Чтение онлайн

Полицейских машин здесь не было. Они не увидели черных «мерседесов», когда свернули на узкое и ухабистое шоссе номер 72 за деревней Гэешти. На указателе стояла надпись: «ТЫРГОВИШТЕ 30 KM».

Кейт больше не пыталась перекричать шум мотора. Голова у нее гудела после тряски по шпалам. Они ехали на север, в сторону гор и надвигающейся темноты.

Поесть они остановились на берегу Дымбовицы, меньше чем в десяти километрах от Тырговиште. Шоссе номер 72 было узким и извилистым. Попадавшиеся здесь деревни состояли из нескольких домов, приткнувшихся прямо к дороге. О'Рурк загнал мотоцикл подальше в заросли возле речки с неторопливым течением. Сыр оказался слишком острым, сосиски – старыми, а начинкой в фаршированных яйцах служило нечто такое, чего не распознали ни Кейт, ни О'Рурк. Однако она не припомнила, чтобы еда когда-нибудь казалась ей такой вкусной, и пила прямо из бутылки минеральную воду. Дождь перестал, солнце и не думало показываться, но стало заметно теплее, чем в предыдущие дни. Кейт обнаружила, что на ее одежде остались даже сухие места.

– В ресторане, похоже, сработал ваш румынский, – заметил О'Рурк, смаковавший пиво. Кейт облизала пальцы.

– Основы тактики выживания, уроки прошлой весны. Я же не все время питалась при больнице. – Она доела последний кусочек фаршированного яйца. – Хотелось бы верить, что те водители отмечали окончание рейса, а не наоборот.

О'Рурк кивнул.

– Вы насчет пива? Да. Но езда в трезвом состоянии в этой стране редкость. – Он посмотрел на свою почти пустую бутылку. – Мне-то, пожалуй, одной хватит.

Кейт сняла шарф.

– Дважды за сегодняшний день вы произнесли слово «дерьмо», а вот теперь потягиваете пиво. Не очень-то вяжется с поведением примерного священника.

Вместо того чтобы рассмеяться, О'Рурк посмотрел на реку. Глаза у него были светло-серыми, и в это мгновение Кейт разглядела хорошенького мальчика в усталом и бородатом мужчине.

– Давно прошло то время, – произнес он, – когда я был примерным священником.

Пораженная, Кейт не нашлась что сказать.

– Если бы не командировка в Румынию два года назад, когда я столкнулся с проблемой приютов, – продолжал он, – то я бы подал в отставку еще тогда. – Он сделал очередной глоток.

– Звучит забавно, – заметила Кейт. – Я имею в виду слово «отставка». Как-то не принято думать, что священники уходят в отставку.

О'Рурк легонько кивнул, но продолжал смотреть на реку.

– Так что же вас остановило? – очень тихо спросила она. На дороге не было ни одной машины, а река текла почти беззвучно.

О'Рурк развел ладони, и Кейт обратила внимание, насколько большими и сильными выглядели его руки.

– Причины самые банальные, – ответил он. – Неспособность справиться с неверием.

Он поднял палочку и стал рисовать геометрические фигуры на мягком суглинке.

– Но вы однажды говорили, что верите… – начала было Кейт.

– В зло, – закончил за нее О'Рурк. – Но это едва ли положительно характеризует меня как священника. Исполнять таинства, быть в положении какого-то дурацкого посредника между людьми, которые верят в Бога больше, чем я, и Богом…, если Бог вообще существует.

Он швырнул палку в воду, и они смотрели, как ее крутит и уносит напористое течение.

Кейт облизнула губу.

– Мистер О'Рурк, почему вы здесь? Почему вы поехали со мной?

Он повернулся к ней, и его серые глаза были очень чистыми и честными.

– Потому что вы меня попросили, – просто ответил он.

Тырговиште представлял собой городок с населением около пятидесяти тысяч, расположенный в долине реки Яломица, а позади него виднелись предгорья Карпат, поднимающихся к небу. На первый взгляд Тырговиште был таким же загрязненным промышленным городом, как и город нефтяников Питешти, но, миновав деловые предместья, они оказались в центре раннесредневековья.

– Это довольно старый дворец. – О'Рурк оторвал правую руку от ручки газа и показал на развалины за двухметровой стеной. – Он был заложен Мирчей Старым в самом конце тринадцатого века, но Влад Прокалыватель разрушил его во время битвы с турками в 1462 году. По-моему, еще до того, как он лишился власти.

Кейт смахнула грязь с очков.

– А это – башня Киндия, – сказал О'Рурк, указывая на круглое строение из камня, поднимающееся над стеной. – Старик Влад построил ее в качестве сторожевого поста и наблюдательного пункта, чтобы смотреть за пытками, которые он проводил внизу, во дворе. Новое здание снаружи, перед стеной – это музей. – О'Рурк свернул в боковую улочку, но Кейт успела заметить табличку на двери, извещавшую, что музей закрыт.

– Плохо, – сказал священник. – Я знаком со здешним помощником директора музея. Эдакий назойливый хрен…, вполне привержен Чаушеску…, но зато страшно много знает об истории Тырговиште.

Кейт поменяла положение, ноги у нее окончательно затекли.

– Два «дерьма» и один «хрен», – сказала она. – Ваш счет растет, святой отец.

– Уже много лет, сестренка. – О'Рурк прибавил газу и поехал по боковой улице. – Я прикинул, что именно здесь должна состояться сегодняшняя часть Церемонии, но пока не вижу никаких приготовлений.

Все ворота на территорию дворца были заперты и снабжены табличками с надписями на английском и французском. «ЗАКРЫТО».

– Еще не стемнело, – заметила Кейт. – Вампиры не появляются при свете.

Она закрыла глаза. Очень хотелось спать, настроение было унылое. Но ей тут же представился смеющийся Джошуа на одном из ежемесячных «дней рождения», он восторженно сжимал и разжимал крошечные ручонки, а темные глаза сияли при свете свечей… Кейт резко открыла глаза.

– Что теперь? – спросила она. О'Рурк остановил мотоцикл.

– Полагаю, нам нужно подыскать укрытие для мотоцикла и для себя, – сказал он. – А тогда мы уже станем дожидаться, когда появятся вампиры.

– А если не появятся? Если это не то место?

– Тогда мы оказались в заднице. Кейт похлопала его по руке.

– Два «дерьма», один «хрен», а теперь еще и «задница» в придачу. Вам пора сходить на исповедь, отец О'Рурк.

Священник стянул с головы кожаный шлем и взъерошил спутанные и слежавшиеся волосы.

– Согласен, – ухмыльнулся он – А поскольку всех священников в Тырговиште замела Секуритатя, исповедь придется выслушать вам.