Чтение онлайн

Она набрала побольше воздуха, но он уже кланялся: изящно и не без иронии.

— Однако поскольку ваш Дом обещал моей сестре гостеприимство ее ближайшей родни, мне следует безотлагательно отправиться в гостевые апартаменты. Доброго вам вечера, мадам.

И он оставил ее кипеть от возмущения.

— Лейтенант, отведите ваших подчиненных в штабной буфет и ждите меня там, — приказала капитан Робертсон. Потом она повернулась и посмотрела в темный сад. — Шадиа Не-Зейм!

Темнота зашевелилась — и сгустилась в силуэт женщины в кожаном костюме разведчика, которая поклонилась ей поклоном равных.

— Капитан Рыжик?

— Сделайте мне честь составить компанию новым членам отряда, — проговорила капитан, и ее лиадийский звучал как у уроженки Солсинтры. А потом она переключилась на земной: — Подальше от неприятностей, поняли?

Шадиа ухмыльнулась.

— Поняла. — Она помахала Нелирикку. — Идите первым, лейтенант.

— Отряд, правое плечо вперед. Колонной по одному! За мной!

Нелирикк маршевым шагом ушел в Дом Эроб, а за ним печатали шаг исследователь и рядовой. Последней легко скользнула разведчик, которая быстро прикоснулась к пульту, как только перешагнула через порог. Дверь за ней тихо закрылась.

Даав чуть сдвинулся с места и поймал на себе взгляд двух пар глаз — серых и зеленых.

— Клонак, — проговорил разведчик, не поворачивая головы, — дай нам полчаса.

Ответа не было — только едва заметное колебание воздуха и тихий звук калитки в дальнем конце сада: она открылась и сразу же закрылась.

Даав ждал.

Как это ни странно, первой заговорила Мири Робертсон:

— Есть какие-то идеи насчет того, что нам с вами делать?

Ее голос звучал довольно иронично, говор был — земных улиц. Даав пожал плечами, демонстративно по-земному.

— Не знаю, зачем вам что-то со мной делать, — отозвался он самым лощеным профессорским тоном.

Она фыркнула и сказала зеленоглазому мужчине, стоявшему слева от нее:

— Чувствуется должное уважение к командованию.

— Ага, — отозвался он бесстрастно.

Она покачала головой и снова перевела взгляд на Даава. На ее подвижном лице выражались одновременно досада и смех.

— Не хотите объяснить мне, в качестве кого вы приняли у них клятвы?

— В качестве кровного родственника! — ответил он ей резче, чем собирался. — Я не мог принимать клятву от лица Дома, знаете ли, — особенно в свете того, что склонен полагать: мое имя вычеркнуто из списка живых и перенесено в списки мертвецов Клана Корвал.

— Нет, — отозвался разведчик очень тихо, — это не так.

Даав встретился с зелеными глазами и стал ждать. Брови разведчика чуть приподнялись.

— Вы ведь не думаете, что ваш брат перестал надеяться, что вы вернетесь? Или что перестал ваш сын?

— Мой брат, — медленно ответил Даав, — возможно, и нет. Что мог сделать мой сын… Увы, я не в состоянии предсказать. Видите ли, он был еще так мал, когда мы расстались.

— Вот именно, — пробормотал мальчик. — Возможно, вас позабавит, когда вы услышите, что ваш сын не вычеркивал вашего имени из книги живых и никогда не оставлял надежды на ваше возвращение. Ему нужно задать вам несколько острых вопросов, как вы, конечно, понимаете.

— Мое понимание работает на полную мощность, — заверил его Даав, — поскольку именно необходимость задать острые вопросы заставила меня отвлечься от сведения моих счетов и отправила обратно к Лиад.

Что-то мелькнуло в зеленых глазах. Мальчик наклонил голову.

— Сожалею, что должен сообщить вам: ваш брат Эр Том умер во время вашего отсутствия. Он пережил свою спутницу жизни всего на один стандартный год.

У него по жилам все еще разливался холод при мысли о том, что Эр Тома нет, что он больше никогда не увидит лица своего брата и не услышит редкую, сладкую музыку его смеха. Даав судорожно вздохнул, тоже склонил голову и перешел на высокий лиадийский, чтобы дать должный ответ:

— Я благодарю вас. Клонак уже сообщил мне об этом, но я еще не слышал этого от родных.

Он выпрямился и обнаружил, что капитан оглядывается через плечо на разведчика.

— Ну? — спросила она.

— Ну, — ответил он.

— Так. — Она посмотрела на Даава, и ее серые глаза теперь были совершенно серьезными. — Хотите насовсем или просто погостить?

Он несколько раз обсуждал с Эллианой эти варианты. Она была за то, чтобы снова войти в клан, напоминая ему, что он не сможет воскресить профессора Килади на Дельгадо, и, таким образом, ему понадобится снова создавать себе новую легенду на новом месте, вместо того чтобы сводить свои счеты.

«И, право, ванчела, — добавила она, — мне кажется, что эта фаза сведения счетов завершена. Теперь пора искать союзников и сопоставлять факты».

Это был хороший совет, и доводы были убедительными, и все же он чувствовал некоторое нежелание снова возвращаться к жестким правилам Лиад, после того как столько лет наслаждался свободными обычаями земных миров.

Мири Робертсон ухмыльнулась:

— Нелегкий вопрос, да?

— На удивление нелегкий. — Он улыбнулся ей. — Я склонен поступить в соответствии с пожеланиями моей спутницы жизни, которая, как я убежден, хотела бы, чтобы я остался в безопасности среди родных.

— Безопасность среди родных мы в этом квартале не гарантируем, — сообщила она ему очень серьезно. — Вы должны это хорошо понять.

Даав поднял брови.

— Теперь я это понимаю, спасибо. Это положение в любом случае мало отличается от моей жизни вдали от родни.

— Тогда ладно. Начнем с самого главного.

Она отступила на шаг, оказавшись плечом к плечу со своим спутником жизни.

Даав судорожно вздохнул и почувствовал присутствие Эллианы: она была очень заинтересована всем происходящим.

Мири Робертсон вздернула подбородок, посмотрела ему в глаза, а потом развела руки в ритуальном жесте.

— Мы видим вас, Даав йос-Фелиум, — проговорила она, и звучная фраза на высоком лиадийском наполнила темноту. — Идите сюда и воссоединитесь со своим Домом.

С замирающим сердцем и затуманенным взором он шагнул вперед. Ему пришлось чуть наклониться, чтобы принять поцелуй своей Тоделми, — и совсем не пришлось, чтобы принять поцелуй Тоделма. И он не ожидал объятия, которое за этим последовало, — как, наверное, и его сын, судя по тому, каким оно было порывистым и как он хрипло, с болью прошептал ему в ухо: