Чтение онлайн

Ахмад Шах разговаривал с репортером по-английски. Он показывал рукой на горы, на пленного шурави. Иностранец согласно кивал головой и постоянно фотографировал Масуда и его окружение. Орлова, и снова Ахмад Шаха рядом с пленным. Репортер был очень доволен, потому что под конец съемки он сложил большой и указательный пальцы в кольцо и сказал: «О’кей».

Ахмад Шах кивнул Сахебджану, и охранник, приблизившись к Орлову, махнул прикладом, приказывая подниматься и идти. «Что со мной будет, непонятно. Не бьют, не пытают. Может, хотят обменять на своего?» — обнадеживал сам себя Александр.

Проходя по марказу мимо группы оживленно беседующих душманов, Орлов всей кожей почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Он невольно оглянулся в ту сторону. Несколько мужчин в новой натовской камуфляжной форме с американскими винтовками в руках стояли полукругом рядом с моджахедами в национальной одежде и переговаривались между собой. Александр сразу понял, что люди в камуфляже не местные. Чьи-то знакомые глаза из этой группы буквально буравили Орлова. Александр споткнулся от неожиданности. «Да это же Мишка Штромберг! — удивился он. — Как он сюда попал?»

Штромберг еле заметно, отрицательно поводил головой, давая понять Александру: «Ты меня не знаешь. Проходи мимо».

Сахебджан со всей злостью ткнул прикладом в спину замешкавшегося пленника, и Орлов, взволнованный различными догадками о неожиданном появлении друга детства, зашагал в свою камеру-пещеру.

Штромберг, он же по новой легенде Ахмадуддин, пил мелкими глотками ненавистный для него зеленый чай в компании своей немногочисленной группы и анализировал обстановку, которая на сегодня сложилась в лагере моджахедов Ахмад Шаха Масуда. Несколько дней назад с охраной прибыл Раббани. В марказе говорили, что должен был прибыть также Хекматияр, но он интересовал Штромберга гораздо меньше, так как был под полным контролем ЦРУ. Позавчера, также из Пакистана, прибыла группа боевой палестинской террористической организации «Хезболлах» во главе с одним из ее руководителей. Она-то и была нужна Штромбергу-Ахмадуддину и его людям. С начала весны организация «Хезболлах» провела на оккупированных Израилем арабских территориях ряд дерзких терактов. Перед МОССАДом [53] встала первоочередная задача — уничтожение «Хезболлах», чего бы это ни стоило. А тут еще друг детства Саня Орлов из Союза у Масуда в плену…

Штромберг был одним из немногих полукровок, кто работал или служил в МОССАДе. Его приняли туда из-за исключительных способностей, в том числе за владение иностранными языками на уровне жителей этих стран. После досконального обучения владением оружием разных стран и различных систем рукопашного боя Михаила перевели из общего отдела в одно из самых беспощадных подразделений МОССАДа, специализирующееся на ликвидации врагов Израиля.

За стеной камеры-пещеры послышался глухой звук падающего тела. Дверь, обитая железом, заскрипев, приоткрылась, пропуская полоску лунного света. В дверном проеме появился человеческий силуэт и голосом Мишки Штромберга на чистом русском произнес:

— Ну что разлегся… твою мать! Или тебе так понравились лепешки местного пекаря? Пошли, Саня. Скажем последнее «прощай!» господину Масуду и его гостям…

Александр молнией вскочил со своей лежанки и на выходе обнял друга детства.

— Мишка, ты?! Как ты сюда попал? Ты что, мусульманином заделался?

Штромберг улыбнулся и, похлопав по плечу Орлова, торопливо произнес:

— Все потом объясню. Сейчас некогда сопли жевать пополам с чарсом.

Друзья перешагнули через убитого охранника. Сахебджан лежал в свободной позе, как спящий человек.

— Затащим в камеру! — скомандовал Михаил.

Они занесли труп в пещеру и прикрыли дверь. Выглянув в окно, Штромберг увидел бородатого боевика из своей группы. Он вышел ему навстречу и спросил на иврите:

— Как дела?

На что получил исчерпывающий ответ:

— Аз ох ун вей! [55]

Штромберг кивнул на Орлова и пояснил бородачу:

— Этот саян [56] нам поможет. Он с нами пойдет до конца. Ему терять нечего, кроме жизни. Дай ему нож. Автомат у него уже есть.

Бородатый боевик протянул Александру блестящий в лунном свете обоюдоострый нож. Штромберг спросил Орлова:

— Часовых умеешь снимать бесшумно?

Александр, приходя в себя от неожиданной свободы, ответил:

— Я и без ножа их удушил бы.

Все трое замерли, услышав негромкий топот. Бородач и Штромберг, как по команде, одновременно направили свои автоматические винтовки с накрученными трубками глушителей на стволах в сторону шума. Из-за поворота показались три пары одетых в камуфляж боевиков. Каждая пара несла за ручки по тяжелому деревянному ящику.

— Это наши, — сказал бородач.

— Вижу, — подтвердил Штромберг и скомандовал: — Ты, Ханох, с этим саяном пойдете вперед. Знаешь, что делать?

Боевик кивнул в ответ. Михаил пояснил Александру по-русски:

— Работаешь в паре с Ханохом. Убираете охрану. Ошибки быть не должно, иначе нам всем кранты. Потом заложим взрывчатку и все, уходим. Паварнист, дус!

— Что ты сказал? — переспросил Орлов.

— Это по-афгански, — улыбнулся Михаил. — Ничего, все обойдется, друг.

— Ну, с Богом! — откликнулся Александр.

Мягко ступая по запекшейся земле, Ханох и Александр крались в темноте ночи. Бородач достал из кармана шелковую удавку и держал ее наготове. Часовые в марказе несли караульную службу нехотя, зная, что, добираясь до лагеря, врагу надо пройти до десятка постов и практически непроходимые без проводника горы.

Двое душманов, сидевших у костра, недоуменно глядели, как их бородатый гость ночью ведет пленного шурави.

— Куда ты его ведешь на ночь глядя? — спросил один из них, не вставая от костра.

— Ахмад Шах велел привести. Наверное, будут отправлять его к Аллаху, — подойдя к костру ответил Ханох, поигрывая удавкой. Через секунду он незаметно толкнул Александра локтем: — Действуй! — И набросил удавку на шею любопытного духа.

Орлов, выхватив спрятанный в рукаве нож, молниеносно ударил им в горло его напарника.