Делирий
Шрифт:
— Как ты, — усмехнулся Роман.
— Бывает, жертвуют и жизнью. Хотя, конечно, есть и у нас свои финансовые институты, не зависящие от государственных, и деньги на какие-то мероприятия всегда находятся. Но об этом тебе лучше побеседовать не со мной.
— С Олегом Харитоновичем?
— У нас есть и другие координаторы, идеологи и политики.
— Ты их знаешь?
— Знаю одного. Он не то туркмен по национальности, не то таджик. Захар ия Салахутдинович, прозвище — Тамерлан, женился на русской, да и сам всю жизнь прожил в России. Он по духу русский, как и я, хотя по национальности я иннуит.
Кстати, его дочку зовут Шехерезадой, она — секретарша у Малахова и твой Афоня от нее без ума. Ну, так что, поехали?
Роман пошевелил лопатками, встал, сказал твёрдо:
— Поедем!
— А Юна?
— Останется ждать, в Москве ей делать нечего.
— Может, приставить к ней охрану? Я уполномочен.
Роман заколебался.
— На работу она больше не ходит. да и вообще девочка осторожная. Но одного человечка оставить не мешало бы, на всякий случай.
— Я позвоню кому следует.
— Юна, — позвал Роман.
Девушка стремительно ворвалась в комнату, и по её сияющим глазам Ылтыын понял, что в этом доме царят согласие и любовь.
1
Пока ехали в Москву, Ылтыын объяснил Роману план операции «Кочевник», который разработал Афанасий.
— Это он предложил задействовать тебя в качестве «подсадной утки», — добавил бывший разведчик. — Просил не обижаться.
— Я не обижаюсь, а план хороший, — одобрил идею Роман. — Очень даже перспективный. Один вопрос: кто будет встречаться с Феллером? Или вы тоже рассчитываете на меня?
— Пойду я, — будничным тоном ответил эскимос. — Вряд ли он ожидает увидеть меня после того, что произошло на Аляске, а потом ко мне подключится.
— Олег Харитонович?
— Там, где одному профессионалу делать нечего, двое справятся непременно, — хмыкнул Ылтыын. — Операторы его уровня, да и твоего тоже, для такого дела не требуются. Я озвучу ключевое слово инициации вложенной в него программы, то есть «закладки» в мозгу, и он исполнит всё, что мы ему прикажем. А поможет мне кое-кто из Ё-команды.
— Зачем же тогда еду я?
— Ты очень хорош в резерве.
— Я без шуток, — нахмурился Роман.
— И я серьёзно. Харитоныч сначала хотел включить тебя в операцию с самого начала, но Тамерлан отсоветовал.
— Если я не в деле. — пожал плечами Роман.
— Ты в деле, но уже на этапе захвата самого фурсенюка. Его надо будет «связать» на уровне ментального раппорта, иначе сбежит. Поводыри всегда носят с собой эти штучки — В-порталы, поэтому застать их врасплох и нейтрализовать трудно.
— Про порталы тоже разведка доложила?
— Кто же ещё? «Триэн» — мощная структура, ни в чём не уступающая ни нашей ФСБ, ни другим спецслужбам, ни международным организациям типа «Кейфор» или Интерпол. Только засекречена лучше.
Ылтыын посигналил ползущей впереди иномарке, потом пересёк сплошную и обогнал хвост машин по встречной полосе. «Маруся» сделала это легко, быстро и даже изящно.
Роман качнул головой.
— Лихо водишь.
— Мой друг из Мурманска — гонщик, он и подсадил меня «на иглу» быстрого вождения. Иногда мне кажется, я родился для этого.
— Нарушать правила дорожного движения?
— А что?
— Нарушителями ПДД не рождаются, ими Умирают.
Ылтыын мелко засмеялся.
— Я запомню.
Скорость при этом он не сбросил, и «Маруся» продолжала пожирать трассу со скоростью двести километров в час — там, где позволяло новое дорожное полотно.
— А как вы узнали, что человечество контролируется ЛИГ? — поинтересовался Роман через пару минут. — Аббревиатура АПГ — ваше словотворчество?
— В том-то всё и дело, что Поводыри почти не скрывают своих корней, не боятся высказываться на эту тему по ТВ и радио, якобы в шутку. Всё равно им никто не поверит. Расскажи кому, отмахнётся — сказки! Или назовёт тебя фантазёром. Однако это истинная правда: во главе системы глобального контроля стоит необычайно умное и долго живущее существо, причём — не земное.
— Разве сложно организовать такую же систему человеку? Гению?
— Сложность процесса не в масштабе и непривычности, а в невозможности проконтролировать систему одному человеку, каким бы гением он ни был. Да и правила игры выдумал не человек, главное из которых: прямо о процессе говорить нельзя! Только иносказательно. Те, кто начинал открытую войну с дьяволом, очень быстро получали негативную оценку в глазах общественности и исчезали. Ты должен знать, как это делается, СМИ и телевидение — отличные инструменты для такого оплёвывания любого деятеля. Мы только сейчас потихоньку расставляем в этой системе своих людей.
Проехали Волоколамск.
Через полчаса впереди показались дуги и арочные полосы дорожной развязки на пересечении Московской автодороги и Новорижского шоссе.
— Тебя научили делать «засос»? — спросил вдруг Ылтыын.
— Какой засос? — не понял Роман.
— Вообще-то это умение называется засоз — затемнение сознания, однако наши умельцы-сенсы называют его меж собой «засосом».
— Меня не надо учить затемнять сознание, — пробормотал Роман. — Я и так умею.
— Это хорошо, — удовлетворённо заметил бывший разведчик. — Харитоныч просил уточнить. Ну, что, едем ко мне?
— Хотелось бы побывать дома.
— Дома — исключается, у родителей — тоже. Могу отвезти к Малахову.
— Тогда лучше к тебе. Снимаешь или купил?
— Предоставили во временное пользование. Квартирка маленькая и старая, но двухкомнатная, с видом на цирк.
— Ты не женат?
— Кому нужен чукча с оловянными глазами? — хитро прищурился Ылтыын, посерьёзнел: — Женат, трое детей ждут меня в яранге на берегу Белого моря.
— Я не знал.
— Не сомневайся. Я, конечно, редко бываю дома, но эскимосы народ терпеливый, поэтому меня всегда ждут.