Чтение онлайн

– А общих дел сейчас у них никаких не было? – спросил Игорь, поднимаясь.

– Насколько я знаю – нет. Вася, правда, не любил особо распространяться о своих делах.

– Спасибо, Жанна Львовна.

– Не за что. Я когда говорю с кем-нибудь, все легче.

– Мы обязательно его найдем, – неизвестно зачем пообещал Костиков.

Жанна Львовна только вздохнула и пошла проводить Игоря.

Игорь сидел дома и снова листал материалы, полученные от Малышева. Самойлов отпадает, но ведь кроме него есть же и другие конкуренты. А может все дело в том, что Дубайло кому-то очень сильно насолил? Выходит, тогда, что за компанию и дружков его шлепнули. Но ведь начали-то вовсе не с Дубайло. Первым был Гусев. Затем владелец автосалона и напоследок уже банкир. Что эти трое могли такого сделать, что их всех убили?

Но явно, что это что-то они делали вместе. А вместе они занимались бизнесом только в самом начале, потом их пути-дороги в коммерции разошлись. Не может же быть, что они чего-то сделали тогда, а наказали их за это только теперь? Или они и сейчас…

Игорь не успел толком обдумать эту мысль, как хлопанье входной двери возвестило о прибытии Бабуси. Она не стала задерживаться в коридоре, не пошла как обычно на кухню, а сразу ворвалась в кабинет Игоря.

– Ты только послушай, Горяшка, чего творится-то!

– Что у вас такое стряслось, баба Дуся, – Игорь поморщился.

Бабку снова одолевают какие-то сногсшибательные идеи.

– Я тебе сейчас такое расскажу, вот только отдышусь маленько, – Бабуся принялась развязывать платок, – эк, я уморилась.

– Говорите, – произнес Игорь, собирая тонкие папки, разбросанные по ковру, – я слушаю.

– У нас в Доме просто несусветное что-то происходит. Все перешептываются, перемигиваются, не знают толком, чего им делать.

– Объясните толком, – Игорь усадил Бабусю на диван, – почему перешептываются и перемигиваются?

– Потому что самому главному нашему начальнику в Доме записку подбросили, да такую чудную. Но он аж позеленел весь и плашмя лег. Вот второй день уже не встает. И никого к себе не пускает.

– А что за записка, неизвестно? О содержании, наверное, тоже шепчутся?

– Я же говорю тебе – чудная. Чего-то про очередного написано.

– Как это? – Игорь потянулся за трубкой.

– А вот как в очередях всегда говорят?

– «Кто последний?» или «Кто за вами?»

– Да, нет же, экой ты, бестолковый, Горяшка! – в сердцах воскликнула Бабуся, – и вовсе не так там было! Еще говорят: «Кто следующий?», вот только ума не приложу, зачем понадобилось так писать. Но главного нашего здорово это прохватило. Зеленый стал, словно твоя елочка.

– Стойте! – у Игоря внезапно пересохло во рту, – в записке было написано: «Ты следующий», так?

– Вроде так, – согласилась Бабуся, – только, что за очередь такая?

– На тот свет, – сказал Игорь, вскакивая, – мне необходимо достать эту записку.

– И как же ты собрался ее достать? – насмешливо спросила Бабуся, – если у главного попросить, так он тебе только шиш с маслом даст. Никого он не принимает, его сейчас такие гориллы охраняют – только держись!

– Стойте, баба Дуся, – Игорь снова сел, – давайте по порядку. Главный живет в Доме или нет?

– Что ты! – Бабуся всплеснула руками, – ляпнешь такое тоже! У него, наверняка, получше пристанище имеется. А в Дом он только изредка наведывается, порядок проверить.

– Хорошо, – Игорь встал, прошелся по кабинету и остановился перед Бабусей, – а записку он в Доме получил или приехал не в настроении?

– В Доме! Прямо там и получил. Он приехал утром довольный как павлин. Все ходил, осматривал, головой важно кивал, замечания делал. Его секретаришка их себе в блокнотик заносил. А потом он к себе поднялся на второй этаж. Там целое крыло отведено под его апартаменты.

– Апартаменты, – машинально поправил Игорь, – а дальше?

– Только слышим мы – шум, гам, суета! Забегали его прихлебатели туда-сюда. Мечутся, а ничего непонятно. Ворота закрыли никого не пускают и не выпускают. Потом охрана подъехала. Гориллы такие в пятнистой одежке. Они кругом обежали, в каждую комнату заглянули и осмотрели все. А мы потихонечку себе сидели, ждали пока свистопляска эта закончится.

– Так уж и сидели? – не поверил Игорь, – могу поспорить, что вы захотели узнать в чем тут дело.

– Конечно, – Бабуся не стала отпираться, – я потихонечку давай вынюхивать. У одного спросила, другого, третьего. Вот и получилась картина. Главный к себе пришел, а на столе ее бумажечка и дожидается. Он ее взял, посмотрел и чуть удар с ним не приключился. Тогда беготня сразу и началась.

– Но ничего, разумеется, не нашли, – Игорь выколотил пепел и принялся снова набивать трубку.

– Так и не могли найти! – подхватилась Бабуся, – как бы его нашли, ежели он к тому времени уже ушел?

– Ушел? – Игорь даже трубку опустил, и табак просыпался на ковер, – не хотите же вы сказать, что знаете убийцу и видели его?

– Ой, Горяшка, – Бабуся вскочила, – экой ты растяпистый, весь ковер изгваздал. И как только Ирина такое терпит!
–

Бабуся выпалила последние слова и осеклась. Она прикусила язык, но было уже поздно. Игорь посмотрел на рассыпанный табак, на виноватое лицо Бабуси.

– Пустяки, Евдокия Тимофеевна, – нарочито бодрым тоном ответил он, – я все равно завтра собирался пылесосить, вот все и уберу.

Он даже не упомянул об Ирине, хотя болезненно сердце сжалось при воспоминании о ней. Бабуся тоже чувствовала себя не в своей тарелке, что с ней бывало крайне редко.

– Вы сказали, – снова вернулся к разговору Игорь, – что его не могли найти, потому что он уже ушел. Кто это он?

– Я тебе давно рассказать хотела про одного человека, да все как-то не случалось. Думаю, что он во всем и виноват. Помнишь, я тебе говорила, что проверить мне надо было, как к людям в Доме относятся. Я тряпье и напялила на себя.