Чтение онлайн

– Нет, это…

– К сожалению, его здесь нет, Палин Маджере, – грустно покачал головой генерал. – Пока шел бой внизу, часть нападавших проникла в сокровищницу и скрылась с Кулак'Эли. Дождемся, когда стемнеет, и начнем преследование. Похитители не сумеют пройти сквозь чащу так же быстро, как мы. Кроме того, в крепости есть сиваки. Они не оставят в живых никого, кто смог бы указать дорогу врагам.

Дракониды сиваки, созданные из яиц серебряных драконов, умели летать. Им не пришлось бы преодолевать непролазные дебри и увязать в топких болотах. Рыцари Абрены наверняка будут выбираться самым коротким путем – пойдут к побережью или прямо на север, в Абанасинию. Зная это, сиваки быстро обнаружат отряд.

– Не будем терять время. – Аурак приблизился к Палину, звонко стуча когтями по каменному полу. – Если вы первыми добудете скипетр – он ваш. Если же мы раньше нападем на след воинов генерал-губернатора, Кулак'Эли останется в башне. Мы попробуем использовать его силу против зеленой драконицы.

Палин услышал, как позади раскрылась дверь.

– Все, я тороплюсь, – сказал генерал Юрек.

– Неудивительно, что эльфы держатся подальше от этих мест, – заметил Джаспер, когда они отошли от убежища драконидов.

Короткие ноги так и мелькали, когда Огненный Горн несся с самой большой скоростью, на какую только был способен. Он промок насквозь, но не жара и усталость заставили гнома покрыться липким потом. Это был страх. Джаспер смертельно испугался несколько месяцев назад, по пути из Новых Портов в Палантас, когда их корабль чуть было не застрял в замерзающих водах вблизи Южного Эргота и их атаковал белый дракон. Дорого ему обошлось и нападение на «Наковальню» синего дракона Гейла, когда погибла Шаон. Джаспер не мог привыкнуть к страху.

Внезапно Ферил прервала воспоминания гнома. Она остановилась, встала на колени и погрузила пальцы в землю.

– Мы можем только предполагать, в какую сторону пошли рыцари. Попробую точно узнать их путь.

– Нужно спешить, – напомнил Палин.

Огненный Горн внимательно посмотрел на него. Маг тоже был весь мокрый, с его лица не сходило обеспокоенное выражение.

«Ну, хоть не один я такой», – с некоторым облегчением подумал гном.

– Если мы вернемся к эльфам без скипетра, они разделаются с Ашей.

Ферил плавно раскачивалась в такт веткам, колыхавшимся под дуновением слабого ветра, и выводила мелодию, звонкую, как плеск воды в ручейке.

– Мать земля, – прошептала она, закончив, – открой свои секреты. Скажи, куда пошли люди, покрытые, словно жуки, черным панцирем?

Она вновь запела и ощутила, как чувства покидают тело, уходя через пальцы в жирную почву, пропитанную влагой и наполненную жизнью.

Обычно колдовство обессиливало эльфийку, но сейчас Ферил, наоборот, поглощала энергию. Возможно, так происходило потому, что дракон заколдовал эту землю. Внутренний взор Ферил скользил по осколкам древних скал и утопающим в болоте гниющим деревьям. Мертвые растения отдавали свои соки и плоть великому лесу. Сила, копившаяся столетиями, проходила через тело эльфийки, она спускалась глубже, натыкаясь на кости белок и зайцев, которые навсегда срослись с этим местом, становясь пищей для корней и подземных жителей.

И тут раздался голос, который повел рассказ о том, как в незапамятные времена боги создали этот край, как появилась жизнь на бесплодных камнях. Мысли Ферил пронизывали века, в то время как волшебная песня звучала всего несколько минут. Она узнала, как с появлением драконицы деревья разрослись до невероятных размеров, папоротники, мхи и травы завладели каждым клочком земли, невиданные ранее цветы распустились, источая головокружительные запахи. Берилл создала рай для зверей и птиц, но одновременно погубила большинство исконных обитателей – Квалинести. Они гибли от когтей владыки, их тела питали и обогащали почву, смерть несла в землю жизнь. И все же эльфы, поселившиеся здесь задолго до пришествия зеленой драконицы, отважно защищали родные места.

Ферил понимала, что земля одинаково любит драконицу и эльфов, поэтому пребывает в нерешительности и медлит с ответом.

– Люди в панцирях, – прошептала эльфийка.

«Как жуки?» – донеслось в ответ.

– Да.

«А люди цвета неба? Нет, цвета сладких сочных ягод, созревающих по весне».

Ферил на минуту задумалась:

– Это другие люди. Они служат драконице, которой нет дела до твоего прекрасного леса. Царство Малистрикс горячее и пустынное. Безжизненное.

«Горячее и безжизненное? – удивилась плодородная почва, – Я знаю, куда уползли эти жуки».

Незримое притяжение потянуло ощущения эльфийки на север. Внезапно тяжелый груз лег на ее плечи, стало тяжело дышать. Ферил насторожилась: легкая кожаная туника, надетая на ней, не могла столько весить. Значит, давление идет извне. Так и оказалась – кованные железом сапоги мяли траву и одновременно позвоночник Каганести.

– Их только четверо, – шепнула она Палину. – Два рыцаря и два брута, раскрашенные в синий цвет, как те, из цитадели. Они все время поворачивают и плутают. Успеем захватить их до захода солнца.

– До того как дракониды выйдут на охоту, – уточнил Джаспер.

Ферил так хотелось продлить удовольствие и остаться еще на несколько минут слившейся воедино с матерью необычайного леса, что она с большим нежеланием, переключила внимание на друзей, медленно поднялась, отряхнула руки и, указав на север, пояснила:

– Туда.

Эльфийка буквально порхала среди кустов, поэтому маг с гномом еле поспевали за нею. Тем не менее даже мысль об отдыхе не приходила им в голову. Главное – выследить рыцарей, пока светло. Все изрядно утомились к тому часу, когда лучи заходящего солнца окрасили горизонт в оранжевый цвет, тени сгустились, начало темнеть и пришла пора залечь в укрытие.

Два рыцаря шли впереди, орудуя своими мечами как мачете. Ферил даже передернуло от такой беспощадности. Коренастый брут ростом около шести футов нес за плечами кожаный мешок. В руке у него была дубинка, утыканная шипами. Второй, повыше, озирался, очевидно ожидая нападения, на его лице появилось тревожное выражение, он беспокойно повел носом. Ферил поняла, что их обнаружили.

В заколдованном лесу, полном волшебства, было очень легко войти в контакт с листьями, стеблями и корнями, много проще, чем на опушке в окрестностях Витдела.