Чтение онлайн

– А здесь оставлять мотоцикл безопасно?

– Черт, нет, конечно. Поставь его у окна, чтобы нам было видно.

За мясным прилавком стоял большой темнокожий мужчина. Поседевшие волосы коротко подстрижены. Белый фартук забрызган кровью. На шее – золотая цепь, на пальце – кольцо с крупным бриллиантом. При виде нас он широко улыбнулся.

– Лула! Прекрасно выглядишь. Не видел тебя с тех пор, как ты ушла с улицы. Кожа тебе идет, мне нравится.

– Это Омар, – сказала мне Лула. – Богат примерно так же, как Билл Гейтс. Он стоит в этой лавке только из-за того, что ему нравится засовывать руку в куриные задницы.

Омар откинул голову и расхохотался. Этот хохот мог бы посоревноваться с ревом «Харлея».

– Чем могу тебе помочь? – обратился он к Луле.

– Мне нужно сердце.

Омар и глазом не моргнул. Наверное, такие требования здесь можно услышать ежедневно.

– Разумеется, – сказал он. – Что ты с ним собираешься делать? Тушить? Жарить?

– Полагаю, человеческого сердца у тебя нет?

– Не сегодня. Только по особому заказу.

– А что больше похоже на человеческое сердце?

– Свиное. Трудно различить.

– Ладно, – сказала Лула, – дай мне одно.

Омар пошел в угол и принялся руками шарить в корзине с субпродуктами. Нашел одно сердце и бросил его на весы поверх куска промасленной бумаги.

– Подойдет?

Мы с Лулой пригляделись получше.

– Мало в этом разбираюсь, – сказала Лула Омару. – Может, ты нам поможешь. Мы ищем сердце, которое подошло бы свинье весом в двести тридцать фунтов, недавно подохшей от инфаркта.

– Сколько лет было свинье?

– Где-то около семидесяти.

– Довольно старая свинья, – заметил Омар. Он снова пошел к корзине и взял другое сердце. – Это тут довольно давно лежит. Не знаю, был ли у свиньи инфаркт, но ее сердце выглядит неважно. – Он ткнул в него пальцем. – Не то чтобы здесь чего-то не хватало, но выглядит оно хорошо пожившим, если вы понимаете, что я имею в виду.

– Сколько? – спросила Лула.

– Тебе повезло. Это пойдет со скидкой. Могу отдать за полцены.

Мы с Лулой переглянулись.

– Ладно, мы берем, – сказала я.

Омар через прилавок взглянул на холодильник в руке Лулы.

– Вам завернуть или положить на лед?

Через полчаса мы были в конторе и демонстрировали сердце Конни.

– Надо же, совсем как настоящее, – восхитилась Конни.

Мы с Лулой довольно переглянулись.

– Хотя я в этом ничего не понимаю, – поспешила добавить Конни.

– Должно сработать, – уверенно сказала Лула. – Теперь остается только поменять это на бабку.

От страха у меня в животе что-то затрепетало, и стало трудно дышать. Я не хотела, чтобы с бабулей случилась какая-нибудь беда.

Когда мы с Валери были маленькими, мы все время дрались. Мне в голову вечно приходила то одна, то другая бредовая идея, а Валери ябедничала на меня матери. «Стефани на крыше гаража и собирается лететь», – визжала Валери, врываясь в кухню. Или «Стефани во дворе пытается пописать, как мальчик, стоя». Мать накричит на меня, но позже, когда никто не видел, я отвешивала Валери хороших тумаков. И мы дрались. Мать снова кричала на меня. А я убегала из дома.

Убегала я всегда к бабушке Мазур. Бабушка никогда никого не судила. Теперь-то я знаю почему. Глубоко в душе бабуля была еще более сумасшедшей, чем я.

Она впускала меня в дом без малейших попреков. Притаскивала четыре кухонных стула в гостиную, ставила их квадратом и накрывала сверху простыней. Она давала мне подушку и книжку и отправляла в сооруженную ею палатку. Через пару минут под простыню подсовывалась тарелка с печеньем.

Где-нибудь во второй половине дня, еще до возвращения дедушки с работы, приходила мама и забирала меня. И все снова налаживалось.

Теперь моя бабуля находилась в плену у психованного Эдди Дечуча. И в семь часов я попытаюсь обменять ее на свиное средце.

– Уф! – вздохнула я.

Лула и Конни посмотрели на меня.

– Думы вслух, – объяснила я. – Может, стоит позвонить Джо или Рейнджеру и попросить прикрыть меня?

– Джо – полицейский, – заметила Лула, – а Эдди сказал – никакой полиции.

– Дечуч и не узнает, что Джо там был.

– Ты думаешь, он наш план поддержит?

Да, тут проблема. Мне придется сказать Джо, что я обмениваю бабушку на свиное сердце. Другое дело – рассказывать обо всем, когда обмен будет благополучно завершен. В настоящий же момент это звучало по меньшей мере странно.

– Может, он придумает что-нибудь получше, – предположила я.

– Дечучу нужно только одно, – заявила Лула. – И это у тебя в холодильнике.

– У меня в холодильнике свиное сердце!

– Ну, с технической точки зрения, это так, – согласилась Лула.

Лучше, пожалуй, позвонить Рейнджеру. Ему не привыкать иметь дело со всякого рода сумасшедшими вроде Лулы, меня и бабушки.

Сотовый Рейнджера не отвечал, поэтому я позвонила на пейджер и меньше чем через минуту получила ответ.

– Тут новая проблема с Дечучем, – сказала я Рейнджеру. – Он захватил бабушку.

– Союз, освященный небесами, – заметил Рейнджер.

– Я серьезно! Я распустила слух, что у меня есть то, что Дечуч ищет. Поскольку Лунатика у него нет, он похитил бабушку, чтобы было на что меняться. Обмен состоится в семь.

– И что ты собираешься отдать Эдди?

– Свиное сердце.

– Что ж, обмен справедливый, – заметил Рейнджер.

– Нечего хамить. Это длинная история.

– Что я могу сделать?

– Мне не помешало бы прикрытие, если что-то пойдет не так. – Я рассказала ему о нашем плане.