Шрифт:
Глава 1
Коричневый Осколок
Сто тридцать второй день проекта
— Кто порог переступил, тот и гость — произнёс Хенг, ставя передо мной плоскую тарелку с ещё шкворчащим мясом, присыпанным различными травами.
— Благодарю, но не стоило… — я попытался быть скромным, но выходило это с трудом.
Запах на небольшой кухоньке, совмещённой с гостиной, стоял одуряющий, и мой рот мгновенно наполнился слюной.
— Не спрашивай гостя, хочет ли он, чтобы ты для него зарезал курицу, — изрёк очередную мудрость хозяин дома, коренастый мужчина с раскосыми глазами и длинными седыми волосами, собранными в пучок. Был он одет в мешковатые штаны со множеством карманов и чистую, но изрядно застиранную серую футболку с короткими рукавами.
Впрочем, несмотря на седину, стариком мужчину, представившегося Хенгом назвать было сложно. Уж больно ловко тот двигался, да и руки хозяина дома выглядели так, будто он был способен чугунную наковальню щелчком расколоть.
И пока я следил за странным отшельником, тот отточенными движениями расставил блюдца и, водрузив на них стаканы, с хирургической точностью, не пролив ни капли, наполнил до самых краёв.
— Твой друг тоже был бы желанным гостем в этом доме, странник, — Хенг, убрав в сторону чайничек, наконец, закончил накрывать стол и пододвинул к столу массивное кресло, заняв место напротив меня.
— Думаю, Харону больше по душе простор, чем тесные помещения, — улыбнулся я, борясь с желанием вцепиться в кусок мяса.
Даже не подозревал, что настолько проголодался за время зачистки Осколка. Однако правила поведения за столом всё же следовало чтить.
— Что же, каждому своё, — кивнул Хенг. — Я так понимаю, это звуки вашей стрельбы были слышны недавно?
— Да, зачищали Осколок от местных тварей, — я вновь посмотрел на мясо. — Выходит, мы лишили вас источника пищи?
— О, не переживай, странник. Эти мартышки и мне порой доставляли неприятности. Так что я даже рад, что их не стало. Уж больно они шумные, — махнул рукой мужчина. — А для собственных нужд я развожу кур в пещере, чуть ниже.
— Смотрю, быт у вас тут налажен, — я обвёл взглядом уютное помещение.
Старик здесь жил явно один, хотя я насчитал по крайней мере, три двери, ведущих из гостиной.
— Я здесь давно обитаю, ещё до начала апокалипсиса. После гибели семьи решил перебраться туда, где никто не будет отвлекать от размышлений, — произнёс Хенг, явно соскучившийся по разговорам. — Постепенно построил этот дом, прожил несколько лет, а потом наступил конец света. Впрочем, я его поначалу даже не заметил.
Старик усмехнулся и, прикрыв глаза, потянулся к кружке с чаем.
— Кушай, странник, остывшее мясо будет уже не столь вкусным, как горячее, — сделав глоток и всё ещё не открывая глаза, произнёс Хенг. — Я полгода провёл в этой глуши, пока не потребовалось съездить в город за припасами. Наверное, только удалённость и спасла меня, так как городок оказался уничтожен полностью ордой зомби. И мне оставалось лишь побродить по руинам, набить припасами машину и вернуться.
Внимательно слушая старика, я одновременно с этим ловко орудовал ножом и вилкой, мысленно отдавая должное поварскому искусству собеседника.
Да даже повара в замке покойного графа Злотицкого не дотягивали до его уровня. Вот что значит многолетний опыт…
— Так я, собственно, и прожил те восемь лет, периодически спускаясь к городу, бродя по его руинам и собирая оставшиеся крохи от былой цивилизации, — тем временем продолжал Хенг. — Ну а потом Земли не стало…
— И вас совершенно не волнует, что вы пригласили в свой дом-убежище непосредственного виновника произошедшего? — поинтересовался я, прожевав очередной кусок и запив его восхитительным травяным чаем.
— А почему я должен по этому поводу волноваться? Напротив, я даже рад, что Система свела нас вместе, — усмехнулся в ответ мужчина. — Те, кто был мне дорог, погибли задолго до её прихода, поэтому обвинять кого-то другого в их смерти, кроме самого себя, — глупо. Люди проиграли зомби и монстрам из-за собственной слабости. А значит, сами виноваты…
— Хм, однако какой необычный взгляд на вещи, — я с удивлением посмотрел на Хенга. — Обычно кого ни встречу либо спешат обвинить в гибели мира, либо сразу убить пытаются.
Стакан, который я собирался поставить обратно на блюдце, звякнул о край тарелки и слегка расплескал содержимое по скатерти.
— Ох, извините, — я попытался подвинуть непослушный стакан, но с удивлением обнаружил, что проблема не в нём, а в руке, которую я почти не ощущал.
— Не переживай, многие меня посетившие были куда менее аккуратны, — усмехнулся старик, вновь прикрыв глаза. — Впрочем, отвар из листьев горнолиста и вороника на всех действует с различной скоростью.
Я, конечно, мог задать глупый вопрос «Что происходит?», но тут и так всё было очевидно, так что решил перейти сразу к сути.
Тем более что, кроме как говорить, ни на что другое моё тело не было способно. Я будто бы одеревенел.
— Зачем? И я надеюсь, это куриное мясо?
— Сразу к делу? Одобряю, — кивнул Ханг. — Не переживай, я людей не люблю во всех видах. Ни в живом, ни в мёртвом, ни в варёном или жареном.
— Фух, сразу же полегчало… — выдохнул я, напрягая все мышцы разом и мысленно матеря повышенную Живучесть.
Какого лешего она не работает, когда я на неё столько карт слил?
— Ну а что касается твоего первого вопроса… — тут старик открыл глаза, и я увидел, что они стали фиолетовыми. — Видишь ли, после гибели Земли Система посчитала меня недостойным стать демиургом или даже наёмником. Зато позволила стать судьёй, даровав силу и возможность определять судьбу приходящих ко мне на Осколок.