Чтение онлайн

— У тебя пять секунд объясниться! — рявкнул Джакомо, напыжившись, как индюк.

— Пошёл ты! — хмыкнув, бросил ему Альдред и развёл руками. — В гробу я видал и Акрополь, и Инквизицию, и Культ, и тебя, Колонна!

Тот потерял дар речи. Только сейчас капитан понял, какую ошибку совершил, давая новобранцу поблажки. Наконец-то Флэй ясно показал свою неблагонадёжность.

Что сказано, то сказано. Мосты надо сжигать смело. А играть роль — до апофеоза.

— До Памятного мы не дойдём с тобой. Капитан из тебя неважнецкий. Посредственность. Говно на ногах. Я бы лучше справился. Да только мне это не пришей кобыле хвост. С меня хватит.

— А ну-ка повтори, ублюдок! — Джакомо закипал от ярости. Обхватил древко Якоря поудобнее. Вот-вот нападёт. Ну и пусть.

Нико, Марго и Шатун оставались в стороне. Они впали в ступор. Особенно она.

— Легко! — бравировал смутьян.

Он оскалил зубы, до конца не веря, что это не сон.

— Я прошёл с тобой только одну спецоперацию. И ты знаешь, того, что я увидел, мне достаточно. Парусник затонул по твоей вине. Уперся рогами — нет, надо вон в ту бухту зайти. Тьфу!

Альдред сплюнул в лужу демонстративно. У командира задёргался глаз.

— Столько бравых ребят погибло. Я знал их мало, но видел, на что они способны. Мы пережили кошмар в джунглях из-за тебя. Озорио, Зальц, Леший — их кровь на твоих руках, Джакомо. А когда ты увидел, что Кругу конец, вообще с катушек слетел! Ты в упор игнорируешь опасность, которую несет в себе эта зараза. Да, ты не видел того, что видел я. Но мог бы хотя бы поверить.

Флэй всплеснул руками, рисуясь.

— Нет. Зачем? Это все стариковские пьяные бредни. Тем более — тем более! — он же обрёк больных сослуживцев на смерть. Сам сдохни, но Инквизицию не подведи, да? Какое же это всё-таки дерьмо. Какой смысл? Ведь Кодекс превыше всего. Ты не дал ему спокойно умереть. Ты убил его. Со вкусом, глумливо. Растоптал все его надежды. И прикрывался этим… сраным Кодексом. Ты фигуральное ничтожество, капитан Колонна.

На главе «Гидры» не было лица. Дождь поглотил его. Волосы напитались водой и сосульками опали на лоб. Джакомо еле слышно дышал, вбирая в себя каждое слово, как губка. Ещё никто и никогда не задавал ему такой вербальной взбучки. Лишь Радован Модрич мог себе это позволить. И только его брань терпел любимчик. Но не Альдреда.

— Ты не переживай, — продолжал тот играть. — Я не собираюсь раздор сеять в отряде. Знаю, что нужно в Акрополь. Всем, кроме меня.

Нико напрягся, внимательно слушая ликвидатора. Шатун ухмыльнулся, с интересом наблюдая за развитием событий. Марго же просто смотрела на него, не веря своим ушам. Она не знала, что у него на уме. Неоткуда.

И всё же, девушка должна будет узнать.

— Гнусный дезертир… — прошипел Колонна.

Мысленно он решал, как должен поступить, чтобы не ударить в грязь лицом. Капитану было жизненно необходимо сохранить авторитет. Иначе все его карьеристские амбиции полетят в трубу. Хуже всего то, что в целом Флэй говорил правду.

Правду, резавшую Джакомо глаза. По приходу в Акрополь его снимут с должности. Низведут обратно в капралы — хорошо, если. А всё потому, что «Гидры», в сущности, больше нет.

— Я? Дезертир? О, нет, ублюдок! Дезертиры — Верховные! Все они!

Альдред озвучил поистине крамольную мысль.

— Петефи хотел навариться на чёрном нектаре. И Модрич позволил ему. Ты слышал, Джакомо? Твой любимчик обрёк весь Город на смерть! Он хуже глиста, возящегося в куче дерьма! Вонючий приспособленец! Точно такой же, как и ты…

Он был честен перед собой, перед Колонной, перед Светом и Тьмой. И ему это нравилось. Флэй уже чувствовал себя свободным. Однако же за своё право ещё стоило побороться. Буквально.

— С меня хватит! — взревел капитан, всплеснув руками. — Ренегаты не достойны Равновесного Мира. Убейте его! Никакой пощады!

Джакомо услышал достаточно и бесновался, потеряв полностью контроль над ситуацией. Персекуторы стояли там же, где и были. Капитана они попросту проигнорировали. Потому что сильный никогда не пойдёт за слабым.

Глава «Гидры» смотрел на тех, кем, казалось, ещё руководил. В его голову закралась шальная мысль: неужели эти трое так прикипели к ренегату? Как же так вышло, что его авторитет был втоптан в землю?

Увы, Джакомо просто знал их гораздо хуже, чем Альдред. Во время спецоперации на Клыках Колонна терял позиции, а Флэй — набирал. Для смутьяна Шатун оставался загадкой, но скорвену тот пришёлся по душе: достойный боец, стойкий. Заслуживает уважения. Тем более сейчас, когда гнул свою линию.

Застрельщицу с ренегатом связывала одна мечта на двоих, как ей казалось.

Нико увидел в нём друга, получив понимание, которое бы не дал капитан.

Всё просто. И в то же время сложно.

Командир был так опьянен яростью, что даже не понял: разум покинул его.

Морально Флэй победил его. Но физически…

— Подлые трусы, — прошипел Джакомо, открыто презирая подчинённых.

Никто не порвался выполнять приказ. Но и на него не нападал. Их Колонна решил трогать: без них далеко сам не уйдёт.

Он выступил вперёд, прохрипев:

— Я сам всё сделаю. Чисто и быстро.

Ему казалось, хватит одного взмаха Якорем, чтобы оборвать жизнь ренегата. Но смутьян спешил его расстроить, обнажив Прощальную Розу. По химериту змеился зелёный свет. Вот-вот столкнутся яд и кровь.

— И не надейся, — надменно бросил Альдред, указывая остриём на Джакомо.

Колонна остановился, не веря своим глазам. В тот момент он всеми фибрами души ненавидел Никколо Гараволью за болтливость. Если бы не алхимик, ренегат ни за что бы не прознал о новом металле.

— Будь ты проклят, Альдред Флэй! — завопил капитан и бросился в атаку, рыча.

Джакомо взмахнул дискармой. Предатель еле успел увернуться. Он видел, как за Якорем тянется шлейф алого света. Фанатик открыл торс. Ренегат перешёл в наступление.