Шрифт:
Северо-восточная окраина Москвы. Начало нулевых.
В дверь сначала долго, не переставая, звонили. А потом принялись колотить ногами.
– Какого черта! – жилец, здоровенный мужик лет сорока, проследовал, неслышно ступая босыми ногами по полу, и нажал на кнопку домофона в прихожей. На экране высветилась лестничная клетка. Снял трубку: – Чего тебе?
– Мне? Чего? – зашелся в гневе стоявший перед дверью совсем молодой щуплый парень. Босой, в трусах и майке-алкоголичке на пару размеров больше. Мокрый, взъерошенный, откровенно жалкого вида. С тряпкой в руках. – Чего мне? – повторил он. – Да ты меня затопил, козлина! А хата только после ремонта. Да я тебя за это…
– Как ты сказал? – вкрадчиво переспросил жилец. – Козлина?
Распахнул дверь и цепко прихватил соседа снизу за душу. В смысле, за мокрую майку.
– Вот сейчас за базар и ответишь!
Дернул того на себя и шибко невежливого соседа прямо-таки засосало в квартиру, только пятки сверкнули. За гнилой базар невоспитанного юнца ожидала суровая и справедливая ответочка. Чтобы сам запомнил и внукам передал: перед тем, как раскрывать рот и произносить разные слова, желательно все-таки хорошенько подумать.
А дальше все почему-то пошло не по плану. Или все-таки по плану, но по какому-то другому. Даже не пытаясь сопротивляться, паренек влетел в прихожую. И вдруг подпрыгнул козликом. Его костлявая коленка удивительно удачно (на вдохе) влетела в «солнышко» хозяина квартиры. Добавив тому, согнувшемуся вдвое, сцепленными ладонями по загривку, очень странный как бы сосед снизу достал спрятанные в тряпке наручники и старательно окольцевал лежащую лицом вниз на полу неподвижную тушку.
И только потом вышел из квартиры. Спустился на пролет ниже, где нервно грыз фильтр незажженной сигареты пожилой местный участковый в звании капитана. Курить ему было строго-настрого запрещено.
– Ну? – вскинулся он при виде фигуры в трусах и майке. Уже без тряпки. – Как?
– Нормально, – отозвался, запрыгивая в штаны, парень. – Можешь идти. Спасибо за содействие.
– Не забудь упомянуть в рапорте, – напомнил капитан.
– Не забуду, – тот принялся завязывать шнурки кроссовок. – Обещал же.
И двинулся по лестнице наверх, доставая из кармана трубку. Пришло время вызывать оперативную группу. И принимать заслуженные поздравления коллег.
Несколько дней спустя. Один из райотделов тогда еще милиции.
Москва.
В дверь негромко постучали.
– Да? – начальник отдела уголовного розыска РОВД оторвался от какого-то, старательно изучаемого документа. – Войдите.
– Вызывали, Сергей Иванович? – совсем молодой парень, чуть старше двадцати, а по виду – даже моложе, вошел и робко замер в дверях. Самый молодой оперативник в отделе. Тот самый, что не так давно изображал жертву потопа.
– Вызывал, – кивнул майор. – Проходи, Максимка, располагайся.
Паренек робко присел на краешек стула.
– У меня для тебя две новости. – нахмурился начальник, крепкий матерый мужик лет сорока. – Начну с приятной.
– Слушаю, товарищ майор, – юного лейтенанта взволновало то, как начинался разговор. Скромный опыт подсказывал, что за приятной новостью обязательно последует что-то совсем нехорошее.
– Лихо ты Кравца побрал, – одобрительно, но не переставая хмуриться, молвил начальник. – Благодарность тебе за это от начальника управления.
– Служу России, – совсем тихо прозвучало в ответ.
– И премия в размере месячного оклада.
– Мне местный участковый помогал, – заметил лейтенант. – Капитан…
– Забудь, – отмахнулся майор. – Никто тебе не помогал, всю операцию от начала и до конца ты провел исключительно самостоятельно.
Парень не стал задавать вопросов, лишний раз подтвердив этим, что с мозгами у него полный порядок. И это еще больше расстроило начальника.
– Молодец! – изобразил на лице улыбку обычно скуповатый на похвалу майор. – И как только ты его разыскал, интересно?
– Я его вычислил, – прозвучало в ответ. – Поработал как следует с документами и наткнулся на ту квартиру в Выхино.
– И что в ней такого? – удивился начальник. – У того Кравца таких хат больше десятка.
– Единственная квартира у черта на куличиках, – начал паренек. – Это раз, – загнул палец. – Сразу после того, как купил ее, ремонт делать не стал, только мебель завез и поменял дверь на стальную фирменную с немецкими замками. Это два, – лейтенант явно подражал герою модного романа. Еще бы заикаться начал, пижон.
– Ну и что? – усмехнулся майор.
– И тут же ее продал, – отозвался опер по имени Максим. – Через цепочку посредников якобы бывшей собственной гражданской жене. Это уже три.
– И все это было в документах? – удивился начальник. Прекрасно помнил ту тощую, как бюджет провинциального городка, папку, что лично вручил юному лейтенанту. И благословил на подвиг.
– Далеко не все, – парень вернул на место упавшую на лоб прядь волос. – Пришлось как следует побегать, навестить кое-кого. И побеседовать.
– Что дальше?
– Дальше понаблюдал за квартирой. Там дом строится напротив. Так что, окна и балкон как на ладони.
– И как?
– На вторые сутки я его видел, – с законной гордостью сообщил лейтенант. – Ближе к полуночи вышел покурить на балкон. И, потом, туда пару раз приезжала под вечер женщина с сумками и уезжала налегке под утро.
– Толково, – признал начальник. – Признаю. А вот дальше… Почему ты решил, что он обязательно откроет дверь?
Он не стал спрашивать, почему зеленый оперок поперся в адрес самостоятельно, не запросив подкрепления. И так было понятно. Сам был точно таким же когда-то.