Чтение онлайн

Огорчать маму не стоило, поэтому Марина, не споря, уселась за стол и принялась запихивать в себя жареную картошку и куски камбалы, запивая горячим чаем. Вообще-то мама тут права, безусловно. Тело Марины не виновато, что ему досталась такая хозяйка, оно должно получать необходимые калории и витамины взамен истраченных…

– Марин, я там у тебя взяла одиннадцать рублей из кошелька, что на столе, – мама гремела посудой. – А то мы, сама знаешь, помогли Надежде Алексеевне, вот и не уложилась я… Отец завтра получит и отдаст.

Марина уронила вилку.

– Как?!

– Да что ж такое-то… – мама удивлённо хлопала глазами. – Завтра отдаст, в чём проблема, Маришка?

Но девушка уже не слушала. Метнулась в свою комнату, лихорадочно схватила старенький кошелёк, в котором держала только две купюры – те самые…

Пусто.

В глазах поплыли огненные колёса.

– Что ты наделала, мама, – чужим, деревянным голосом произнесла Марина. – Там же был НОМЕР!!!

Всё дальнейшее запечатлелось в памяти какими-то дикими урывками – срываемое с вешалки пальто, мама, цепляющаяся за рукав, что-то говорит папа…

Она очнулась на улице. Ледяной воздух затекал под пальто, накинутое наспех, холодными пальцами осторожно щупал дрожащее тело. Над головой мертвенным бело-голубым светом сиял фонарь, наклонивший свою железную шею с высоты бетонного столба – будто разглядывал Марину. Ну вот и всё… Всё?

Откуда-то из глубины всплыло – "человек ничего не забывает". Хм… да. Что-то такое она помнила – человеческий мозг намертво впечатывает всю информацию в свои нейроны. Раз и навсегда. Другое дело, что найти нужные сведения рядовой гражданин часто не в состоянии. Под гипнозом, говорят, люди вспоминают всё… А если без гипноза?

Марина сжала зубы. Нет, шалишь… Не всё! Студентка Кострова запоминает кучу всякой всячины, нужной лишь для того, чтобы сдать очередной зачёт либо экзамен в ближайшую сессию. И не зубрит при этом, повторяя сто раз подряд один и тот же материал. Так неужто не вспомнит то, от чего зависит её будущая судьба? Ведь она видела те купюры не мельком, вскользь, не раз и не два – таращилась неотрывно и многократно!

Мозг, привычный к экзаменам, уже переходил в режим, хорошо известный каждому настоящему студенту – "вспомнить всё, что знал, об остальном догадаться!". Ну! Ну же!

Цифры всплыли в памяти неожиданно легко и просто. Марина нашарила в кармане авторучку, торопливо вывела на тыльной стороне ладони номер, казалось, безвозвратно утерянный. Бережёного Бог бережёт… тем более бережёную.

И только тут девушка обратила внимание на две бумажки, плавающие в луже под фонарём – красную и жёлтую. Лужа уже подёрнулась ледком, но лёд был ещё столь тонок и прозрачен…

Марина решительно ступила в лужу, с хрустом ломая лёд, нагнулась и выудила бумажки. Обычные билеты Государственного банка, достоинством в один рубль и десять. Она повернула бумажки к свету и засмеялась – на обеих купюрах были одинаковые номера. Полностью совпадавшие с тем, что синел на руке.

Едкая вездесущая пыль лезла в ноздри, глаза и уши, и стоило открыть рот, как казалось – пылью вот-вот наполнится даже желудок. Сквозь едкую пыль пробивалась удушливая, тяжёлая вонь, исходившая от чудовищного водителя…

И ещё очень хотелось пить.

Ржавая коробка на колёсах громыхала по горным дорогам вот уже который час… собственно, счёт времени они просто потеряли. Вой мотора, лязг и скрежет адского транспортного средства исключали всякую возможность общения. Бензином и выхлопными газами, кстати, в машине не пахло, и сам истошный вой нимало не походил на звук работы добропорядочного двигателя внутреннего сгорания. Турбина? Однако в глубине души Алексей уже понимал – здесь иной мир, и законы, должно быть, несколько отличаются от мира живых. В том числе и физические. Так что вряд ли это турбина…

Несколько раз они проезжали мимо каких-то руин, поросших по верху странной травой – цвета запекающейся крови. За всё время путешествия не встретилось ни клочка обработанной земли, ни пятна зелени. Лишь раз машина проехала мимо места, носившего признаки обитаемости. Вот только признаки эти были чересчур уж зловещими. Если бы не отсутствие колючей проволоки и пулемётов на вышках, Алексей готов был присягнуть, что это концлагерь. Ну или колония строгого режима… во всяком случае, добровольно люди в таких местах никогда не живут.

Лежавший у дороги скелет какого-то зубастого зверя величиной с лошадь – прекрасно сохранившийся, кстати – вдруг приподнял свой череп на длинной костлявой шее, провожая взглядом адский автобус, и в глазницах его затлели отчётливые рубиновые огни. Алексей судорожно сглотнул. Да уж… Когда-то, очень давно, в детстве, он мечтал в своих детских фантазиях – вот бы и вправду попасть в сказку! "Будь осторожней в мечтах своих, человек – ибо мечты те могут исполниться"…

Автобус между тем въехал на длинный железный мост, и бывший сержант даже замотал головой от удивления. Он узнал это место. Ну конечно, вон он, афганский посёлок Хайратон, а на той стороне – советский город Термез… А под мостом несёт свои воды Пяндж, пограничная река… Как же это?!

Прогромыхав по мосту, адский рыдван остановился возле такого знакомого пограничного поста. Знакомого, да не совсем… Облупленные стены, грязные тусклые окна, ободранная дверь – никакой начальник заставы не довёл бы здание до столь неприглядного состояния. И не развевался на ветру алый государственный флаг…

А там, где надлежало быть полосатым столбам, с прибитыми наверху гербами, стояли изваяния каких-то жутких химер, с перепончатыми крыльями и ощеренными в ухмылке клыкастыми пастями.

Хлопнула дверь, и на пороге здания возникла фигура, здорово напоминающая гибрид средневекового рыцаря, закованного в доспехи от макушки до пят, с роботом из какого-то Дворца пионеров – сходство с последним навевала квадратная голова, больше похожая на миниатюрный сейф с встроенными глазками телекамер.

– Успеха в делах, господин Железный Голем, – проурчал монстр-водитель.

– Привёз?

– Как положено. Свеженькие…