Шрифт:
Сам я работник торговли, но отношения с наукой имею родственные.
Есть у меня свояк, инженер-генетик. Встречаемся семьями по воскресеньям. Жены — дверь на задвижку и давай о женском: о нарядах, о прическах да о мужчинах. О нас, значит.
А мы сидим закусываем и ведем философский разговор. Свояк вещает на непонятном языке о разных проблемах, а я слушаю, пока не надоест. Надоест — задаю дурацкий вопрос. Такой, например:
— По-русски, — спрашиваю, — нельзя?
— Что? — говорит свояк. — Что-что?
Ну а я ему объясняю, что его научное направление заехало в тупик. Я давно приметил, что ученые именно в тупике выдумывают слова, никому, кроме них, не понятные.
— Отрываетесь от практики, — говорю я ему. — Зря.
— Как? — спрашивает. — Как-как?
— Так, — говорю. — Вот я, например, в своей работе давненько не встречал плодов твоей генетики. Значит, отрываетесь.
Свояк возмущается ужасно. И в который раз заводит речь о сельском хозяйстве. Все продукты, мол, которые мы едим, уже двадцать лет не те, что были двадцать лет назад. Например, коллеги моего свояка пересадили злакам гены каких-то бобов. В результате пшеница берет азот из воздуха, а не из почвы, как раньше. Качество хлеба не страдает, а азотные удобрения экономятся.
— Сомневаюсь, — говорю я. — Не помню, какой вкус у него был, но ладно. Скажи лучше, куда девают сэкономленные удобрения?..
Такими вопросами сбиваю я со свояка спесь. Вот люди! Мало, что в тупике сидят и непонятными словами изъясняются, так еще уши заткнули и не понимают нужд покупателя. Мне, как работнику торговли, ясно, что все товары делятся на две категории: дефицит и все остальное. Что требуется покупателю? Дефицит. Остальное — вот оно, пылится на складах, никому не нужное. А дефицит выбросили, расхватали, и нету дефицита. А они — хлеб из воздуха делать! Но ведь хлеб-то — не дефицит!..
В общем, непорядок. Торговля наукой интересуется, а где обратная связь? Тут свояк в который раз рассказывает про икру. Есть у моего свояка и его коллег такое последнее достижение.
Лет десять назад они сделали так, что у всех рыб икра стала как кетовая. Или зернистая, кому что нравится. Даже лягушки теперь красную икру мечут. На вид — нормальная. И на вкус, говорят. По остальным торговым параметрам тоже полное совпадение. Только выводятся из этой икры не горбушата, а головастики, и никто ее не берет, хоть и забиты ею склады. Психологию надо учитывать. Не дефицит — и точка.
— Ладно, — говорю, — допустим. Но ведь эту икру уже давно сделали. А где новые достижения в области дефицита?..
Добил я однажды этим вопросом своего свояка. Вскакивает, надевает пальто и половину зовет. «Жена, — кричит, — я пошел! Мне, оказывается, работать надо!»
И остаюсь я один. Всегда так — выскажешь мысль, и сам от этого страдаешь. Но ладно. Звоню ему в понедельник на службу. «Как дела?» — спрашиваю. «Думаем», — говорит. Звоню вечером. «Думаем».
Знаю я, о чем они думают. Был у него в лаборатории. Микроскоп у них там с ракету, и к нему еще ЭВМ пристыкована. А вокруг сидят мой свояк с коллегами, решают проблему — рассчитывают, во сколько раз этот микроскоп больше объекта исследований. Но ладно.
Так несколько дней. Потом приезжает свояк ко мне и излагает плоды их коллективных измышлений.
Оказывается, придумали они скрестить с помощью генов лисицу и ящерицу. Думали они, думали и открыли, что лисий хвост — это дефицит, из него воротники делают. И еще они открыли, что у ящерицы есть такое ценное качество — регенерация органов. Хвост у ящерицы оторвешь — новый вырастет.
— Представляешь, — радуется свояк, — как здорово будет! Хлоп — отстриг лисе хвост. На воротник. А назавтра у нее новый вырос, как у ящерицы.
И это называется понимание покупателя! В хвосте главное — мех, теплота, пушистость. Из ящерицыных хвостов кто же будет воротник себе шить? Псих какой-нибудь ненормальный. Да и климат у нас не тот.
— Ничего не получится, — говорю я и все ему объясняю.
— Да я про регенерацию! — радуется свояк. — Хвост будет лисий, это отрастать будет как у ящерицы! Приделать лисе хвост ящерицы мы как раз не умеем. Эта научная проблема пока неразрешима.
И убегает пересаживать лисам гены регенерации. И дело идет, несмотря на мои сомнения. Я в курсе, свояк все рассказывает. По телефону, теперь не до встреч. Кипит у них работа. Сначала гены пересаживают. Потом выращивают зародыши. Миллион лисьих зародышей. Чтобы сразу промышленный эффект — так свояк объяснил. Ну, дело хозяйское.
Зародыши постепенно растут и превращаются в симпатичных лисят. Некоторые рыженькие, другие черно-бурые, на вкус. Наконец, кульминация — лисята вырастают в лисиц.
Но прав оказался я. Конечно, кое-чего они добились. Вырастили миллион прекрасных лисиц с регенерирующими хвостами. Отстригаешь хвост — через день новый вырастает. Все, как предполагалось. Окрыленные успехом, свояк и его коллеги пытаются пересадить лисам гены морской черепахи. Чтобы жили подольше.
Ну а интересов покупателя не учли. Пылятся лисьи хвосты на всех складах, но их, естественно, никто не берет. Кому они теперь нужны?
Не дефицит!