Чтение онлайн

«Доктор Д. Блейз» — выгравировано под портретом.

Я огляделся вокруг и сразу заприметил чистенький лист бумаги, торчащий среди полусгнивших корешков книг. Подошел и вытащил его, разглядывая текст. Хмыкнув, приложил к одной из своих карт.

Дневник Визаратского Мясника. Ранг первый, страниц 2 из 12. «Просто одна из историй человеческой судьбы».

Потом почитаю эту самую обычную историю, сейчас есть дела поважнее. Мы быстро осмотрели полки, стол и тумбы. В награду получили Зелье Спокойствия первого ранга. Оно на час снижает получаемый урон по разуму, может и пригодится.

В тумбочках и шкафах нашлось немного разного хлама, который я быстро прогнал через карту и выбросил. Нулевки. Разве что большую банку зернового кофе забрал, все-таки первый ранг. Теперь точно надо вытащить Занозу.

Сам кабинет оказался не заперт, отчего я выдохнул с облегчением. С этого места сталось бы прятать лут за несколькими замками. Такое же пыльное помещение с выбитыми окнами. Разве что некогда пышный ковер, да разбитые вазы говорили о роскошной жизни бывшего владельца.

Тут тоже была большая картина с изображением главного врача клиники. Только никаких рисунков не было. Картина изображала пухлого доктора во весь рост, кажется он стоял на главной лестнице в этом же здании.

Только теперь поверх полотна был прибит высохший скелет в некогда белом халате, с коричневыми разводами. Из его груди торчала шпага, украшенная камнями, собственно, ею он и был приколот к полотну.

Я подошел и цинично приложил карту к рукояти, но оружие даже не было духовным. Вообще этот труп на стене воспринимался мной скорее как декорация к происходящему, нежели реально живой человек. Умер он явно очень давно и не в чертогах, иначе бы воскрес чумным.

Либо в угодьях свои правила? Вряд ли. Надо будет потом разобраться, как это работает.

Так или иначе, мы пришли к разгадке, почему кабинет отпирался обычным универсальным ключом.

— Думаешь, это он? — кивнул на труп Седой.

— Надпись на халате не читается, но по росту подходит. К тому же мы невнимательно читали уведомления. Местный охотник Не доктор Блейз. Там так и написано.

— Не до того было, знаешь ли, — пожал плечами Седой, оглядываясь вокруг. — Получается, охотником может быть кто угодно?

— Сомневаюсь, — ухмыльнулся я, беря в руку фотографию в старой рамке с рабочего стола. — Охотник Блейз Младший. Сын главного врача местной забегаловки. И он, судя по всему, Не доктор.

Я показал черно-белую фотографию Седому, где был изображен тот же самый мужчина, что и на портрете, только сильно моложе. Рядом с ним сидел на лавочке темноволосый паренек, уплетающий сладкую вату.

Подпись под фотографией гласила, что это Джейми и Джейми Блейзы. Старший и младший, соответственно. А зная любовь Амодеша к бессмысленным тавтологиям, не удивлен, как эта семейка затесалась в чертогах.

— Похоже, сынуля не любил своего папашу, — кивнул на висящий труп Седой.

— Вечная филосовская проблема отцов и детей, — наигранно вздохнул я, перелопачивая стол и шкафчики. — Время, Старик.

Я быстренько объяснил музыканту, что и как надо искать, на что обращать внимание, так что дело пошло. Предупредил даже насчет нескольких одинаковых объектов, рассказав про рулетку с заправки, где можно было выбрать что-то одно.

В итоге, на всю зачистку у нас ушло не больше пяти минут. Нулевок здесь уже не попадалось, но и полезного было мало. Мы нашли папку с личным делом Блейза Младшего. Из него выходило, что сынуля являлся пациентом клиники.

Лежал тут с целым букетом шизофренических болячек, неконтролируемой агрессией и полным отсутствием каких-либо моральных ограничителей в голове. Психопат был садистом и убийцей, которого заботливый папаша забрал к себе на лечение, оградив таким образом от тюрьмы или того хуже.

Последняя запись была о предстоящей процедуре экспериментального лечения с использованием новейшей сыворотки, изобретенной в этой самой клинике.

— Папаша ставил опыта на собственном ребенке, — подвел итог старик. — Но как нам это поможет?

— Не знаю, — честно ответил я. — Но есть ощущение, что мы что-то упускаем.

Потому что лута тут было с гулькин нос. Сабля явно декоративная, снята с полки над камином, где висела ее сестра-близнец. Тоже не духовная и бесполезная. Я нашел одну книгу, учебник по психиатрии первого ранга, но не особо понял, для чего он нужен. Бросил в карту и засунул в колоду. Похоже, в чертогах есть не только уровни, покровители и умения с аспектами, но существуют еще и профессии. Если я прав, то книга как раз позволяет получить такую.

Из полезного, Седой нашел новую бутылку крепкого алкоголя, так что был крайне доволен. Также мы нашли более подробный план больничного комплекса, включающий в себя схему подземных коммуникаций. Все это сразу перенеслось на карту в моем интерфейсе.

Тут даже было два новых выхода из угодий. Небольшие служебные ворота, далековато от нас. И подземный туннель, почему-то заштрихованный.

Странный белый порошок в огромном количестве, обозначаемый картой, как высокоактивная добавка первого ранга, без понятия для чего это. Медицинский саквояж первого ранга, который я почему-то не мог открыть.

Еще нашлась шкатулка из резного дерева, но стоило мне ее открыть, на мой счет просто закинуло пятьдесят осколков душ. Сама же шкатулка после этого оказалась пустой.

— Точно, — спохватился я. — Сейф. Или тайник.

Быстро объяснил седому, что искать и на что обращать внимание. Но за картиной оказалась обычная обшарпанная стена. Под ковром все доски выглядели одинаково паршиво. Мы даже подвигали немного мебель, но не нашли ничего такого.

— Выглядит так, будто бы мы зря теряем время. И все равно придется идти сражаться своими силами, — подвел итог Седой.

— Не соглашусь, — произнес я, разглядывая шкаф.

В кино обычно надо было потянуть за определенную книгу и откроется дверь. В логике чертогов эта книга должна каким-то образом выделяться, но все корешки одинаково-гнилые.

— Может просто все книги скинем на пол? — предложил Седой. — Это будет быстрее, чем ждать, пока тебе надоест делать умный вид.

— Это не поможет, — проигнорировал я подколку. — Духовные предметы, как и места их лута, выделяются своей необычностью. Как новенькая плитка на полу или работающие вывески в обесточенном городе.