложностей. Мама ничего не скажет, а тетя Марта и дядя Говард не посмеют заговорить об этом. И вы тоже молчите, так что никто не узнает ничего. У меня же еврейская фамилия. Мне только нужно прибавить «х» на конце моего имени — «Сарах». Боже ты мой, Мейв, прекрати на меня таращиться! Разве у католиков не существует такого понятия, как «крещение по желанию»? Вполне достаточно, если ты хочешь стать католиком, так что если ты умрешь до того, как тебя покрестят, ты все равно считаешься католиком. Ну, это то же самое!.. Назови «принятие веры по желанию»! Если тебе так хочется!

Крисси и Сара дружно захихикали.

— Но если всплывет правда, я буду знать, кто настучал, — Мейв О'Коннор, поэтому закрой свой рот. Я больше не хочу говорить об этом. Так, вы поможете мне купить приданое и подготовиться к свадьбе?

Морис Голд позвонил Саре после того, как прочитал в газете об ее обручении.

— Я бы хотел сам выдать тебя замуж.

— Папа, ты уже давно отказался от меня.

Несколько минут царила тишина.

— Моим посаженым отцом на свадьбе будет дядя Говард.

— Понимаю. Могу я присутствовать на твоей свадьбе как гость?

— Нет, отец. Я тебе благодарна за то, что ты хочешь присутствовать, но ты можешь расстроить маму. Мы же не хотим ее травмировать?

Опять наступило молчание.

— Могу я хотя бы пожелать тебе счастья и радости?

— Конечно, спасибо.

— Я надеюсь, что твой Рик Грин — очень хороший человек.

Ей показалось, что голос отца дрогнул.

— Ты знаешь, Сара, что я тебя люблю. Я всегда очень любил тебя!