Чтение онлайн

Но все пошло по-другому. Словно специально из коридора появилась Наталья. Она знала, где стоит Воронцов, хотя и не должна была… Не могла! Она приветливо улыбнулась, без лишних слов взяла доктора под руку и повела его в гостиную к столу. Скаро удивился, но не пытался сопротивляться – и позволил отвести своего персонажа на место будущей бойни. Сюжет, вероятно, не даст развиваться по-другому. Место трагедии уже определено.

Дальше все происходило по знакомому сценарию: унылые разговоры собравшихся за столом, пока слуги приносили еду.

Когда гости собрались и зажглись свечи, Воронцов уже был готов к действию. Он аккуратно засунул холщовый мешок себе под стол и наполовину раскрыл его. Ему нужна была всего секунда, чтобы достать ружье и открыть огонь. Палец нащупывал спусковой крючок. Захар поймал себя на мысли: он настолько поглощен историей, что даже чувствует холод металла, исходящего от ружья. Абсурд! Он понимал, что это всего лишь игра. Просто разыгравшаяся фантазия. Но все вокруг было слишком реальным.

И вот уже Георгий Степанович и Мария Степановна вышли к гостям. Бледные и голодные. Мужчина запер на ключ входную дверь.

– Простите, друзья… Но все делается к лучшему…

Женщина улыбнулась, оскалив зубы, два клыка неестественно выпирали вперед. Она бросилась на своего мужа. Как только его оторванная голова отлетела в камин и раздался жуткий женский визг, Воронцов начал действовать. Хладнокровно и решительно.

Мария Степановна как раз уже впилась в горло старшей Друхловской. Первый заряд попал ей в брюхо и откинул вампиршу с ее жертвой в сторону стены. Забрызгав пространство багровой кровью, чудовище замерло. Георгий Степанович, к этому времени уже разделавшись с Натальей, продолжал пировать: наскоро прокусив шею верещащей дочки Друхловских, он пытался вдоволь напиться ее кровью, поэтому не сразу понял, что происходит. Выстрел прилетел прямо в затылок. Мозги упыря вперемешку с кровью и частичками черепушки обрызгали уже бездыханное тело укушенной Конкордии. Воронцов поспешно перезаряжал ружье. К этому моменту Мария Степановна пришла в себя и еще больше рассвирепела. Глаза налились черной кровью, она издала гортанный вопль и бросилась рывками в сторону Воронцова.

Первый выстрел пришелся мимо женщины и прилетел аккурат в спину старшего Друхловского, пытавшегося отпереть ставни и вырваться на улицу. Второй выстрел оказался удачнее. Заряд раздробил коленную чашечку и оторвал упырихе левую ногу. Мария Степановна упала на пол и, извиваясь от боли и испуская ультразвуковой крик, поползла в сторону Воронцова. Из перебитых вен фонтаном брызгала темно-красная кровь. На новые заряды времени уже не было. Врач бросил ружье на пол и, достав из сапога серебряный кинжал, рванул к окровавленной вампирше, схватив ее за волосы. Удар, еще удар, потом еще. И так, пока тварь не перестала подавать признаки жизни – если, конечно, предположить, что она была живой.

Воронцов хотел было выдохнуть с облегчением, как вдруг услышал мерзкое чавканье. В другой части комнаты вернувшаяся к жизни Конкордия пила кровь из камердинера, а в несчастную, потерявшую сознание Дашу вцепилась очнувшаяся и невероятно голодная Друхловская. Руки сами потянулись за ружьем. Заряды заняли свое место, теперь оставалось только стрелять. В комнате повисла жуткая звенящая тишина. Старший Друхловский и старший Караваев уже отправились на тот свет. Два мертвых упыря лежали на полу. Значит, теперь нужно было закончить дело с новообращенными. Воронцов это чувствовал. Сюжет сам толкал его к этому. Сколько бы ему не хотелось нажимать на спусковой крючок, но дело должно быть завершено.

Конкордия наконец заметила, что за ней наблюдают. Она отпустила обмякшего камердинера на пол и медленно поднялась. Ее взгляд исподлобья не внушал ничего, кроме страха. Воронцову было жалко эту девушку. Молодая, добрая, веселая. Просто ей не повезло оказаться не в том месте не в то время. Рыжие волосы и кровь на лице в какой-то момент слились в один цвет – цвет приближающейся смерти. Она стремительно бросилась на гостя – это был такой желанный ужин!

Выстрел отбросил ее обратно к стене. Дробь изуродовала ее юное лицо, оголив разодранные связки мышц и кровяных сгустков с раздробленными костями. Но тварь еще извивалась. Лежа на полу, она пыталась встать, пыталась кричать, пыталась огрызаться, бульканье крови в остатках раздробленной гортани было сродни реву загнанного и умирающего сказочного зверя. Воронцов встал прямо над ней.

– Да избави Бог тебя от страдания…

Второй выстрел – и ошметки черепа с оранжевыми горящими волосами разлетелись по комнате.

Врач осмотрел мертвого камердинера. Две глубокие кровоточащие отметины на его шее подписали бедняге приговор. Не став ждать, когда он очнется, Воронцов вонзил в его сердце серебряный кинжал. Остались трое.

Выстрелы из ружья, словно удары колокола, отправляли на тот свет эти демонические отребья. Одного за другим. Захар не жалел патронов. А вот с Дарьей пришлось повозиться. Воронцов замешкался, когда она посмотрела на него. Таким настоящим, человеческим взглядом. Секунда, чтобы сделать выстрел, была упущена. Девчушка резво бросилась на доктора и повалила с ног. Забравшись на него, как наездница, она неистово пыталась укусить его за шею. Но Воронцов сопротивлялся. Одной рукой он сжал тонкую, испачканную в крови шею, тем самым отодвигая появившиеся смертельные клыки, другой искал подходящее оружие. Серебряный кинжал предательски отлетел в дальний угол комнаты, а до ружья было не дотянуться. Зато помогли столовые принадлежности, в изобилии разбросанные по комнате.

Серебряная вилка с противным глухим хрустом вонзилась аккурат в глаз по самую рукоять. Тварь хрипло зашипела и, начав извиваться, отползала в угол комнаты. Ее судорожные конвульсии были недолгими. Вскоре она затихла. И Воронцову показалось, что он вновь любуется прекрасной девушкой с кровавыми бусами на ободранной шее. Проклятое наваждение!

Воцарившаяся тишина показалась Захару слишком уж лишней. Обычно, когда враги гибнут в таких ожесточенных баталиях, в играх звучит пафосная музыка на заднем фоне. Он по привычке ждал, что вот-вот возвестят фанфары об окончании столь сложной игры. Появится экран статистики или брифинга. Хотя бы чего-нибудь знакомого. Но нет. Тишина. Только мерзкое тиканье часов в прихожей.

Значит, дело не сделано до конца. Воронцов подобрал окровавленный нож и ружье с последним зарядом. Он внимательно осмотрел комнату смерти. Все мертвы. Скорее всего, надо двигаться дальше. Вероятно, упущена важная деталь? Он выдохнул и отправился искать неизвестно что в опустевшем дворянском гнезде. Захар все еще надеялся увидеть консоль или хотя бы возможность найти любую зацепку. Ему казалось, что объективно чего-то здесь не хватает. Что-то нужно сделать.

В дальней части дома на кухне он нашел кухарку и служанку. Тела были разодраны пополам и валялись возле открытого входа в выкопанный ледник. Их возвращения не стоило опасаться. Вероятно, поэтому игра так целенаправленно отправляла Воронцова в гостиную. Упыри сначала уничтожили всех обитателей дома по разным комнатам, чтобы никого не осталось в тылу. Крови им должно было хватить до скончания века.

Вскоре Захар наведался на второй этаж. Двери, как он и думал, оказались открытыми. Он побывал в комнатах, где обитали Мария Степановна и ее братец. Ничего необычного. Просто мрачные помещения, словно лишенные частички пребывания в них живого человека. Нигде в доме не было и намека на баг или глюк текстуры. Некуда было провалиться или забраться. Идеальная локация с невероятно продуманными декорациями. Когда Воронцов пришел в комнату Дарьи, то почему-то решил присесть на мягкую кровать, застеленную одеялом с пестрыми витиеватыми рисунками. Мягко и удобно. Как в реальной жизни. Удивительные ощущения. Он осмотрелся. Комната как комната. Наверное, светлее, чем все виданные им в этом доме. На стенах несколько живописных полотен с примитивными сюжетами. На небольшом прикроватном столике лежал футляр, в котором, вероятно, находились те самые багровые бусы, а рядом лежало сложенное письмо. Воронцов развернул бумагу.