Чтение онлайн

Кейт представила, каким диким круговоротом событий стал весь год. Сначала война в Заливе, потом национальные торжества по случаю ее быстрого завершения, большую часть которых она пропустила, пока вкалывала в Румынии, а теперь еще и переворот в Советском Союзе. Две недели назад в утренней газете, объявили о смещении Горбачева из-за болезни. В ту ночь, когда она включила краткий выпуск Си-Эн-Эн, сообщили, что Горби под стражей, а заговор может потерпеть неудачу. В следующий раз, когда она оторвалась от работы, чтобы послушать новости, – двадцать первого августа, в среду, – то узнала, что Горбачев вроде снова у власти, а старый СССР разваливается навсегда.

Сейчас до Кейт дошло, что она ни разу не задумывалась о том, каким образом весь этот бардак может повлиять на положение детских домов в Румынии.

– Да, – сказала она наконец, – довольно жарким.

– А у вас как? – спросил О'Рурк. – Работы много? Кейт улыбнулась его вопросу. Она уже почти привыкла к восемнадцатичасовому рабочему дню. Это напоминало ей последипломную стажировку, хотя тогда ее тело было гораздо моложе, а силы восстанавливались быстрее.

– Пока удается жить довольно спокойно, – ответила она, сама удивившись своим словам.

– Отлично. А Джошуа как?

Кейт уловила нотку тревоги в голосе священника и поняла, что этот вопрос дался ему нелегко. Уезжая из Румынии, она обещала писать и сообщать о малейших изменениях в самочувствии ребенка. Она помнила, насколько плохо выглядел Джош при отъезде, и сообразила, что священник, должно быть, готов услышать весть о его смерти.

– Джошуа в порядке, – ответила она. – Его состояние стабилизировалось, хотя все еще требуются переливания крови каждые недели три. – Она помолчала. – Мы проводим кое-какие опыты в связи с его заболеванием.

– Хорошо, – только и сказал О'Рурк. Он явно надеялся услышать больше. – В общем-то я не просто так позвонил в такую позднотищу.

Кейт покосилась на кухонные часы и сообразила, что в Чикаго уже около часа.

– В этом месяце – двадцать шестого сентября, если точно, – я приеду в Денверский совет церквей выпрашивать деньги и хотел бы узнать, согласитесь ли вы встретиться за чашечкой кофе или еще где-нибудь. Я пробуду в Денвере все выходные.

Кейт почувствовала, как у нее участилось сердцебиение, и недовольно нахмурилась.

– Да, конечно, – ответила она. – Я должна сказать, что сейчас страшно занята, и в сентябре, наверное, тоже работы будет не меньше, но если у вас получится как-нибудь вечером выбраться в Боулдер, может быть, в пятницу двадцать седьмого сентября, вы приедете сюда и посмотрите Джошуа.

– Это было бы замечательно.

Они быстро обговорили подробности. О'Рурк будет на машине, так что ему не составит труда добраться от Денвера до Боулдера. Закончив с этим, они на секунду замолчали.

– Ну что ж, – сказал священник. – Пожалуй, пора позволить вам отдохнуть.

– И вам, – ответила Кейт.

В его голосе слышалась усталость. Наступил неловкий момент, когда никто из них не осмеливался первым закончить разговор.

– Миссис Нойман, – произнес О'Рурк, – вам очень повезло, что вы успели вывезти ребенка. Ведь вы знаете, что правительство запретило усыновления примерно через неделю после вашего отъезда.

– Да, знаю.

– В общем…, вам повезло.

Кейт попыталась изобразить беспечность.

– Никогда не думала, что священники верят в удачу. Разве вы не считаете, что все…, как бы это сказать?, предопределено?

Она услышала, как он вздохнул.

– Иногда, – устало сказал он, – мне кажется, что единственное, во что можно верить и за что можно молиться, – это удача.

Было слышно, как он старается придать своему голосу твердость.

– Как бы там ни было, надеюсь увидеть вас и Джошуа на следующей неделе. Я позвоню из Денвера, и тогда мы уточним наши планы.

В прощальные фразы они постарались вложить как можно больше бодрости. После этого Кейт сидела в темном доме и вслушивалась в ночную тишину.

Работы над проектом РР велись несколькими направлениями, и каждое направление вгоняло Кейт в дрожь и пугало ее.

В то время как она отвечала за весь проект в целом, Чандра фактически возглавляла работу по выявлению ретровируса. Боб Андерхилл и Алан Стивенс занимались наблюдениями за поглощающим кровь «теневым органом» Джошуа, а сама Кейт пыталась выяснить, каким способом организм Джошуа выделяет из донорской крови РНК и преобразует ее в провирусную ДНК, готовую распространиться по клеточным ядрам и всему организму. Ее второй, более насущной задачей, было изобретение способа заставить работать этот же иммуновосстанавливающий механизм без массированных вливаний цельной крови каждые три недели.

Работа с Чандрой в лаборатории класса VI позволяла узнать много нового. Специалисту по ВИЧ потребовалось меньше двух суток, чтобы в ЦКЗ заработала и вошла в режим ее «вирусная фабрика». Кейт позволила ей беспрепятственно экспериментировать еще три дня, прежде чем явилась за результатами.

Чандра показывала Кейт самую закрытую часть биолаборатории, где они расхаживали в герметичных комбинезонах с волочащимися кислородными шлангами.

– Понимаете, – сказала Чандра, – лет десять назад попытку выделить вирус Д нам пришлось бы начинать с нуля.

– Вирус Д? – переспросила Кейт по переговорному устройству.

– Вирус Джошуа, – пояснила Чандра. – В любом случае, даже пять лет назад нам пришлось бы перерыть кучу материала, чтобы найти, от чего плясать. Но исследования последних лет по ВИЧ позволяют значительно сократить этот путь.

Кейт слегка отвлекало шипение кислорода в шланге и вид техников, работавших в перчатках и с дистанционными манипуляторами, но она сосредоточилась и стала внимательно слушать.

– Вам известно, что ретровирусы являются просто вирусами РНК, выделяющими свои генные производные после того, как их РНК преобразуется в ДНК за счет обратной транскриптазы…